Кладбища на воде: где в России лежат затонувшие корабли и что с ними делать
В селе Териберка, о котором весь мир узнал после фильма «Левиафан», расположено самое известное, но далеко не единственное кладбище кораблей в России. У морских берегов и на дне рек по всей территории страны лежат сотни брошенных судов – военных, торговых, научных и прочих. Некоторые из них могли бы стать туристическими достопримечательностями. Но пока нет денег даже на то, чтобы поднять ненужное имущество на сушу.
Спилили, но не всё
«Прекрасное тихое место. Вода спокойная и отлично подходит для обучения и практики на sup-досках (разновидность серфинга. – «Профиль»). Плавать осторожно, есть затопленные корабли» – так описывают туристы Бухту Труда во Владивостоке.
Еще недавно это место считалось одним из самых крупных на Дальнем Востоке кладбищ кораблей. По состоянию на 2000 год в бухте лежали в ожидании разделки на металл 42 плавсредства – сейнеры, гидрографы и списанные военные корабли без вооружения.
Бухта труда во Владивостоке Юрий Смитюк/ ТАСС
В 2006–2007 годах, когда доступ в бухту открыли, сюда потянулись сборщики металлолома. Постепенно они спилили почти все надводные части судов. Но сквозь толщу воды по-прежнему видны их лежащие на дне останки.
Кладбище кораблей в Авачинской бухте на Камчатке тоже облюбовали сап-серферы. По данным региональных властей, тут в течение нескольких десятилетий лежат больше 80 старых судов и кораблей. Долгое время неформальным туристическим объектом и популярным местом для фотосессий было место утилизации кораблей в городе Балтийске. На берегу лежали останки сторожевого корабля «Неукротимый», построенного в конце 1970-х годов. Но прошлым летом площадку обнесли забором, а останки кораблей разобрали и вывезли.
Авачинская бухта, где по-прежнему находятся десятки судов, также притягивает туристов. Путешественникам нравятся постапокалиптические пейзажи на фоне дикой природы, говорят организаторы сап-туров.
Однако спрос на такие пейзажи вряд ли будет массовым, считает вице-президент и исполнительный директор Общенационального союза индустрии гостеприимства Алексей Волков, ранее возглавлявший ГУП «Крымские морские порты». «Свалка кораблей обычно выглядит, как кадр из фильма ужасов. Но туризм – это экономика положительных впечатлений. И сейчас с учетом тревожности людей и общей напряженности есть запрос именно на хорошие впечатления, а не пейзаж-катастрофу», – подчеркивает эксперт.
По его мнению, на основе отслужившего флота – как морского, так и речного – можно и нужно создавать музеи. Но пока это не всегда получается не то что с затонувшими, а даже с исправными списанными судами. «Например, был большой противолодочный корабль «Керчь» (в 2014 году в машинном отделении произошел пожар, повредивший кормовую часть. – «Профиль»). Мы очень просили, чтобы он стал музеем-кораблем, и Минобороны предлагало передать его на эти цели», – рассказывает Волков.
Однако с учетом затрат на стоянку, содержание и ремонт городские власти и музейщики отказались от этой идеи. В следующем году его отправят на металлолом.