Шок и трепет от Токаева. Зачем президенту Казахстана русофобы во власти?
Всё, что произошло и во многом ещё продолжает происходить в Казахстане, покрыто густым туманом умолчаний, недоговорённости и двусмысленности. Начиная от непоняток с елбасы – Назарбаевым: неизвестно даже его точное местопребывание (власти КНР уже опровергли, что он находится в Поднебесной). В недоумение приводят и сказки, подобные "Тысяче и одной ночи", о "шести волнах атак 20 тысяч террористов", тела которых вдруг выкрали из моргов неведомые джинны.
"Казацкие песни" Аскара УмароваВпрочем, Казахстан – во многом "вещь в себе". Помнится, во время командировки в Астану (задолго до её переименования в Нур-Султан), лёжа в гостинице в центре новой столицы и наслаждаясь ночной весенней тишиной, буквально подскочил с кровати от яростно-весёлого пьяного вокала прямо под окном: "Не для меня при-идёт весна-а". Исполнив куплет сей известной казацкой песни, два голоса, что-то обсудив по-казахски и посмеявшись, удалились бесследно в ночь. И когда автор этих слов наутро спросил у сопровождающего нас в поездке казахского гида: "что это было?", тот ответил абсолютно невозмутимо: "Так ведь Рамадан кончился".
Впрочем, сегодняшние казахстанские странности отнюдь не такие забавные. Не успели, как говорили раньше, просохнуть чернила от победных реляций в наших СМИ, что теперь-то уж Казахстан, дескать, "наш", как "спасённый" президент Касым-Жомарт Токаев недвусмысленно указал войскам ОДКБ на дверь, а во вновь назначенном кабмине оказались ярые националисты, пантюркисты и русофобы. Как уже сообщал "Первый русский", главным шоком для русских от Токаева стало назначение на пост министра информации и общественного развития одиозного по своим антирусским высказываниям Аскара Умарова, которому запрещён въезд в Россию.
Весьма громко отреагировало на это кадровое решение Россотрудничество устами своего главы Евгения Примакова. Правда, чуть позже Примаков дал Умарову шанс "отречься" от сетевого блогера с ником "Аскар Кумыран", пишущего под аккаунтом TurkMedia в Facebook редкостные гадости про Россию и русских:
Видимо, назначение господина Умарова – пример того, на какие тяжелейшие сознательные компромиссы приходится идти господину президенту. Уважаю усилия президента Токаева и верю в то, что подобные, наверняка тщательно продуманные и запланированные компромиссы не смогут разрушить вековую братскую дружбу между нашими народами, особенно если господин Умаров публично откажется от своих нацистских и шовинистических взглядов на русских в Казахстане.
Не "Кумыраном" единым"Кумыран" действительно сразу после назначения министром Умарова стёр самые провокационные публикации. В то же время сам Умаров печатно выступил с "опровержением" своей русофобии. В общем, того и гляди запоёт казацкие песни про разлившийся Дон. Что, конечно, мало кого обманет. Даже такого "казака со стажем", как Дмитрий Рогозин, который в своём Теlegram-канале заранее объявил, что на космодроме Байконур "не будут рады" Аскару Умарову, – пусть он, дескать, туда даже не намыливается.
Впрочем, наблюдатели тут же обратили внимание, что Умаров – совсем не самый одиозный националист в новом казахском кабмине, хотя и самый "громкий". Скажем, новый госсекретарь республики Карин Ерлан Тынымбайулы известен как куратор казахских неонацистов из группировки "Бозкурт" ("Серые волки"), тесно связанной с украинскими неонацистами.
То есть эти новые назначения – не случайные, а вполне системные. Но о чём именно они говорят? Как и широко обсуждаемое ныне требование к силам ОДКБ выйти из республики в недельный срок? Действительно ли это демонстрация неуважения и презрения к России, вопреки ритуальным благодарностям?
Чем хуже, тем лучше?Мнения опрошенных "Первым русским" экспертов различаются. Вот что сказал нам известный русский философ и политолог, лидер Международного евразийского движения и главный редактор портала "Катехон" Александр Дугин:
Этот жест Токаева меня возмутил. Назначение русофобов на высокие должности в любой дружественной нам стране – просто нонсенс. На фоне того решающего значения, которое сыграли войска ОДКБ в подавлении мятежа, политическая поддержка президента Токаева Россией, назначать такую одиозную личность – совершенно аномальное явление. Чем бы это ни обосновывалось, это очень плохой знак. Как же мы будем выстраивать наши партнёрские отношения с Токаевым, как же мы будем помогать ему, при необходимости, в другой критический момент, который может наступить, если высокую должность в его кабинете министров занимает просто откровенный враг России, враг русских?
Дугин не видит в таком назначении никакой политической "фигуры прикрытия" или вынужденной маскировки Токаева: "Давать возможность мелкому этническому националисту занять высокое место в правительстве – это уже не компромисс, это уже не игра, это начало конца. Поэтому, на мой взгляд, это колоссальная ошибка Токаева. Собственно, в этом и заключалась ошибка Назарбаева, который довёл ситуацию до того взрыва, который мы видели недавно".
Несколько иначе смотрит на эту проблему директор Центра политического анализа и социальных исследований Павел Данилин:
Если мы попытаемся встать на место самого "товарища", то поймём, что, например, желание скорейшего выхода войск других стран после нормализации ситуации – вполне естественно. Демонстрация поддержки получилась, к Токаеву присоединилась значительная часть общества. И теперь для него главное – сохранить поддержку этой части общества. А у неё отношение к войскам ОДКБ, мягко говоря, не позитивное.
В назначение же министрами таких русофобов, как Аскар Умаров, Данилин, как ни парадоксально, видит даже некоторые положительные моменты:
Пусть и не большинство казахского общества, но значимый его сегмент, в первую очередь – из элит, воспитан Назарбаевым в духе русофобии и нацизма. Поэтому поддержка таких людей, как Умаров, для Токаева нужна. Другое дело, что мы не должны смотреть на это сложа лапки. И позиция Рогозина, и позиция Примакова абсолютно правильная. А с другой стороны, я, например, полагаю, что чем больше Умаровых – тем лучше для России. Из Казахстана и без того уехало 3 миллиона русских, а осталось ещё 3 миллиона с небольшим. Так что это подстегнёт возвращение русских на Родину. Чем больше русских вернётся в Россию – тем лучше.
Тем не менее Данилин считает, что Россия должна вести себя с подобными назначенцами "максимально жёстко": "Ни Умаров, ни какой другой нацист не должны получать никакой поддержки со стороны официальных лиц РФ. Никакого общения с ними, никаких контактов. Мы просто будем налаживать связи в других сферах, а с этим министерством – нулевое сотрудничество".
Конечно, можно, как советует Данилин, "войти в положение" Токаева, можно также поискать конспирологические объяснения с тайными договорённостями РК и России о новых русских военных базах и изменениях в добыче и экспорте казахстанского урана и цветных металлов. Мол, по сравнению с ними отдельные русофобы и нацики, тем более уже начавшие оправдываться, – сущая мелочь. Но это будет "лирика" и догадки. А вот в реалиях мы имеем не слишком-то приятную картину. При этом с явным привкусом дежавю.
Что с того?В данной ситуации Россия получила, что называется, урок "на повторе". Выбор с тем, как вести себя со спасённым союзником, можно сказать, онтологический. Тут вопрос – что главнее? Допустим, русофобы в правительстве и шаткая "двух-трёх-векторность" политики РК опускается по значимости гораздо ниже существующих и будущих экономических договоров, строительству АЭС и других. Тем более – гипотетических пока военных баз России в Казахстане.
Допустим, мы верим также прежним обязательствам этой республики в её политической нейтральности, нежеланию, к примеру, вступать в НАТО или развивать идеи "великого Турана". Но не получим ли мы в итоге Украину-2? Там долгие годы, как помним, был экономический сговор "бизнес-элит": в московских и киевских офисах делили, периодически ругаясь, газовые "бабки", а на рост нацистской бандеровской гидры закрывали глаза как на маргинальный казус. Понятно, что между Украиной и Казахстаном есть существенные отличия, только не станет ли "последняя горше первых"? Особенно, соединившись в агрессивной русофобии. Бабло не всегда побеждает зло. Как бы в это ни верили некоторые "элитарии".