Казахстанский рейд ОДКБ-2022: успехи, просчеты, последствия
В январе 2022 года Российская Федерация совместно со своими союзниками по Организации Договора коллективной безопасности впервые за три десятилетия применили на деле силовой потенциал этого альянса и фактически спасли от пучины анархии и распада соседний Казахстан
Однако операция Коллективных сил, как и ее предварительные итоги, оказались весьма противоречиво встречены общественным мнением и российским политикумом.
Начало операции в целом не вызвало жесткого отторжения у наших сограждан, если не брать во внимание стенаний горстки ультралибералов и немногочисленных блоггеров-леваков о мифическом подавлении русской армией неких «народных протестов».
Практика показала, что весьма ограниченные военные контингенты ОДКБ оказали своим казахстанским коллегам в большей мере моральную помощь и консультативную поддержку. Поэтому эффективно проведенная операция 6-9 января 2022 г. — безусловный успех России, ведь не пролились реки крови, и стратегически важный ареал ближнего зарубежья избавлен от очередной обвальной катастрофы.
Однако оценка политико-военных последствий проведенной операции вызывает немало вопросов относительно долговременных последствий действий ОДКБ для России, да и для самого Казахстана. Прежде всего, немалое смущение вызвали крайне ограниченные сроки проведения акции подобного рода: все известные ранее операции как России, так и ее западных оппонентов, как бы они официально ни именовались, всегда длились ровно столько, чтобы их основной инициатор и исполнитель имел возможность обрести из произошедших событий четко выраженную геополитическую выгоду.
По-разному реагируя на решительный шаг российского руководства, отечественные эксперты и журналисты сходились в том, что на этот раз спасенные от неминуемого краха казахстанские правители должны будут наконец развернуться в сторону Москвы: как минимум, прикрыть очаги биологической агрессии США и турецкие учебные центры на своей территории, как максимум — одобрить российскую военную базу/базы на целинных просторах или в Прикаспии и отказаться от дерусификации образования и культуры соседней страны.
Самые откровенные идеалисты размышляли о вероятной федерализации Казахстана и появлении на его севере и северо-востоке русских национально-территориальных автономий.
По прошествии всего нескольких суток стало понятно, что президент Токаев и не собирается каким-то образом учесть интересы своих настоящих спасителей. Поначалу оставалась надежда, что приватные договоренности все же достигнуты, но их нельзя публично оглашать немедленно сейчас, дабы не создавать «союзнику» имиджа «сателлита Москвы». Но высказанное в безапелляционной манере заявление Токаева о завершении операции стран-союзников и показательное назначение на пост министра информации провокатора-русофоба расставило все на свои места.
Во-первых, заявление об окончании операции, возможно, совместное с Токаевым, все же уместнее было делать тем, кто ее официально санкционировал, — нынешнему главе Совета коллективной безопасности ОДКБ незабвенному Николу Пашиняну или Генеральному секретарю организации Станиславу Засю.
Во-вторых, глава Казахстана и его советники не могли не понимать, что выдвижение пещерного русофоба в состав высшего эшелона своего правительства — это путь к конфронтации с Москвой. Закономерно, что напряженность между странами моментально возросла, ибо официальный государственный институт — Россотрудничество — отрыто разорвал отношения с министерством информации Казахстана. Возможно, на волне российского возмущения одиозный антироссийский пропагандист вскоре и покинет свой пост, однако и это не будет решением проявившей в себя в полный рост проблемы. Несомненно, вместо нынешнего горе-министра на свет будет явлен какой-либо новый пантюркист или евроинтегратор, так как после январского кризиса сохранилась в целостности та социальная среда, которая последовательно стремится окончательно оторвать Казахстан от России.
Очевидно, что эту среду составляет новое казахское «байство», вольготно паразитирующее на доставшемся с советских времен наследии добывающих и горно-обогатительных экономических отраслей. Впрочем, группируясь против России, никакого внутреннего единства данный слой не составляет, будучи раздроблен на множество кланов различного масштаба, только и видящих, как бы отодвинуть от национальных богатств более удачливых соперников. И очередной российский партнер Касым-Жомарт Токаев, несмотря на весь свой светский лоск, очевидно, не способен выйти за рамки клановых представлений и предотвратить сползание страны в новое Сомали или в новый Афганистан.
Действенных силовых, экономических и идеологических ресурсов он не имеет, авторитетом, каковой имелся у его былого патрона Назарбаева лет двадцать назад, ни в стране, ни в мире не пользуется. В этом заключается системная проблема всего «несостоявшегося государства» в казахских и сибирских степях: персона прежнего лидера, на облике которой строился национальный государственный казахский проект, оказалась дутой, а нового лидера от Токаева ждать не приходится. Ведь он поддался на давление Запада, Турции, Китая, своих олигархических кланов и вопреки своим собственным интересам и здравому смыслу поспешно попросил русских солдат на выход.
Как тут не вспомнить судьбу соседа — незадачливого главы Киргизии Курманбека Бакиева. Когда-то давно, в 2009 г., он взял российский кредит и обещал вывести американскую военную базу, за что уже проголосовал и подконтрольный ему парламент. Средства были перечислены, но базу ВВС США из Манаса киргизский претендент в «великие комбинаторы» выводить передумал. Итогом стало очередное народно-племенное возмущение и бегство Бакиева в гостеприимный Минск.
Что касается России, то и в ее политике можно найти столь же показательный пример: осенью 1993 года российские десантники разогнали банды мятежных мингрелов, шедших на Тбилиси свергать полузабытого сейчас Эдуарда Шеварнадзе. Благодарностью от последнего стали выход страны из ОДКБ в 1999 году и рейды чеченских боевиков из грузинского Панкисского ущелья на российский Северный Кавказ.
В качестве заключения отметим, что только жесткий прагматизм в подходах выбора союзников как никогда необходим сейчас России, оказавшейся перед вызовом самой масштабной конфронтации с Западом со времен «Холодной войны».
Дмитрий Цыбаков, Аналитическая служба Донбасса