Налоговый маневр, объявленный Владимиром Путиным, стал самой значительной мерой поддержки IT-отрасли за многие годы. О том, кто и сколько может сэкономить на его принятии и какие вопросы есть к его реализации, — в материале ForbesВ чем суть налогового маневра в IT. Президент Владимир Путин объявил о налоговом маневре в IT в телеобращении к россиянам 23 июня. Суть маневра в снижении ставки налога на прибыль с 20% до 3%, а ставки для страховых взносов — с 14% до 7,6% бессрочно. Одновременно отменяется нулевой НДС для софта, не входящего в реестр российского программного обеспечения. Этот реестр создан в 2016 году и включение в него дает преференции на госзакупках.Как следует из финансово-экономического обоснования к законопроекту о маневре, бюджет будет терять 32 млрд рублей в год от снижения налога на прибыль, а от снижения тарифов страховых взносов — 24,7 млрд рублей в 2021 году, 26,4 млрд рублей — в 2022-м, и 28,3 млрд рублей — в 2023-м. Компенсировать эти потери должны будут дополнительные поступления по НДС.Как обсуждали маневр. Обсуждение параметров налогового маневра проходило трудно. «Началось все месяца за два до выступления Путина. Предлагались разные схемы поддержки отрасли. Единого мнения не было. Победила радикальная идея — резко сократить два налога, чтобы сделать Россию более привлекательной для отрасли, — вспоминает собеседник Forbes, знакомый с ходом обсуждений. — Потом стали думать, как найти источник компенсации. Например, предлагали на эти цели перенаправить «налог на болванки», который собирает Никита Михалков (имеются в виду сборы вознаграждений за прослушивание и просмотр аудиовизуальных произведений в личных целях, их платят производители и импортеры электроники, а собирает Российский союз правообладателей, председателем совета которого является режиссер Никита Михалков. — Forbes). Или же вернуть 20-процентный НДС, а потом компенсировать его субсидиями. Но тут много технических проблем: оформлять субсидии — это долго, за них нужно отчитываться, и так далее. Также предлагали вернуть НДС только на иностранный софт, но это противоречит нормам ВТО».Инициатива ввести 20-процентный НДС для софта содержалась в предложениях Минкомсвязи по результатам совещания у Путина 10 июня (есть у Forbes). Отмена нулевого НДС принесла бы в бюджет 42,5 млрд рублей только в 2021 году, сказано в документе. В итоге премьер-министр Михаил Мишустин объявил, что сохранить нулевой НДС решено только для софта, входящего в реестр российского программного обеспечения.Как отреагировала отрасль. Фонд оплаты труда — основная статья расходов для высокотехнологичных компаний. В IT-бизнесе более 80% затрат отечественных разработчиков приходится на фонд оплаты труда квалифицированных сотрудников и налоговые выплаты, говорит гендиректор компании «Новые облачные технологии», разработчика пакета программ «МойОфис», Дмитрий Комиссаров. Однако отмена нулевого НДС нивелировала бы позитивный эффект от снижения ставки страховых взносов и налога на прибыль для разработчиков ПО, констатирует он. Это привело бы «к снижению конкурентоспособности отечественных разработчиков ПО, а также к росту цен на софт внутри страны», уверен исполнительный директор АРПП «Отечественный софт» Ренат Лашин.Льготы вряд ли помогут смягчить падение оборотов IT-рынка в 2020 году, но в 2021-м они могут дать дополнительные 5-10% оборота, оценивает директор Ассоциации предприятий компьютерных и информационных технологий, председатель Совета Торгово-промышленной палаты по развитию цифровой экономики Николай Комлев.Сколько сэкономят компании. При снижении ставки страховых взносов до 7,6% и ставки налога на прибыль до 3%, а также при сохранении нулевого НДС на операции по передаче прав на российское ПО налоговая нагрузка для IT-компаний уменьшится на 36,3%, оценивает собеседник Forbes в компании — разработчике программного обеспечения.«Благодаря налоговому маневру отечественные разработчики ПО сэкономят около 50% от страховых взносов и 83% от налога на прибыль. В случае «МойОфис» экономия за год составит более 70 млн рублей», — говорит Дмитрий Комиссаров. «Если у нас сохраняется нулевая ставка НДС на лицензионное программное обеспечение, то получается порядка 80-90 млн рублей экономии в год. Это вполне нормально. Можно нанять 30-50 программистов», — подтверждает глава разработчика решений в сфере информационной безопасности InfoWatch Наталья Касперская.Кто может рассчитывать на преференции. Сейчас обычные компании платят 30% страховых взносов во внебюджетные фонды, а IT-фирмы — только 14%: 8% — в Пенсионный фонд, 2% — в Фонд социального страхования, 4% — в Федеральный фонд обязательного медицинского страхования. После вступления закона в силу они смогут платить 7,6%, из которых 6% — на обязательное пенсионное страхование, 1,5% — на случай временной нетрудоспособности или в связи с материнством, 0,1% — на обязательное медицинское страхование. Чтобы получить эту льготу, а также льготу по налогу на прибыль, компания должна получить аккредитацию Минкомсвязи в качестве IT-компании, иметь в штате не менее 7 человек и получать не менее 90% доходов от разработки, продажи, внедрения и поддержки программного обеспечения.Критерию в 90% доходов от продажи ПО не соответствуют, например, такие крупные компании, как «Яндекс» и Mail.ru Group, которые работают по рекламной модели. В Mail.ru Group и «Яндексе» от комментариев отказались.Какие могут быть сложности. Объявленная схема по льготам на НДС порождает новые вопросы. «Это сложная схема, потому что единый реестр российских программ для ЭВМ и баз данных сейчас используется для идентификации отечественного программного обеспечения. Если же использовать реестр для налоговой льготы, то мы сразу натыкаемся на норму ВТО, по которой нельзя оказывать налоговые преференции по страновому признаку. Поэтому сейчас [из названия реестра] пытаются убрать слово «российское», но тогда вообще непонятно, что это будет за реестр. Мы должны, с одной стороны, не превратить российский реестр в список, где будет любой софт, а с другой — соблюсти курс на импортозамещение», — объясняет глава InfoWatch Наталья Касперская.Есть и другие опасения. «Есть такое правило — многое дается немногим. Думаю, что небольшим региональным компаниям получить льготу будет труднее, чем раньше, при ставке в 14%. Опасаюсь, что сроки рассмотрения программ для включения в реестр будут затягиваться под напором возросшего потока желающих и механизм включения будет недостаточно прозрачным», — рассуждает Николай Комлев. В Минкомсвязи на вопросы Forbes в течение семи дней не ответили.
