Мнимый конец турецкого флота, или как был ранен Сервантес
7 октября 1571 года, во время Кипрской войны, произошел морской бой, вошедший в историю под названием, «битва при Лепанто». Примечательно, что именно это морское сражение знаменательно сразу пятью событиями, о которых вкупе говорят нечасто. Во-первых, сражение закончилось полным разгромом турецкого флота. Во-вторых, это был последний крупный бой гребных флотов Средиземноморья. В-третьих, это было самое кровопролитное морское сражение из происходивших ранее. В-четвертых, сражение, несмотря на огромное количество жертв и уничтожение турецкого флота, на исход войны практически не повлияло. В-пятых, в этом бою взводом испанских солдат командовал и дважды был ранен Мигель Сервантес, автор знаменитого «Дон Кихота»…
Однако обо всем по порядку.
В XVI веке между морскими державами шла борьба за господство в Средиземном море. Особо острое соперничество развернулось между Испанией и Турцией. В 1570 году турецкий султан Селим II развязал войну с целью захвата острова Кипр и дальнейшей экспансии в Италии и Испании. Война получила название Кипрской и продолжалась с 1570 по 1573 год. Испано-венецианское соперничество на море способствовало осуществлению замысла турецкого султана.
Усилиями римского папы Пия V удалось организовать антитурецкую испано-венецианскую коалицию, получившую название Священная лига. В нее вошли Италия, Испания, папская область и итальянские княжества. Главнокомандующим союзным флотом был назначен Хуан Австрийский. Турецким флотом командовал Муэзин-Заде-Али, или Али-паша.
7 октября 1571 года у мыса Скрофа при входе в Патрасский залив Ионического моря произошел морской бой, вошедший в историю под названием Лепантского. В битве участвовали флот из 250 испанских и венецианских кораблей и турецкий флот в составе 275 судов. Насколько Лепантское сражение было желательно для христиан, настолько же его не хотели турки. Турецкий флот уже 6 месяцев находился в море, был ослаблен после ряда сражений против береговых укрепленных пунктов, сильно нуждался в абордажных войсках. Флот же Священной лиги был снабжен лучшими тогда войсками в Европе – испанскими.
Тем не менее время играло на руку туркам, поскольку в октябре заканчивалась навигация гребного флота в Средиземном море и сражение становилось невозможным. По этой причине Хуан Австрийский стремился немедленно вступить в бой с турками.
Повинуясь приказу султана, турецкий главнокомандующий решил выйти навстречу христианскому флоту. Разведка Хуана Австрийского заметила парусный турецкий флот раньше, чем турки увидели союзников, однако сообщила неверные данные о турецком флоте. Дон Хуан дал сигнал «выстроить линию баталии».
Турецкий флот насчитывал 210 галер и 65 галиотов. Большей частью это были галеры с недоукомплектованным экипажем. Али вытребовал из ближайших крепостей гарнизоны и посадил их на суда, но тем не менее экипажи эти оставляли желать лучшего, хотя по численности, может быть, несколько превышали экипажи союзников. У многих вообще не было огнестрельного оружия, а только луки и самострелы.
У союзников было 203 галеры и 6 галеасов. Качественные преимущества были на их стороне: во-первых, они срезали носы своих галер и на них устроили щиты и траверсы; во-вторых, турецкая артиллерия по тактико-техническим данным уступала артиллерии союзного флота. У союзников же все солдаты имели огнестрельное оружие и защитное снаряжение. На турецких судах количество солдат было не более 30–40, а у союзников на каждой галере находилось не менее 150 солдат.
Боевой порядок турок состоял из центра, двух крыльев и небольшого резерва (5 галер, 25 галиотов). Наиболее слабым оказалось правое крыло (53 галеры, 3 галиота) под командованием паши Александрии Мухаммеда Сирокко. Сильный центр (91 галера, 5 галиот) возглавлял Али-паша, а левое крыло (61 галера, 32 галиота) – алжирский паша Улуг-Али.
Боевой порядок союзников по плану должен был состоять из центра под командованием дон Хуана (62 галеры), правого крыла во главе с генуэзцем Дория (58 галер), левого – во главе с венецианцем Барбариго (53 галеры) и резерва под командованием маркиза Санта-Круса (30 галер). Галеасы, располагавшие сильной артиллерией и большим количеством солдат, предполагалось выдвинуть вперед, чтобы отразить первый натиск врага и создать благоприятные условия для атаки турок галерами.
Бой начался в 11–12 часов дня с развертывания флота союзников. Правое крыло союзников под командованием Дория ушло далеко вперед и оторвалось от центра, а 8 галер сицилийского капитана Кардона отстали. Возникла опасность распыления сил. Дон Хуан приказал расковать гребцов-христиан и вручить им оружие. Сам же в это время на шлюпке с поднятым крестом в руке проходил вдоль линии судов, стремясь поднять моральный дух команд обещанием от имени папы отпущения грехов.
После этого галеасы центра и левого крыла вышли вперед. Ветер стих, наступил штиль. Дон Хуан возвратился на флагманскую галеру и поднял сигнал «к бою». Турки и союзники двинулись вперед. Возникло три очага сражения. Обстановка потребовала искусного маневрирования и взаимодействия боевых частей.
На левом крыле туркам удалось окружить союзников. Из-за незнания местности союзный флот не сумел прижаться к отмели, и туркам удалось обойти его вдоль берега и атаковать с тыла. Начался абордажный бой, в ходе которого сказались преимущества союзников в численности и вооружении.
К 12 часам 30 минутам правому крылу турок было нанесено поражение. Окружение не обеспечило успеха. С 12 до 14 часов боевые действия развернулись в центре. Здесь турки имели лучшие силы и бой носил особенно упорный характер. В центре сражения оказались флагманские галеры дон Хуана и Али-паши. Али-паша был убит. Исходом боя стала победа союзников. Однако она оказалась непрочной.
С 14 до 16 часов был завершен разгром турецкого флота. Главными на этом этапе были маневры Улуг-Али и Дория. В кризисный момент Улуг-Али, находившийся на левом крыле турок, с большей частью своих сил внезапно повернулся к центру, атаковал и смял его правый фланг. Однако союзники не растерялись. Дон Хуан, покончив с флагманской галерой противника, устремился на помощь правому флангу. Одновременно вступил в бой резерв союзников под командованием Санта-Круса, а с тыла приближалось правое крыло Дория. Назревало окружение судов Улуг-Али.
Последний, несмотря на выдающуюся храбрость, все-таки был скорее морским разбойником, чем флотоводцем, ибо после этого он бросил руководство своей эскадрой и ушел с поля боя. Удалось вырваться и убежать еще 35 турецким судам. Пал командир правого турецкого крыла Мухаммед Сирокко, а около 30 его галер сели на мель. Среди экипажей началась паника, люди прыгали через борт и вброд спешили к берегу; паника распространилась и на другие турецкие галеры. Когда исход битвы был решен, пал один из союзных командиров, Барбариго, которому стрела попала в глаз.
В результате всего кровопролитного сражения турецкий флот потерял 224 корабля с учетом захваченных и 30 000 человек. Потери союзников составили 15 галер и 7000 человек погибших, не считая убитых гребцов, которых только на венецианских галерах насчитывалось около 2500, в том числе 15 капитанов-венецианцев. В результате поражения турок было освобождено 12 000 невольников-рабов.
Если представить себе на гребных судах, сражавшихся при Лепанто, вместо пушек катапульты, какими действовал Агриппа против Секста Помпея, то можно было бы подумать, что все сражение разыгралось на 16–17 столетий раньше, с той только разницей, что в те времена применялся еще и таран, который являлся самым действенным оружием. Надо признать, что за весь долгий промежуток времени, истекший с тех пор, тактика гребного флота не сделала никакого успеха и застыла в тех формах, на которых она остановилась.
Кстати, в этой битве особенно отличился молодой офицер Мигель Сервантес, будущий автор «Дон Кихота». В тот день Сервантес болел лихорадкой, но потребовал, чтобы ему разрешили участвовать в бою. Благодаря свидетельству одного из его товарищей, известны произнесенные им слова: «Предпочитаю, даже будучи больным и в жару, сражаться, как это и подобает доброму солдату… а не прятаться под защитой палубы». Просьба Сервантеса была удовлетворена: во главе двенадцати солдат он охранял во время боя лодочный трап и получил три огнестрельные раны: две в грудь и одну в предплечье. Эта последняя рана оказалась роковой: Сервантес с тех пор уже не владел левой рукой, как он сам говорил, «к вящей славе правой».
Тяжелые ранения привели писателя в госпиталь в Мессине, откуда он вышел только в конце апреля 1572 года. Но и увечье не побудило его оставить военную службу.
Парадокс: несмотря на огромные жертвы, бой при Лепанто на исход войны влияния почти не оказал. Вместо энергичных действий велись споры о дальнейших планах. Потеряв целый месяц, флоты союзников разошлись по портам. Турецкий султан получил возможность восстановить свой флот, и к весне следующего года турки построили 220 галер. Флот вышел в море под командованием Улуг-Али, который, действуя очень осторожно, к удивлению всех выиграл кампанию 1572 года.
Позже Священная лига распалась, и в марте 1573 года правительство Венеции подписало договор с Турцией, по которому уступало туркам Кипр и выплачивало большую контрибуцию. Турки вновь утвердили свое господство в восточной части Средиземного моря.