Реджеп Эрдоган и предзнаменование куропатки: почему Запад вывозит ракеты из Турции
В культовом советском фильме «Кавказская пленница» есть любопытный эпизод, отнюдь не просто отражающий «юмор положений» в стиле замечательного режиссера Леонида Гайдая. Чтобы освободить «спортсменку, комсомолку, красавицу» Нину, похищение которой организовал номенклатурный товарищ Саахов, главный герой Шурик и его приятель, шофер Эдик, в надежде припугнуть негодяя, запускают в его квартиру дрессированного ворона по кличке «Гамлет». При виде птицы руководитель районного звена, человек циничный и отнюдь не самый дремучий, был полностью деморализован.
Эти забавные кадры несут в себе немалую смысловую нагрузку. На Кавказе и в сопредельных регионах есть старинное поверье, согласно которому залетающая в дом либо садящаяся на человека птица предвещает большое несчастье, даже — смерть. Между тем, недавно на голову президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана уселась куропатка. Неприятный инцидент произошел во время торжественной церемонии открытия новой мечети, проект которой разрабатывался при участии самого Эрдогана. Произнеся подобающую случаю речь, турецкий лидер направился к клетке с голубями и по традиции выпустил их на волю. И вот когда последний голубь улетел, Эрдогана атаковала куропатка, которая сперва села ему на спину, а затем перебралась на голову. В конце концов охране удалось отогнать птицу…
Конечно, смешно было бы объяснять происходящие в Турции и вокруг неё процессы старинными суевериями, но факт состоит в том, что ситуация в последнее время начинает развиваться по самому негативному сценарию. И как ни странно, этот сценарий написан не где-нибудь в недрах «мировой закулисы», а в Анкаре.
Нынешнюю внутреннюю жизнь страны определяют три основных фактора. Во-первых, предстоящие в начале ноября внеочередные парламентские выборы. То, что они неизбежны, стало ясно после того, как не было сформировано коалиционное правительство, и турецкий ЦИК передал партиям проект календаря по подготовке досрочных выборов. При этом голосование предлагается назначить на 1 ноября, то есть на подготовку к выборам останется лишь 2 месяца, хотя по закону этот срок может составлять 90 дней. Однако ЦИК спешит. И причиной тому — второй важнейший аспект жизни страны: нарастающее противостояние с курдами.
Столкновения турецких военных и жандармов с отрядами Курдской рабочей партии на востоке и юго-востоке страны постепенно приобретают черты полномасштабной войны. Не будем анализировать причины прекращения двухгодичного перемирия Анкары с РКП, они хорошо известны. Факт состоит в том, что более чем в двух десятках районов, преимущественно населенных курдами, идут постоянные бои, там введен особый режим, руководители местных административных структур — курды по национальности, начали подвергаться прессингу и даже открытым преследованиям со стороны правоохранительных структур. Однако об успехах Анкары говорить не приходится, напротив, целый ряд небольших городов и других населенных пунктов уже перешел под полный или частичный контроль повстанцев РКП.
Президент Эрдоган, крайне разочарованный результатами предыдущих выборов в парламент и срывом своих планов превратить страну в президентскую республику под своим руководством, стремится в результате новых выборов вернуть правящей Партии Справедливости и развития (ПСР) большинство в законодательном органе, а заодно — обнулить недавнюю победу курдской Демократической партии народов, не позволив ей на сей раз перешагнуть 10-процентный барьер. Для этого и понадобилось прекратить диалог и спровоцировать возобновление противостояния с курдами, в условиях которого, как предполагается, удастся закрыть курдским политикам дорогу в парламент.
Подобные расчеты выглядят недальновидными. Конечно, неизбежный в настоящих условиях рост националистических настроений может отвратить от Демократической партии народов часть избирателей. Да только совсем не факт, что в свете ухудшающегося социально-экономического положения страны, девальвации национальной валюты — лиры и роста цен эти голоса достанутся правящей партии. Они, с большой долей вероятности, будут отданы традиционной оппозиции — националистам и кемалистам. Поэтому ПСР, даже при условии определенного увеличения своего представительства в Великом национальном собрании страны, где сейчас контролирует 41% мандатов, большинства всё равно не наберет. И уж тем более — квалифицированного большинства, необходимого для внесения поправок в Конституцию для перехода к президентской форме правления. Тем более, что на данный момент, по некоторым соцопросам, правящая партия не только не набирает, но теряет голоса — в начале августа за неё готовы били проголосовать уже менее 40% избирателей.
Наконец, крайне негативно для правящего в Анкаре режима складываются его взаимоотношения с «Исламским государством», которое, как давно уже известно, является инструментом, с помощью которого Турция борется с президентом Сирии Башаром Асадом. ИГ, осознав свою силу, всё последнее время постепенно выходило из-под контроля турецких спецслужб, хотя именно с их помощью оно появилось на свет и «встало на крыло». Последним аккордом стал недавний призыв «халифата» к гражданам Турции «начать восстание против президента Эрдогана». Из этого послания выясняется, что недавний друг радикалов «продал Турцию курдским повстанцам и США». По этой причине боевики грозятся захватить Стамбул, а турецкую власть называют «прислужницей сатаны»,
Вполне вероятно, что уже вскоре в Турции возникнут два полноценных фронта — с курдскими повстанцами и с радикалами ИГ. На этом фоне симптоматичным выглядит решение стран НАТО — США, Германии и Голландии — свернуть дислоцированные на южных турецких рубежах шесть батарей ЗРК Patriot. Они, напомним, были размещены вдоль сирийской границы по просьбе Анкары, чтобы обезопасить юг страны от вероятных ракетных ударов с сирийской территории. Теперь этот щит снимается. В чем причина, задаются вопросом местные СМИ. «Правильно ли оставлять Турцию без защиты в столь накалённой на Ближнем Востоке обстановке? Неужели миссию нельзя было продолжить ещё какое-то время? Да и только ли от Башара Асада исходит угроза? Допустим, режим Асада пал, и одна из экстремистских группировок, воюющих в Сирии, завладела баллистическими ракетами. В чём же тогда будет заключаться сдерживающая роль НАТО перед лицом неприятных для Турции сюрпризов?», — задается риторическими вопросами, например, газета Milliyet.
Между тем, думается, что причина вывода зенитно-ракетных комплексов НАТО из Турции очевидна. В Брюсселе думают совсем не о том, что будет, если экстремисты свалят правящий в Сирии режим и завладеют его ракетами. Там понимают, что такая перспектива пока умозрительна, и опасаются другого — того, что радикалы уже вскоре вступят в южные районы Турции и захватят отнюдь не сирийские, а именно грозные натовские вооружения. И, видимо, такой катастрофический сценарий в НАТО полагают вполне вероятным, отчего и не собираются продлевать пребывание ЗРК Patriot в Турции.
Если ситуация в Турции продолжит развиваться в описанном направлении, а вероятность этого достаточно велика, президент Реджеп Эрдоган вполне может оказаться в ситуации, в которой находится его главный враг — президент Сирии Башар Асад. А это означает, что в битве за власть и за собственное политическое (и не только) выживание турецкий лидер попытается ввести особое положение уже не только в охваченных герильей курдских вилайетах страны. И тогда уже он ничем не станет отличаться от генералов прежнего времени, которые все внутриполитические проблемы в Турции решали путем военных переворотов. Однако за годы своего пребывания во главе страны Эрдоган и его партия минимизировали роль армии в жизни Турции, максимально ослабили военную элиту. И можно ли в условиях, когда генералитет и высшее офицерство ненавидят и опасаются нынешних правителей, когда в армии одна чистка идет за другой и военные чувствуют себя оскорбленными и униженными, рассчитывать на поддержку и преданность армейцев, если они окажутся востребованы?
Видимо, все же не зря куропатка спланировала на голову турецкого лидера.
Гай Борисов, политический обозреватель EADaily