Взрывоопасный груз: что связывает аммиачную селитру, бизнесмена Гречушкина и Хизболлу

В сентябре 2013 года восемь украинцев и один русский вышли из Батуми на сухогрузе, как было сказано, в Мозамбик. Судно было не в лучшем виде, с течью, с неработающей сигнализацией, без спасательного оборудования. Зато груз был примечательный: 2750 тонн концентрированной аммиачной селитры, которая используется для изготовления взрывчатки со степенью обогащения азота в 35%. Следователи пытаются реконструировать последний рейс "Rhosus", чтобы понять, как это судно вообще оказалось в Бейруте? И кто был истинным заказчиком селитры? До сегодняшнего дня было известно, что сухогруз принадлежал российскому бизнесмену Игорю Гречишникову, который живет на Кипре. Фрахт принадлежал мозамбикской фирме Fabrica de Explosivos de Mosambique, или FEM. Журналистская расследовательская организация OCCRP "Проект по расследованию организованной преступности и коррупции" начала разбираться со всеми неясными моментами. Расследования показали, что истинным владельцем судна был не Игорь Гречишкин, а киприот Караламбос Маноли, связанный с банком Хезболлы в Ливане. Также стало известно, что значительная часть того груза селитры, которая была складирована в потру Бейрута, на самом деле, перед взрывом исчезла. Кипрский владелец судна Маноли тщательно скрывал свою причастность к судну. Одна из его фирм получила регистрацию для Rhosus" в Молдавии. Его другая фирма в Грузии получила разрешение на выход в море. Русский бизнесмен Гречишкин зафрахтовал его через свою фирму Teto Shipping, зарегистрированную на Маршалловых островах. Сначала Маноли утверждал, что он продал судно Гречишкину. Потом он признал, что Гречишкин только хотел купить "Rhosus". Затем он перестал выходить на связь. Гречишкин действительно набирал команду и отдавал ей приказания. Именно он отдал команду зайти в порт Бейрута. Объяснение было тоже примечательное, якобы, у него не было денег, чтобы оплатить проход через Суэцкий канал. Поэтому на борт в Бейруте должен быть загружен дополнительный фрахт. Как сказано в отчете ливанского министерства транспорта, речь шла о "12 больших и 15 маленьких грузовиках, 40-футовом контейнере и двух 20-футовых контейнерах". Все это нужно было загрузить на палубу. Но когда первый грузовик был погружен на борт, он снес дверь, поэтому погрузку остановили. После этого "Rhosus" остался в Бейруте. Как минимум две фирмы, которым Маноли был должен, потребовали не выпускать судно из Бейрута. Властям Ливана не было известно, кто истинный владелец судна. Имя киприота в многочисленной переписке нигде не всплывало. При этом у Маноли, в отличие от Гречишкина, были хорошие связи в Ливане. Из протоколов суда известно, что Маноли получил в 2011 году кредит на 4 миллиона долларов от танзанийского банка FBME для покупки еще одного судна "Сахалин". Банк FBME - не простой банк. Американские следователи обвиняют его в отмывании денег для Хезболлы. Еще одним клиентом этого банка была сирийская фирма-однодневка, которая участвовала в программе по производству химического оружия для режима Асада. Именно этому банку Маноли был должен. Первый же платеж по кредиту Маноли не заплатил. Тогда он предложил банку "Rhosus" в качестве залога. В банке узнали, что Маноли хочет продавать судно, поэтому залог не приняли, но заморозили его недвижимость на Кипре. По внутренним документам банка, на октябрь 2014 года Маноли был должен банку 962 тысячи евро. Маноли отрицает всякую связь между долгами и остановкой сухогруза в Бейруте. Однако анонимный источник в следственной бригаде утверждает, что этот банк известен тем, что требует от должников неких услуг, как, например, помощи для Хезболлы. Официальный покупатель селитры также известен юстиции. 95 процентов FEM принадлежат компании, против которой велось следствие по делу об исламистских взрывах в Мадриде в 2004 году. Осудить никого не смогли, но следователи нашли 785 килограммов неучтенной взрывчатки.Владельцы фирмы не гнушаются никакими гешефтами. Эксперт по контрабанде оружия Кати Лин Остин долгое время расследовала их деятельность. Они поддерживают тесные связи с правящей верхушкой Мозамбика. Но 2750 тонн селитры. оставшейся в Бейруте, мозамбикские бизнесмены ни разу не затребовали назад, хотя официально ливанские власти груз не конфисковывали. Маноли также не предпринял ни одной попытки вернуть себе судно, которое затонуло в 2018 году недалеко от порта. Подставной владелец Игорь Гречишкин от комментариев также отказался. Азотная селитра была как "летучий голандец": кто ее оплатил, неизвестно, после ее выгрузки в порту Бейрута она стала никому не нужна. Шесть лет селитра пролежала в доке 12 в порту. Власти порта все время предупреждали о необходимости вывезти взрывоопасный груз из порта. Вот только заявления они слали не в те суды, причем, раз за разом. Юристы думают, что это делалось специально. Последняя проверка груза Службой Госбезопасности Ливана проходила в феврале 2020 года. В сохранности груза были большие сомнения: одной створки ворот не было вообще, в стене на южной стороне зияла большая дыра. Но и служба безопасности не потрудилась пересчитать мешки с селитрой. Тем не менее, отчет оказался у генпрокурора. Тот приказал навести порядок и обеспечить безопасность. Служба госбезопасности направила тот же самый отчет о проверке президенту и премьер-министру. Ответа не последовало. Какое количество селитры взорвалось, не понятно. Европейские спецслужбы, участвующие в расследовании, говорят, что взорвались от 700 до 1000 тонн. Куда делись 2000 тонн аммиачной селитры, должны выяснить следователи.