Скандал, "кража века", кризис. Пойдет ли еще одна страна по пути Украины
Антон Лисицын
Владимир Путин поздравил Майю Санду с победой на выборах в Молдавии. У нее почти 58 процентов голосов. Действующий президент Игорь Додон намерен оспорить результаты в суде. За что Санду, считающуюся прозападным политиком, критиковали оппоненты и что изменится с ее приходом к власти
Неудачный ответ
После объявления результатов победительница произнесла речь, полную обещаний: "Мы вместе построим Молдавию, где граждане всех этнических групп почувствуют себя в безопасности, а их права, включая право на использование родного языка, будут надежно защищены. Мы построим страну, где компетентные люди займут ключевые должности вне зависимости от их этнического происхождения".
Санду обращалась, очевидно, к избирателям Додона, ведь ее упрекали в том, что она — унионистка, сторонница объединения с соседней Румынией. К тому же именно Санду, когда она была министром образования, убрала русский язык из перечня обязательных предметов — хотя на нем свободно изъясняются до 70 процентов жителей республики.
Среди тех, для кого русский — родной или близкий язык, ее речь воодушевления не вызвала. Особенно учитывая, что румынского диктатора 1940-х годов Иона Антонеску, допускавшего этнические чистки и массовые убийства евреев, она ранее назвала "исторической личностью, о которой можно сказать как хорошее, так и плохое".
Перед выборами Санду оправдывалась. "В прошлый раз я, наверное, выразилась не совсем удачно, о чем сожалею. Знаю, некоторые до сих пор спекулируют по этому поводу", — говорила она в телеэфире.
С большой яростью "не совсем удачное" высказывание припомнили ей молдавские коммунисты. Впрочем, идейно близкие Додону, они беспощадно критиковали и его. "Додон — лоснящийся бонвиван, заполнивший соцсети хвастливыми фото из собственных путешествий", — характеризовали президента страны члены Партии коммунистов Республики Молдавия (ПКРМ).
К позорному столбу в ПКРМ пригвоздили обоих лидеров и за отношения с Владом Плахотнюком, которого называли олигархом, хозяином всей республики и серым кардиналом молдавской политики. К слову, от Додона дистанцировался и еще один возможный союзник — популист Ренато Усатый.
Санду отдельно досталось от коммунистов за то, что она, по их мнению, причастна к коррупции — той самой "краже миллиарда". Именно так в республике назвали скандал 2015-го — тогда после вывода в офшоры миллиарда долларов Кишинев предпринял дополнительную эмиссию национальной валюты, что вызвало ее обесценивание. В столице начались акции протеста, которые привели к падению правительства.
Вспомнили и про деятельность Санду на посту министра просвещения. На этой должности она проработала дольше всего — три года. Ранее служила в Министерстве экономики, была специалистом в молдавском отделении Всемирного банка.
После ухода с поста министра образования начала карьеру публичного политика — возглавила Партию действия и солидарности. Осенью 2016-го стала кандидатом в президенты и проиграла Додону. В 2019-м избралась в парламент от блока Acum ("Сейчас"), созданного ее партией и "Платформой "Достоинство и правда".
Летом того же года на фоне очередного политического кризиса Санду заняла пост премьер-министра. Взлет сопровождался интригами, которые, как писали СМИ, чуть не привели к гражданской войне. Едва она стала премьером, Конституционный суд республики постановил, что парламент утвердил правительство незаконно. Но вскоре отменил собственные решения, и Санду просидела в кресле премьера до ноября 2019-го.
Предвыборной программой 2020-го она объявила реформу юстиции, развитие села, создание рабочих мест и "снятие с Молдавии международной изоляции" — так она называла отказ Додона углублять интеграцию с Европейским союзом.
Не обеспечили подвоз
Молдавский политолог Аркадий Барбарошие считает: избрание Санду показало прозрачность и честность голосования. "Она настолько чиста, что с нею трудно конкурировать", — уверен он.
Эксперт Института русского зарубежья, специалист по региону Виталий Журавлев полагает, что после прихода Санду в Кишиневе вновь поднимут вопрос о выводе российского контингента из непризнанной Приднестровской Молдавской республики (ПМР). В целом, по его мнению, новый президент будет действовать в русле собственных заявлений.
"Вполне возможно развитие более тесных связей с Бухарестом — вплоть до присоединения. Вероятно и охлаждение отношений с Москвой, румынизация внутренней жизни, образования, культуры, всей гуманитарной сферы — словом, то, что мы наблюдали на Украине после 2014 года", — перечисляет Журавлев.
При этом он убежден, что Санду не будет резко рвать экономические связи с Россией — экономика маленькой республики этого не позволит.
Глава аналитического бюро проекта СОНАР-2050 Иван Лизан объясняет неудачу Додона тем, что Санду, в отличие от него, сумела эффективно мобилизовать электорат. "А действующий президент даже не организовал подвоз граждан из Приднестровья в нужном количестве", — говорит эксперт.
"Кроме того, он поссорился с Усатым, который ни разу не антироссийский политик, но из-за размолвки с Додоном поддержал Санду, что и предопределило ее победу, — продолжает Лизан. — Кроме того, Додон не обеспечил себя мягкой силой. Не сделала этого и Россия, что объяснимо — в республике нет активов, принципиально интересных Москве. Молдавия находится на периферии внимания российских политиков".
Лизан считает, что противники демонизируют Санду — в сложившихся условиях она вряд ли будет проводить отчетливо антироссийскую политику: Кишинев просто не может себе такого позволить.
"По крайней мере, надеюсь, у нее хватит здравого смысла не размораживать приднестровский конфликт и не уничтожать немногочисленные достижения Додона, такие как восстановление товарооборота с Россией", — замечает Лизан.
Молдавская политика переживает кризис за кризисом — и это, пожалуй, самый стабильный ее признак, подчеркивает эксперт. Если случится очередное гражданское противостояние, обвинить в нем Санду будет сложно: такова вся система.