Чалый: «Золотая рыбка может исполнять желания только до определенного момента»

Работают ли санкции в отношении белорусских властей или к 2022 году режим окончательно почувствовал себя в безопасности? Свои оценки ситуации и прогноз на ближайшее время дал экономист Сергей Чалый. — Недавно в статье Financial Times написали: вопреки всем санкционным режимам, в последние месяцы 2021 года объем внешней торговли Беларуси со странами Балтии вырос. В принципе, ничего удивительного здесь нет, все прекрасно объясняется, — отметил аналитик в эфире у наших коллег. — Как выстроен дизайн американских санкций: новые контракты невозможно заключать после 1 января 2022 года, старые — продолжают работать до 1 апреля этого года. Разумно предполагать, что «не наевшись, не налижешься» — идея была набрать как можно больше контрактов, то, что делала Yara, оттягивая окончательное решение, но понимая, что все равно придется прогнуться и не спорить с американцами. Поэтому эти месяцы — вовсе не тренд. Это разовая ситуация, как резкий рост продаж жетончиков в минском метро перед повышением цен, — объясняет Сергей Чалый. По мнению аналитика, санкции остаются «дырявыми», но с течением времени эти лазейки будут обнаруживаться и постепенно закрываться. — Как раз для этого придуман американский механизм, который позволяет оперативно вмешиваться и менять дизайн этих санкций. Они выступают золотым стандартом, на который начинают ориентироваться все остальные. На мой взгляд, дело не в санкциях. Посмотрим на Россию, где в 2014 году после введения санкций много говорили о том, что у них «смеялись Искандеры», и, мол, поднимутся отечественные производители, и у нас сейчас появится и рыба своя, и сыр, и так далее. Столько лет прошло, а санкции остаются — и это превратилось в совершенно другую внешнеполитическую обстановку. Россия теперь занимает то место, из которого, в представлении западных политиков, очень сложно выбраться. Так и здесь: или все решится быстро, или мы идем ровненько по треку России, и в представлении Запада мы становимся не цивилизованным, а «русским миром». Идет попытка выдумать новое статус кво, и это даже сложнее, чем холодная война. Белорусские власти это понимают, говорит Сергей Чалый, их резкие тактические меры и провокации не сработали, и теперь они вынуждены изыскивать любые возможности общения с международным сообществом — хоть через Папу Римского, хоть через «продажу» обновленной Конституции. В прогнозах же аналитик довольно осторожен: — Давать прогноз можно тогда, когда начинает вырисовываться новая тенденция. Мне казалось, что так происходит, но ситуация развернулась в другую сторону. Валидным остается осознание «старичками», глядя на судьбу Назарбаева, которого уже даже по имени не называют ни в Казахстане, ни где-либо еще, что сидеть им нужно до последнего и никакие варианты транзита не работают. Это новая ситуация в стране. Лукашенко ведь не только «наружу» обещал свой уход, но и внутри страны большому количеству людей, которые вынуждены оставаться на своих рабочих местах, вплоть до самого верха. «Ну, потерпите меня еще немного», — говорил он им. «Этот срок точно последний!» — рассказывал нам круглостольный демократ, объясняя новую Конституцию. Но мы видим, что нет, ни разу! Она про другое — про то, что он хочет быть вечным. И в этом проблема. Золотая рыбка может исполнять желания только до определенного момента. Но когда ты захотел стать владычицей морскою, тут что-то сломалось, и ты вернулся к корыту. Как на осознание ситуации, того, что Лукашенко фактически «кидает» не только чужих, но и своих, повлияет на настроения аппарата — очень интересный вопрос. А силовой аппарат умеет только карать. Можно поставить на производство сколько угодно замов по идеологии, но они умеют только контролировать потоки и не умеют создавать стоимость, не умеют управлять. Для этого нужно сотрудничество людей, которые там остаются. Такие люди есть, яркий пример — Каллаур, который сохраняет суверенную банковскую систему, а что происходит на улицах, ему все равно... Но это же все равно какая-то сделка с совестью, вопрос цены. А Лукашенко может хотеть все, что угодно. Ключевой вопрос — может ли. Поэтому ему так много нужно говорить, мол, если не Россия, то все, кругом враги, через нас идут, я ж говорил, все угрозы направлены на Россию — как-то неуютно ему становится в одиночестве, как-то сквозит, ночь темна и полна ужасов…