Госдепартамент США пугает «военными учениями» России вблизи украинских границ

Данная статья является исключительно мнением автора и может не совпадать с позицией редакции.

Переговорный процесс в Женеве и Брюсселе между Россией, странами НАТО и США выходит на кульминационный этап. Основной предмет напряженного диалога — предложенный Москвой проект договора о гарантиях безопасности, в котором говорится, что НАТО не должна далее расширяться на восток, а особенно включать в свой состав бывшие советские республики (в частности Украину, Молдавию и Грузию).

В силу актуальной повестки вопрос Украины сейчас ключевой как для России, так и для США. Во время состоявшегося семичасового обсуждения договора между заместителем министра иностранных дел РФ Сергеем Рябковым и замгоссекретаря Штатов Венди Шерман оба дипломата высказались в том духе, что данная тема, равно как и расширение Североатлантического альянса, стала наиболее «конфликтной». По словам Шерман, США не позволят «никому закрывать другой стране двери в НАТО».

Стоит отметить, что обе стороны по итогам совещания довольно высоко оценили готовность к компромиссу и уровень проработки тем, затронутых в проекте договора, что все же дает определенные надежды.

При этом, судя по всему, и Вашингтон, и Москва действительно не хотят усугублять ситуацию, но понимают это как-то уж слишком по-разному. Об этом свидетельствует недавнее заявление официального представителя Госдепартамента, Неда Прайса, который потребовал «прекращения маневров российских войск» у западных границ:

«Мы полагаем, что в этом случае деэскалация предполагала бы возвращение российских военнослужащих в казармы, разъяснения по поводу этих маневров или их прекращение, а также возвращение тяжелых вооружений в места их обычного хранения».

Речь о якобы расположенной стотысячной группировке российских войск в непосредственной близости от Украины, о которой в последние месяцы пишут влиятельные американские и европейские СМИ и заявляют западные чиновники. Прайс, кажется, первый, кто заговорил даже не о дислокации военных соединений, а о «военных учениях». И это уже явно некий новый виток в риторике наших «западных партнеров» вокруг Украины.

В последние годы проведение разного рода учений и маневров стало определенным видом политической демонстрации силы и готовности к «внешним угрозам» как со стороны США и НАТО, так и со стороны России. Правда, с небольшим нюансом: именно НАТО и США инициировали военные маневры в Восточной Европе и на Украине первыми. Россия проявляла лишь ответные инициативы подобного рода.

Достаточно, даже не слишком углубляясь в историю вопроса, просто вспомнить 2021-й. В прошлом году страны НАТО во главе с США в непосредственной близости от российских границ провели учения Defender Europe 2021, которые длились с мая по июнь, в общей сложности в них было задействовано несколько десятков тысяч военнослужащих Альянса. В начале июля в Черном море проходили Sea Breeze 2021, где участвовало около пяти тысяч военнослужащих НАТО и «союзников». Параллельно с этим шли учения Baltops 2021 в Балтийском море — тоже в непосредственной близости от российских границ, в Калининградской области в частности.

Не стоит забывать и про маневры боевых подразделений Альянса, которые не были связаны с учениями. Когда, к примеру, Великобритания отправила свой военный контингент на границу Польши и Белоруссии, мотивируя это желанием помочь Варшаве справиться с миграционным кризисом. В ответ на подобные действия НАТО Москвой и Минском были организованы совместные учения под Гродно.

Кстати, если возвращаться к Sea Breeze 2021, то стоит напомнить, что перед самым началом маневров в акватории Черного моря произошел инцидент с британским эсминцем Defender, который вошел в российские территориальные воды и пробыл там несколько часов. Только после предупредительных выстрелов эсминец покинул акваторию РФ. Можно вспомнить и 2020 год, когда американские стратегические бомбардировщики отрабатывали ядерный удар по Крыму. И это только наиболее резонансные случаи и масштабные мероприятия, которые проходили с подачи США и НАТО у российских границ. Инцидентов на самом деле было значительно больше.

Что делала Россия? Всегда предпринимала что-то только в ответ, не совершая никаких, даже показательных действий, которые могли бы быть расценены как наступательные или агрессивные.

Надо сказать, что до некоторых американских спикеров все же доходит, что вопрос Украины для Москвы — это не про то, чтобы «насолить США и НАТО», а про национальную и глобальную безопасность.

Так, бывший аналитик ЦРУ Джордж Биб по итогам переговоров Рябкова и Шерман в одном из интервью заявил:

«Это фундаментальная ошибка западных аналитиков. Москвой движет «традиционная одержимость» собственной безопасностью. Решение для русских традиционно состояло в том, чтобы стремиться к максимальному географическому отдалению между своей территорией и потенциальными противниками».

Правда, и в этих словах не обошлось без определенного передергивания, поскольку «традиционной одержимостью» почему-то называется здравый смысл. А особенно сейчас, когда выяснилось, что в конце этого года Вашингтон выделили очередной транш на военные нужды Киева в размере 200 миллионов долларов. К тому же министр обороны РФ Сергей Шойгу отмечает, что на востоке Украины идет постепенная концентрация «инструкторов» из американских ЧВК и размещение «резервуаров с неизвестным химическим реагентом» для возможных провокаций.

На этом фоне требовать от России совершить какие-то действия по «деэскалации» как-то, мягко говоря, странно, если не сказать грубее. Отсюда и довольно резкий ответ на подобные предложения со стороны российского посольства в США:

«Наше решение — где и когда проводить военные учения на национальной территории. Мы продолжим проводить их, потому что это соответствует интересам безопасности».

И это действительно так, особенно если учесть тот факт, что с другой стороны границы от России уже несколько лет все очень неспокойно. Именно оттуда и идет, в том числе не без помощи НАТО и США, постоянная эскалация. Чтобы подобных ситуаций впредь не возникало, Россия и предлагает проект договора о гарантиях безопасности, который сейчас обсуждается в Женеве и Брюсселе. Но право слово, заботиться о «деэскалации» в ходе данных переговоров нужно совсем не Москве.