Баян, но смешно

Микеланджело не был знаком с Тицианом, но давно мечтал об этом. Вазари взялся их познакомить, приведя Микеланджело в гости к Тициану. Хозяин расставил свои полотна вдоль стен. Гости перемещались от картины к картине, выражая своё восхищение. Хозяин скромничал, восхваляя Микеланджело и уничижительно отзываясь о своём творчестве.

— Ну какой из меня художник? На букву Х! Так, балуюсь помаленьку красками. Вот вы, уважаемый Микеланджело, настоящий художник!

— Ну что вы, право… Я всего лишь жалкий скульптор, да ещё графоман, подписывающий свои ничтожные творенья виршами.

— Однако позволю себе не согласиться! Вы останетесь в памяти потомков на века! А про меня через год или два после моей смерти забудут…

— На мой взгляд, вы не просто художник, вы гений кисти! Вы мастер колорита, вы корифей композиции.

Нахваливши вдоволь друг друга, мастера живописи расстались. По дороге домой Вазари и Микеланджело изо всех сил изощрялись в критике Тициана.

— Ну какой он к чёрту художник? — горячился Микеланджело. — Он рисует, как мальчишка. Учился, небось, в доме пионеров на Миусах. Посмотрите хотя бы на эту его хвалёную Данаю. Ноги тонки и непропорционально малы. Грудь бесформенна, тело тяжеловесно и слишком широко. Головка маленькая. Я бы не взялся его обучить рисунку ни за какие коврижки. Ему бы только портреты Ленина для октябрьских праздников изображать. Нет, это не тот гений, о котором я столько слышал. Его явно перехвалили.

Вазари только поддакивал, а придя домой, изложил всю историю в своей книге «Жизни выдающихся художников».