Кого и зачем разбил князь Александр на Неве
Исторические темноты Невской битвы
Репродукция картины Виктора Васнецова «Битва князя Александра Невского со шведами на Неве»
15 июля 1240 года состоялась Невская битва, в которой новгородский князь Александрразбил превосходящие силы шведов. За эту победу, ставшую важной вехой в русской истории, князь назван Александром Невским.
Законы соседских разборок
Начнем с того, что откажемся от употребления термина «агрессия» применительно к походу шведов на Россию в 1240 году. Это были нормальные «рабочие» отношения между соседями. В средние века выяснение спорных вопросов при помощи оружия считалось обычным делом. Не только шведы частенько заглядывали на чужую территорию, чтобы взять богатую добычу, но и русские делали ответные «визиты2 с теми же целями. Причем, весьма внушительные по результатам.
Так, в 1188 году войско новгородцев взяло столицу Швеции Сигтуну, которая была богатым экономическим, политическим и культурным центром. Город разрушили до такой степени, что его решили не восстанавливать. Для новой столицы — Стокгольма — было выбрано новое место, более выгодное в военном отношении. Обоюдные набеги следовали с небольшими по историческим масштабам промежутками времени.
Вполне понятно, что шведы поставили перед собой цель пресечь нападения новгородцев. Новгородская Первая летопись, по которой мы имеем возможность судить о событиях давно минувших веков, утверждает, что у шведов в 1240 году были грандиозные планы: вначале захватить Ладогу, а затем разгромить Новгород.
Решение проблемы, конечно, радикальное. Однако ресурсов для этого у терзаемой в этот период гражданской войной Швеции просто не было. Новгород был ей явно не по зубам. Да и Ладога также слишком крепким орешком.
Так зачем же пришли шведы на Ижору?
Есть и еще один момент, который трудно вяжется с приведенными в летописи, а также в житие Александра Невского планами шведов. На успех им можно было надеяться лишь в случае внезапного нападения на Ладогу. Однако шведы, войдя в Неву, встали лагерем у места впадения в нее реки Ижоры. И стояли семь дней, словно специально дожидались столкновения с войском новгородского князя Александра Ярославовича.
За это время передовой дозор сообщил новгородцам о прибытии незваных гостей. Александр собрал дружину и силы ополчения. Его войско, численность которого достигала 1,5 тысячи человек, отправилось по бездорожью в поход протяженностью в 150 километров.
То есть в данном случае ни о какой внезапности говорить не приходится. Еще один странный момент: в летописи ничего не говорится о снаряжении для осады Ладоги. Ни о штурмовых лестницах, ни о стенобитных машинах.
Историк Павел Сутулин предлагает любопытную гипотезу, которая очерчивает круг задач, которые шведы могли поставить перед своим войском в этом походе. Они намеревались построить на Ижоре крепость, которая стала бы форпостом при отражении нападений как новгородцев, так и еще менее предсказуемых карелов. Такое территориальное завоевание могло бы способствовать и утверждению католицизма в племенах финской группы, остававшихся языческими. Несмотря на массовое крещение, предпринятое отцом Александра Невского — Ярославом Всеволодовичем в период его княжения в Новгороде.
Для Александра Ярославича любые планы шведов в случае их реализации были крайне неприятными. И создание неприятельской крепости под боком у Ладоги и Новгорода позволило бы шведам действовать с существенно большим успехом в случае возникновения военных конфликтов.
Сломанные клещи
Против полуторатысячного новгородского войска действовали превосходящие силы шведов, насчитывавшие около пяти тысяч человек. Но вот действительно ли перевес был столь существенным, о том узнать теперь невозможно. Вполне понятно, что новгородский летописец, стремясь угодить князю, мог завысить силы неприятеля, дабы подчеркнуть доблесть своих воинов. В таких случаях прибегают к «очной ставке» летописей противников. Однако сделать это невозможно, поскольку шведские летописцы по неизвестной причине обошли молчанием Невскую битву. Можно лишь утверждать, что перевес был, но неизвестно какой кратности.
20-летний князь Александр перед битвой проявил стратегическую мудрость. Он мог бы запросить помощи у отца — великого князя владимирского Ярослава Всеволодовича. И тогда он располагал бы куда более внушительным воском. Но на это ушло бы значительное время. Александр же Ярославович сделал упор на фактор внезапности нападения на неприятеля.
И это решение оказалось единственно верным при таком раскладе сил. 15 июля 1240 года в 11 часов новгородцы напали на неподготовленных к отражению атаки шведов. Шведы дрогнули и начали отступать к кораблям. Однако через некоторое время их количественный перевес дал себя знать. Атака вооруженных копьями русских конных дружинников захлебнулась. А затем шведы перешли в контрнаступление. Но и оно вскоре выдохлось. С этого момента военная удача всецело и до конца битвы переходит на сторону новгородского войска.
Собственно, о ходе битвы в летописи говорится мало и скупо. И лишь житие Александра Невского красочно изображает ратные подвиги и самого князя и шестерых его воинов, названных поименно: Гаврило Олексеич, Сбыслав Якунович, Яков Полочанин, отрок Савва, Миша и Ратмир.
Надо сказать, что жития святых — это особый жанр, изобилующий гиперболами и описаниями чудес. В житии Александра Невского говорится: «Когда Александр победил короля, на противоположной стороне реки Ижоры, где не могли пройти полки Александровы, здесь нашли несметное множество убитых ангелом Господним».
Попытки историков прокомментировать это место с батальной точки зрения выглядят крайне неубедительно. Кто выступил в роли ангела — понять невозможно. Ведь не оружие же массового поражения? Также неведомо, зачем шведы ослабили свои силы, разделив их на два лагеря?
После нанесения шведам сокрушительного поражения, Александр проявил милосердие, позволив неприятелю похоронить около четырехсот убитых. Русское же войско потеряло убитыми 50 человек.
Победа в Невской битве имела для Новгорода важное стратегическое значение. Дело в том, что благодаря ей Александру Невскому удалось расколоть предпринятое на север Руси широкомасштабное наступление. А августе 1240 года войско Ливонского ордена, в котором состояли немецкие рыцари, начало поход на Псковское княжество. И немцы сильно преуспели, захватив к 1242 году Изборск и Псков.
Если бы еще и шведы утвердились на невских берегах, то совместные вооруженные силы западноевропейцев взяли бы Новгород в клещи. И его вполне могла бы постичь участь Пскова. Можно предположить, что сводное войско захватчиков двинулось бы и дальше — в глубь Руси.
Однако никаких клещей не получилось. Немецкое рыцарство во время Ледового побоища, состоявшегося на Ладожском озере в апреле 1242 года, оказалось без поддержки союзников, наедине с дружиной Александра Невского, к тому моменту накопившего серьезный тактический и стратегический опыт. И было разгромлено. На сей раз похоронить погибших рыцарей не удалось, поскольку они ушли под лед на дно озера.
Конечно, пограничные конфликты в этих краях на том не иссякли. Но они уже имели локальный характер, не угрожая нашей стране территориальными потерями.