Проект 100 LIVES осветил историю дирижера Британской Кoролевской филармонии Вардана Мелконяна

Студия звукозаписи «Эбби-Роуд» в центре Лондона видела множество концертов и записей с тех пор, как в 1969 году «Битлз» навсегда вписали ее имя в историю. Но в ее стенах никогда не было ничего даже близко похожего на то, что произошло в апреле 2014 года. В тот день человек, который был беженцем и первые 26 лет своей жизни прожил в приютах и на улицах Бейрута, встал за дирижерский пульт, чтобы записать свою симфонию с Королевским филармоническим оркестром. «На создание этого произведения ушли десятилетия, но это нормально, потому что это действительно история целой жизни – моей жизни и жизней многих других армян», – говорит Вартан Мелконян. «Прощание с Марией» – вторая часть симфонии и его «спасибо» той единственной матери, которую он знал. Бабушки и дедушки Мелконяна были убиты во время Геноцида армян, но их дети, его мать и отец, сумели добраться до сиротских приютов в Армении и на Ближнем Востоке и оказаться в безопасности. После смерти матери Мелконяна его брат и три сестры росли в приюте в Бейруте, которым руководила миссионерка из Дании по имени Мария Якобсен. Вартан написал «Прощание с Марией» после смерти Якобсен в 1960 году. Ей было 78 лет. «В приюте я слушал пластинки Марии на старомодном граммофоне с огромным рупором». Теперь с помощью музыки Мелконян почтил память погибших во время Геноцида и сказал «спасибо». «Всем, чем я стал, самим своим существованием я обязан сестре милосердия из Дании. Однажды ей было видение ангела, который сказал, что она должна спасти христиан от гибели. Она поехала в страну, где она никогда не была, в годы, когда было не принято, чтобы женщины путешествовали в одиночку. Это был необыкновенный поступок. Я не могу в полной мере выразить свою благодарность и рассказать, какими невероятными были такие люди, как Мария. Я и другие дети в приюте называли ее “мама”. Я узнал ее настоящее имя, только когда уже вырос». Семья Мелконяна происходила из города Муш, который тогда находился на территории Армении, а сейчас принадлежит Турции. Мелконян помнит, как его покойный отец Мовсес рассказывал, что шестилетним мальчиком увидел, как его родителей хватают и уводят турецкие солдаты. Никто больше не видел его родителей, и нет никаких записей о том, что с ними произошло. Организация помощи беженцам Near East Relief поместила Мовсеса в приют в Армении, а затем перевела в лагерь для беженцев в Бейруте. Там около 1940 года он встретился с другой сиротой – Айкануш; он влюбился в нее, и они поженились. Несколько лет спустя родился Вартан. Айкануш умерла от чумы, когда Вартану было всего 4 года. Мовсес был убит горем и не мог заботиться о детях. Поэтому Вартан, его брат и сестры были отправлены в приют «Птичье гнездо» в Библ, в 35 милях от Бейрута. Они потеряли связь с Мовсесом. Жизнь в «Птичьем гнезде» была трудной, но это был их дом. Хотя Мелконян никогда не был в Армении, он кое-что узнал о культуре своей страны в приюте благодаря Якобсен. «Каждое первое воскресенье месяца у нас была армянская месса. Это позволило сохранить наши традиции». Якобсен была первой, кто поведал ему о Геноциде. «Мы часто сидели под деревом, и она рассказывала нам истории, которые видела своими глазами. Было почти невозможно осознать, что мои родные действительно были жертвами этого варварства». Поэтому мероприятия в столетнюю годовщину Геноцида так важны «не только для армян, но и для обычных людей, для всех». Если Мария Якобсен спасла Мелконяну жизнь, то музыка наполнила ее смыслом. Впервые услышав классическую музыку на граммофоне Якобсен, Мелконян приобрел гитару и самостоятельно научился играть на ней. Если Мария Якобсен спасла Мелконяну жизнь, то музыка наполнила ее смыслом. Впервые услышав классическую музыку на граммофоне Якобсен, Мелконян приобрел гитару и самостоятельно научился играть на ней. Его первый большой прорыв случился в подростковом возрасте, когда он стал солистом в музыкальной группе ночного клуба Fontana. Один английский музыкант в клубе помог ему найти работу: выступать в клубах и пабах на севере Англии. «Я был рад уехать из Ливана, потому что это были 1970-е, и как раз начинался конфликт. Я переехал из солнечного Бейрута в Скегнесс и пел каверы на Тома Джонса – “Далилу” и прочее». Скоро он получил «постоянную прописку» в лондонском клубе Talk of the Town на площади Лестер-сквер и в ночном клубе Celebrity на улице Бонд-стрит. Мелконян выступал на телеканале ITV в шоу молодых талантов New Faces. Однажды в клубе Celebrity он встретил двух оманских принцев и уговорил их дать ему заказ на запись произведения с Королевским филармоническим оркестром. Хотя он живет недалеко от Лондона, Мелконян не забыл – не может забыть – годы, проведенные в Бейруте. «Я езжу туда три раза в год. Я останавливаюсь в приюте. Он все еще там. Я сплю в маленькой комнате, маленькой клетушке. Директор всегда представляет меня детям, я сижу с ними, обедаю. Я предпочитаю это любому отелю. Это мой дом, единственный, который я знаю». Чтобы почтить память жертв Геноцида и отдать дань уважения Марии Якобсен, Мелконян и его дочь Вероника собираются пройти пешком 1000 километров от города Вана до Бейрута по пути, по которому шли его родители и сотни тысяч других армян. «Люди в большинстве своем хорошие. Самое главное – это сплотиться. Мы хотим привлечь внимание к добрым делам, которые совершила Мария Якобсен». «Благодарность – это очень серьезно и очень важно. Это простая, но мощная сила. Через сто лет после того, как мы все чуть не погибли, мы, армяне, говорим: “Спасибо за жизнь”». Историческая достоверность материала подтверждена Исследовательской группой инициативы 100 LIVES