Мариинский театр покажет "Жизель" в честь юбилея Натальи Макаровой
В мире Наталья Макарова стала символом русской балерины второй половины ХХ века. Но в самой России ее слава значительно глуше - в 1970 году во время гастролей в Лондоне она попросила политического убежища и почти на 20 лет была отрезана от родины. Впрочем, дома ее слава и не была всенародной - Макарова танцевала в Ленинградском театре оперы и балета имени Кирова и, даже получив звание заслуженной артистки, оставалась знакома лишь кругу балетоманов. Зато они любили ее исступленно - как любят в большой семье трудного ребенка.
Она поздно начала заниматься балетом, окончила экспериментальный курс Вагановской школы, поэтому не была готова к тем перегрузкам, которые предъявлял театр. Ее редкая индивидуальность романтической танцовщицы была очевидна, но вообще не укладывалась в прокрустово ложе стандартов. Она не умела биться за партии, на следующий день после гениального спектакля могла танцевать спустя рукава, по словам тогдашнего балетного босса Константина Сергеева она "не нашла себя в пачке" - то есть в главных балетах Петипа, но была невероятно хороша в ролях Зои Березкиной в "Клопе", Девицы-Красы в "Стране чудес" и концертном номере "Проходящая красотка", которые сочинил для нее полузапретный тогда Леонид Якобсон. Для спонтанной Макаровой было невыносимо сознавать, что до пенсии оставалось восемь лет, в которых был предсказуем каждый день.
Перед каждыми зарубежными гастролями артистов труппы так идеологически прорабатывали, опасаясь повторения побега Нуреева, тем более что утаить обрушившуюся на него за рубежом славу было невозможно. Под подозрение тогда попал юный и ослепительно прекрасный Михаил Барышников. Но первой отважилась последовать за Нуреевым непредсказуемая Макарова. Для западного мира ее шаг тоже был шоком, и примы Королевского балета Великобритании выступили в излюбленном балеринском жанре "чаепития у директора", пригрозив своему руководству увольнением в случае сотрудничества театра с Макаровой. Париж был еще более закрытой цитаделью. Тогда балерина перелетела за океан и выступила с Американским балетным театром, в те годы гораздо менее статусным и привередливым.
Именно ее появление в составе труппы стало для АВТ одним из мощных стимулов ее роста: она выступала с этой труппой полтора десятилетия, и востребованность Макаровой была такой, что пенсию пришлось отодвинуть больше чем на десять лет. Королевскому балету и Парижской опере тоже пришлось распахнуть перед балериной свои двери, после того, как она научилась смирять свой нрав, справляться с эмоциональными перепадами и двойными турами. К эталонным с ленинградских времен Жизели и Одетте она добавила Одиллию, Никию в "Баядерке", Манон, Джульетту, Кармен.
Макарова не избавилась от сильнейшего русского акцента, но стала настоящей "дивой" - носящей экзотические наряды, переступающей преграды амплуа, выступающей на Бродвее и снимающейся в кино. Такой она блеснула на закате карьеры в родном еще Ленинграде, где в 1989 году простилась со сценой фрагментами из "Онегина".
Кстати
В честь юбилея фестиваль "Бенуа де ла данс", отмечавший Макарову наградой "за жизнь в искусстве", на своем YouTube-канале покажет 21 ноября в 19:00 фильм о балерине. Он смонтирован из записей, хранящихся в личном архиве балерины.