Треугольник перевернётся?

Американский аналитик, директор центра стратегического прогнозирования при Атлантическом совете, писатель Мэтью Барроуз (Mathew J. Burrows) и старший научный сотрудник Атлантического совета Роберт Мэннинг (Robert A. Manning) полагают, что треугольник, состоящий из США, Китая и России, может перевернуться и тем самым изменить существующий миропорядок. Статья соавторов вышла в «Nikkei Asian Review». В 1971 году, напоминают публицисты, президент Ричард Никсон и Генри Киссинджер сделали «блестящий ход»: воспользовались желанием Китая найти поддержку против СССР. С этого момента и началось «историческое открытие» Китая США. Это шахматный ход породил стратегический треугольник с США наверху и двумя недовольными друг дружкой коммунистическими режимами внизу. Но теперь всё переменилось: между США и РФ возникла напряжённость, а китайско-российские отношения стали ближе, чем они были в любой момент за последние полвека, что дало китайцам и русским шанс «перестроить мировой порядок по своему вкусу». И это — самый страшный кошмар для Генри Киссинджера, считают авторы. Похоже, Китай, наблюдающий за кризисом отношений Москвы и Вашингтона и извлекающий из него выгоды, окажется победителем. Два последних опроса «Pew» говорят нам о том, что 79% русских положительно относятся к китайцам, и 51% опрошенных китайцев имеют благоприятные представления о России. В объятия Поднебесной Россию толкнули санкции Запада, инициированные США. Конечно, сближение с Китаем означает признание Россией своего ослабления, однако пусть даже Москва станет «младшим партнёром» Пекина, всё равно долгосрочное будущее её энергетики строится теперь в Азии. И почти полтриллиона долларов в газовых и нефтяных сделках с Китаем укрепят «провисшую» российскую экономику, считают аналитики. Китай, в свою очередь, получил ценного партнёра, с которым готов строить своё экономическое будущее. Сегодня Китай и Россия уже оказывают совместно влияние на мировую политику. Китай, как правило, следует за Россией в ООН; усвоив ливийские уроки НАТО, он вместе с Россией заблокировал резолюцию о санкции против Асада в Сирии. И как Китай, так и Россия откровенно демонстрируют свои симпатии к авторитарной власти. Благодаря Китаю российские усилия в деле расширения Евразийского союза получат со временем дополнительный импульс. Шанхайская организация сотрудничества уже пополнилась Пакистаном и Индией. Происходит и негласное разделение сфер влияния между КНР и РФ в Центральной Азии: Москва будет играть ведущую роль в обеспечении безопасности, а Пекин предоставлять финпомощь и инвестиции. Новый банк развития БРИКС и Азиатский банк инфраструктурный инвестиций объединят свои усилия, считают эксперты. И такой мощный «евразийский толчок» усложнит усилия Японии по углублению своих связей в Центральной Азии. А вот для Вашингтона страны Средней Азии потеряли интерес. «Сланцевая революция» и новые игроки нефтерынка (Ирак и Иран) уменьшили привлекательность стран Центральной Азии для западных интересов. Сегодня у Запада более чем достаточно нефти. Эпоха крупных трубопроводов закончена, полагают аналитики. Антитеррористический интерес тоже ушёл в прошлое. Поставки вооружений в Афганистан означали важность для США и их союзников стран Центральной Азии. Теперь от этой важности мало что осталось. К тому же антитеррористическая борьба ведётся на уровне дронов, для применения которых американцы даже не спрашивают разрешения. Сближение России и Китая поднимает ряд вопросов о будущем глобального управления и динамики мирового порядка. В худшем случае, предполагают соавторы, может сложиться новый биполярный миропорядок: на одном полюсе — Китай, Россия и горстка государств из Центральной Азии с авторитарными режимами, на другом полюсе — США, ЕС, Япония и их азиатские союзники и партнёры. Такой вид глобального сожительства авторы не находят пригодным «для мира и процветания». Однако надо рассмотреть и некоторые экономические данные. Пока Россия стремится «отойти» от глобальной экономики, КНР, наоборот, делает ставку на глобальную экономику. На внутренней повестке дня Китая — рыночные реформы, направленные на преобразование экспортно-ориентированной экономики в инновационном отношении. А вот и некоторые показатели: объёмы китайской торговли с США, Японией и ЕС составили 1,4 трлн. $ в 2014 году. За тот же период объём его торговли с Россией составил всего 100 млрд. $. Российское «нефтегосударство», пишут эксперты, медленно, но неуклонно скатывается вниз; Китай же, напротив, поднимается. И в Пекине неспроста говорят о «великой державе». Рядом с этим гигантом Россия чувствует себя «неловко» на своём Дальнем Востоке, где 100 миллионов китайцев живут у границы. Русских по ту сторону границы всего 7 миллионов. Китай демонстрирует «территориальную напористость». Аналитики напоминают, что китайская династия Мин претендовала на большую часть российского Дальнего Востока ещё до того, как эти территории в XVII веке заняла Москва. России остаётся лишь надеяться, считают эксперты, что морские споры, которые ведут китайцы с Японией и азиатскими союзниками США, станут более напряжёнными. Это «бросит» Китай в объятия России. Есть ли возможность для США вернуть мир к чему-то, что хоть немного напоминало бы «стратегический треугольник Киссинджера»? Мэтью Барроуз и Роберт Мэннинг полагают, что глобальный политический вектор зависит от мировой роли США. От той роли, которую примет Вашингтон, будет зависеть в немалой степени поворот мира или к новой биполярности, или к дальнейшему движению к более открытому международному порядку, где уже нет такого государства, которое могло бы в одиночку направлять международные отношения. Для сохранения второй возможности от США (и Японии тоже) требуются немалая гибкость и прагматический реализм. Вашингтону следует отказаться от униполярной тенденции. США отныне должны действовать как первый среди равных. Однако что происходит на деле? Нынешние потенциальные кандидаты в президенты в своих кампаниях стремятся превзойти себя в риторике, направленной против России и Китая. Совершенно нет возможности подискутировать на тему адаптации Вашингтона к меняющемуся мировому порядку и перераспределению глобальной власти. США сосредоточиваются на мелочах вместо того, чтобы думать о больших стратегических сдвигах, резюмируют аналитики. С соавторами солидаризируется Л. Колуччи, обозреватель «US News». По его мнению, политику американского президента Обамы можно охарактеризовать словосочетанием «великое отступление». «Нелегко признать это, однако российская дипломатия более искусна, нежели американская», — пишет журналист. Победы российской дипломатии на международной арене обусловливаются следующими причинами: внешняя политика Москвы строится на холодном расчёте; учитываются российские национальные интересы за границей; Россия поставила чёткие дипломатические цели, которых и придерживается. В итоге внешняя политика Кремля заставляет Вашингтон «краснеть». А вот ещё одно мнение. Джейкоб Стоукс и Александр Салливан в статье для «Foreign Affairs» призывают правительство США как можно быстрее понять, что же делать со сближением России и Китая. И даже кое-что подсказывают Обаме. «Сближение России с Китаем — повод для взвешенных решений, а не для насмешек и паники. Интересы и ценности Соединённых Штатов требуют давать отпор — в том числе, когда это необходимо, силовой — дурному поведению обеих великих держав. И появление российско-китайского содружества не отменяет этой логики… Разумнее всего было бы втихомолку поощрять взаимные разногласия между ними. Именно такой подход при правильном применении может обеспечить США максимальный успех — как во времена холодной войны, только с другой тактикой», — цитирует авторов «Foreign Affairs» Politonline.ru. Итак, пока одни эксперты советуют Вашингтону взглянуть правде в глаза и отказаться от роли гегемона и «жандарма» и дозволить сформироваться подлинно открытому миру на планете, другие рекомендуют использовать всё ту же стратегию холодной войны, а также методы стравливания геополитических конкурентов между собой. Нетрудно догадаться, какой вариант предпочитает Белый дом и Конгресс: ведь фигуры воротил из военно-промышленного комплекса всегда маячат за исполнительной и законодательной властью. Обозревал и комментировал Олег Чувакин — специально для topwar.ru