В режиме онлайн 13 января начался Гайдаровский форум

«Каждая страна вырабатывает свою собственную национальную стратегию, соответствующую ее национальному интересу. Я вижу два типа национальных стратегий. Один тип национальной стратегии — значит так, ребята, вы там разбирайтесь, пожалуйста, что там, климат у вас, энергетика, у нас вообще другие проблемы, не мешайте нам работать, решите проблему и все будет нормально, мы пока подождем. Второй тип национальной стратегии — энергопереход, это не просто выход на уравнение углеродной нейтральности, это смена техносферы, это значит, что через 10-20 лет страны, которые пошли в эту сторону, и сформируют новую мировую элиту. Вот чтобы представить себе, что такое страна, выбравшая первую стратегию «сами разбирайтесь, мы пока ничего делать не будем», через 20 лет она будет выглядеть примерно так, как сейчас выглядела бы страна, в которой нет интернета. Первая стратегия, если уйти от дипломатии. называется тупой, самое точное слово. А вторая, такая smart strategy. Для меня фундаментально важно, что Россия до самого последнего времени находилась в развилке, у нас были очень влиятельные силы, которые категорически настаивали на первой стратегии, точку поставил президент России Путин Владимир Владимирович, который ясно сказал в октябре прошлого года: «Россия принимает целеполагание в виде углеродной нейтральности не позже, чем в 2060 году». А правительство в свою очередь, исходя из этой цели, выработало достаточно такой фундаментальный документ стратегии низкоуглеродного развития России до 2050 года».

«Вот уже с 2000 года до 2011, вот как раз когда я был вице-премьером, у нас ВВП вырос на 67%, у нас средний темп роста был выше 5%, выше темпов мирового роста, что является нашей тоже сейчас важной целью. Жизненный уровень вырос почти в три раза, но, к сожалению, после высокого падения в нулевые. Но сейчас темпы роста последнего десятилетия были более умеренные. Подведу итог, за 30 лет ВВП России сейчас на 33% выше, чем в 1991 году, в период последнего года до либерализации, до реформ, а уровень жизни тоже на 30% выше, чем в те годы. В общем, сегодня мы живем лучше, но я, конечно, должен всегда оговариваться, средние цифры в наше время имеют изъян, потому что дифференциация уровня жизни и даже у врачей, учителей тоже существенная».