Карла Бруни снялась в купальнике и дала интервью: "Я прилагаю бесконечные усилия, чтобы оставаться стройной"
Карла Бруни дала интервью журналу Madame Figaro и снялась в купальнике для его обложки. Автором фотосессии стал известный фотограф Антон Корбайн. Певица и модель рассказала о своем отношении к красоте, призналась, что оставаться стройной ей не так уж просто, а также вспомнила времена, когда была первой леди Франции. Собрали интересные цитаты.
Карла Бруни
О красоте
У меня нет особого отношения к красоте: ни к той, которая приписывается мне, ни к чужой. Она меня интересует. Возвышенная красота может очаровать меня в таких людях, как Ава Гарднер, Моника Витти или Роми Шнайдер, но я предпочитаю изящество и обаяние. Кроме того, меня никогда не привлекала чистая красота.
У меня хорошая фигура и есть стиль, но я прилагаю бесконечные усилия, чтобы оставаться стройной: два часа спорта в день, турник, эллиптический тренажер, немного пилатеса. Кроме того, красота не выдерживает возраста, это ужасно! Я это хорошо вижу. Мы менее устойчивы, тогда как должно быть наоборот. Как сказала Мэй Уэст, старение не для слабаков.
О работе первой леди и Николя Саркози
Это было чем-то чрезвычайно серьезным — ролью, которая была удовольствием и честью. Не могло быть даже и речи о том, чтобы подумать о шаге в сторону. Были представительские функции и филантропия, которая была для меня захватывающей. Я встречала замечательных людей, чаще всего это были обычные люди, но также и очень известные. Это были пять фантастических лет, очень особенное и необыкновенное время с необыкновенным человеком, хотя я и была счастлива уйти и вернуться к более спокойной жизни, более спокойной и для него (имеется в виду Николя Саркози, бывший президент Франции и муж Карлы Бруни. — Прим. ред.).
На вопрос журналиста, изменила ли она Николя Саркози, Бруни ответила так:
Что изменило его, так это избрание, это великая честь. И, наверное, это и позволило ему уйти к такой, как я, к той, которая, в отличие от его предыдущей жены, не участвовала в политике. Я не люблю политику, точнее, я не смогла бы ею заниматься (Карла и Николя познакомились после его развода в 2007 году — в год избрания его президентом — и поженились в 2008 году. — Прим. ред.).
О работе моделью
В интервью с подачи журналиста 54-летняя Карла вспомнила свое участие в показе Balmain в прошлом году.
На самом деле я считаю, что это уже не для моего возраста. Я самая младшая в семье, и очень странно думать, что я достаточно взрослая, чтобы годиться в матери всех остальных моделей. Но при этом мода остается семьей: люблю дизайнеров, девчонок, парикмахеров, визажистов, фотографов.
О своей семье
Настоящей особенностью моей семьи является ее свобода. Это не была "правильная" семья. Мои родители никогда не считали себя важными людьми, я никогда не видела, чтобы они ставили себя в какое-либо особое социальное положение, хотя они вели невероятную жизнь — 1950-е годы были неслыханными и моя семья была весьма привилегированной (Бруни выросла в семье промышленника и композитора Альберто Бруни-Тедески и пианистки Марисы Борини. — Прим. ред.)
Бруни также вспомнила о том, как узнала о семейной тайне: ее отец не был ее биологическим отцом.
Я много расспрашивала свою мать — прямо как на допросе в "Штази" — и я сразу захотела познакомиться с этим отцом. Ему было 18, когда я родилась. Моей матери 40 лет, а отцу, чью фамилию я ношу, 55 лет. Вот такая история. У меня было трое родителей. Я много смеюсь, когда обвиняют однополые семьи: семья есть семья, родители есть родители.