Кладбище Феодосии в захламленном состоянии
В редакцию газеты «Кафа» за последние месяцы поступали жалобы на то, что на Феодосийском кладбище не убирают мусор и много поврежденных памятников. Наш корреспондент отправился туда, чтобы всё увидеть своими глазами.
У остановки он нашел 2 павильона - кафе, которое предлагало кофе и не работало, и павильон, предлагавший в продажу решительно всё, от лампад до катафалков. Кофе там тоже был, с молоком и без.
На заднем дворе было суетно. Приезжали и уезжали катафалки. Привозили покойников и увозили в крематорий. На лужайке проходили прощания. У кранов рои ос - единственный источник воды на километры - засуха.
Работник кладбища советует не тратиться на туалет за 20 рублей, а сходить на зады недостроя, в чигиря.
За последнее десятилетие дорожки в ближайших секторах совсем исчезли, занятые новыми и новыми захоронениями. Чтобы добраться до дорогих могил, родственникам нужно пробираться через ограды, топча надгробные плиты умерших. На соседние могилы при уборке сваливается мусор - ветки, бутылки, вырванная трава. Мало кто уносит мусор к бакам - проще перекинуть их на соседнее захоронение.
Раньше кладбище со всех сторон было ограждено бетонными плитами, и за этим заграждением начинались новые захоронения. За 20 лет новые стали тоже старыми, а забор, разделявший старое и новое кладбище, снесли, оставив только проезжую дорогу.
За многими могилами ухаживают. Например, в день ВДВ на могиле десантника поставили флаг. Но по большей части кладбище производит гнетущее впечатление. Не из-за скорби об умерших, а из-за алчности кладбищенской администрации, готовой продать любой, самый последний кусок тропинки, только бы получить выгоду. Нет никакого архитектурно-ландшафтного плана, невозможно добраться от пункта «А» в пункт «Б» хотя бы по тропинкам. Нет аллей, нет просек, нет ничего. Есть катастрофический хаос, и в связи с этим запустение.
Даже если большинство захоронений поддерживаются в порядке, то, что между захоронениями - это клоака. Это не кладбищенская территория - это пустырь, которым готовы торговать. Это не место памяти, это место скорби о недочеловечности. Рынок, на котором пытаются выбить наибольшую сумму исходя из величины потери. Ради того, чтобы всё вокруг поросло травой, и через год никто бы не сыскал могилы, если рядом с ней не стоит ЛЭП.