Колледж стал престижнее вуза. И это правильно
Я оканчивал школу 30 лет назад, и тогда пойти в ПТУ было признаком социального краха. Эти заведения презрительно называли «фазанками»: от аббревиатуры ФЗУ — фабрично-заводское училище.
После 9-го класса шли в «фазанку» едва ли 20 процентов учеников — троечников и двоечников. Но не могут же быть аутсайдерами 60 процентов сегодняшних выпускников! Значит, у молодых людей изменилось представление о том, что круто. А круто — это хорошо зарабатывать. Сейчас в Москве сварщик имеет 150–200 тысяч в месяц.
Ни один офисный клерк — а кем ты еще будешь после 4–6 лет в вузе — не получает столько! Если посмотреть объявления о вакансиях, то требуются прорабы, слесари, водители, айтишники, в том числе и со средним образованием. А вот юристы, экономисты, дизайнеры и специалисты по PR — модная нынче профессия, нет, особо не требуются.
Предложений куда больше, чем вакансий! А потому что в экономике есть базис и есть надстройка. Базис — это люди, умеющие работать руками или управлять механизмами. И их катастрофически не хватает — не зря мы завозим миллионы мигрантов.
А еще есть надстройка: те, кто должен администрировать процесс. Так вот, администраторов стало очень много! Народ хочет сидеть в теплом офисе, перекладывать бумажки и звонить по телефону. Только вот уже не получается.
Престиж высшего образования упал еще и потому, что никаких умений и навыков оно не дает. Меня пять лет учили журналистике, но не научили фактически ничему — профессию осваивал сам, в газете. Теперь мой сын осваивает в вузе цифровую экономику, но я вижу, что, кроме общих знаний, ему там тоже не дают ничего.
А вот электрику дают. И слесарю. И машинисту. Там не только теория, там еще и практика: вышел и работай! А что имеет выпускник вуза, кроме диплома? Если нет опыта работы, компании от него отпихиваются, как от чумного. Зачем нужен «специалист», которого придется год учить, заставляя забыть вузовские знания? В общем, высшее образование сегодня — это лотерея. А колледж — верняк: точно будет и работа, и зарплата. Молодежь, похоже, это поняла.