Олег Чемезов: менталитет нужно менять

За последние пять лет создан институт омбудсменов, призванный защищать интересы бизнеса, развиваются программы субсидирования и льготного кредитования, принимаются законопроекты, направленные на облегчение жизни предпринимателей. Но разговоры о необходимости помогать бизнесу и придумывать все новые формы поддержки не утихают. Чего действительно не хватает предпринимателям, на что идут и еще готовы пойти региональные власти, мы поговорили с депутатом Тюменской областной думы Олегом Чемезовым, человеком, который не понаслышке знает и о предпринимательстве, и о работе органов власти.

— Олег Леонидович, в одном из интервью после открытия ледового дворца вы сказали: «Пока частный бизнес не начнет вкладываться в реализацию новых проектов, о модернизации не будет идти и речи. Государство нужно поддержать». Сейчас же складывается ощущение, что многие предприниматели сами только и надеются, что на поддержку. Как вы считаете, нужно ли помогать бизнесу?

— Есть время разбрасывать камни и время собирать камни. В период хорошей экономической ситуации бизнес должен повышать социальную активность, а в период тяжелой — необходимо усиление государственного влияния. Сейчас непростое время, государство должно сконцентрироваться на поддержке бизнеса, чтобы он оставался наплаву, но и ноги не свесил. Нужны стимулирующие шаги, например разгрузка от дополнительной социальной ответственности.

— Поддержка нужна на разных этапах развития бизнеса?

— Разные виды бизнеса на разных этапах требуют разных форм поддержки. Для тех, кто занимается малым и средним бизнесом, на мой взгляд, необходимо упрощение администрирования различного рода взаимодействия с органами власти. Малый бизнес не нуждается в налоговой опеке. В принципе, если предприниматель нанимает на работу 5–10 человек, платит им зарплату, а значит, содержит несколько семей, то его нужно оставить в покое. Помимо того, что он закрывает нишу потребностей в оказании услуг населению, он выполняет и социальную функцию. С одной стороны, это упростит жизнь предпринимателя, с другой — сократит расходы государства на контроль за ним. Это же сумасшедшие расходы, чтобы всех проверить!

Я считаю, что должна быть некая форма налогового договора. За рубежом есть такая практика. Предприниматель подписывает с государством налоговый договор с фиксированной ежегодной платой в течение определенного срока, например пяти лет. Когда предприятие переходит на новый уровень развития, то условия договора пересматриваются.

То, что все кричат: «Нам нужны деньги!» — распространенное мнение, сформированное за счет тех, кто имеет доступ к рупору, а это крупный бизнес. Да, ему нужны длинные деньги, иностранные кредиты. Но если упростить администрирование, то и оно даст сумасшедший эффект

— До налогового договора мы пока не дошли. Но в Тюменской области есть фиксированная налоговая ставка.

— Фиксированная ставка — хорошо. Но бизнесмен сдает документы, их кто‑то проверяет. А это затраты и со стороны предпринимателя, и со стороны государства. Идею о налоговом договоре я озвучил на совещании с председателем Госдумы, конечно, она вызвала удивление. На самом деле, это очень понятная международная практика. К сожалению, в России никто о ней активно не говорит. Хотя, конечно, в Тюменской области много полезных решений приняли. Это и фиксированная ставка, и не отягощение налоговой нагрузки в ближайшие годы.

— Это касается малого бизнеса. А в чем нуждается средний и крупный?

— Его тоже нужно разгрузить, в том числе снять некоторые социальные обязательства. У нас же у многих предприятий есть социальные объекты на содержании. На всех уровнях власти необходимо формирование среды для хороших проектов, присутствие на рынке государственных длинных и недорогих денег. В регионе, конечно, предусмотрена компенсация процентной ставки по банковским кредитам, но даже с учетом этого ставка ниже 7–9 % не опускается. Представляете, если бы ставка была, условно говоря, 1–2 %, то тогда бы бизнес в пределах рентабельности 5–7 % был бы эффективен. А сегодня если рентабельность бизнеса невысокая, то предприятие предпочитает останавливаться, банкротиться, менять форму собственности. И государство теряет. Нужно ментальное партнерство государства и бизнеса. А сейчас не так.

— Пока противостояние?

— Конечно, а борьбы не должно быть, нужно взаимодействие. Но зачастую у госслужащих нет опыта жизни за пределами чиновничьих кабинетов, и они не совсем понимают, как устроена жизнь предпринимателей. А ведь эти люди — основа экономики.

— О финансовой поддержке вы почти не говорите.

— То, что все кричат: «Нам нужны деньги!» — распространенное мнение, сформированное за счет тех, кто имеет доступ к рупору, а это крупный бизнес. Да, ему нужны длинные деньги, иностранные кредиты. Но если упростить администрирование, то и оно даст сумасшедший эффект. Над этим мы сейчас активно работаем в экспертной группе Агентства стратегических инициатив по Тюменской области. В рамках полномочий регионального правительства стараемся поддержать все, что ослабит административное давление на бизнес. Например, областное правительство внесло предложение по созданию экономических зон, резиденты которых будут получать налоговые преференции. Мои коллеги по думе поддержали эту инициативу с небольшими доработками.

— Наверное, есть ограничения, кто сможет попасть в такие зоны?

— Конечно. Надо доказать, что твой проект интересен региону. И совсем необязательно быть зарубежным инвестором с проектом в сфере крупной промышленности. Это может быть серия производственных циклов, замкнутых между собой. Например, в сфере придорожного сервиса можно построить на одной территории АЗС, гостиницу, автомойку, кафе.

— По вашему мнению, через какое время будут созданы экономические зоны?

— Они могут быть созданы хоть завтра, но нужны инженерно подготовленные площадки. Это самое сложное в создании нового бизнеса. Здание предприятие построит, а вот газ и воду провести, дорогу хорошую проложить — трудно. На протяжении нескольких лет на формирование индустриальных парков Москва тратила более 5 млрд рублей ежегодно. Мы примерно столько же выделяем на сельское хозяйство и видим результат в этой сфере. Нельзя создать индустриальные парки, не потратив на них деньги.

— Олег Леонидович, а какие направления развития бизнеса вы считаете наиболее перспективными в Тюменской области?

— Если не брать традиционный для нашего региона ТЭК, то очень хорошие перспективы в сельском хозяйстве. Единственное, что меня настораживает, — большое количество предприятий малого бизнеса в этой сфере. Они не могут быть эффективными с точки зрения бизнеса. Мелкие предприятия нужны на уровне личного подсобного хозяйства, когда выполняется главным образом социальная роль — трудовая занятость. На мой взгляд, нужно стимулировать создание крупных агрохолдингов. И благодаря субсидиям мы идем в этом направлении.

Очень тяжелая сфера — лесопереработка. Там и хищения, и частные интересы на уровне мелких поселений. Система контроля со стороны государства не дает эффективного результата. Но понемногу ситуация меняется.

К сожалению, Тюмень становится сервисным центром. Мне кажется, нужно больше производств. Новых технологий очень мало. Творческие люди мелькнут где‑то и исчезнут. Надо искать их и помогать им. Наверное, еще менталитет мешает…

— Изменить менталитет сложно. Долгие годы придется ждать.

— Не ждать, а вкалывать надо с утра до вечера.

— Двигаться навстречу друг другу?

— Не навстречу, а в одну сторону. Власть должна говорить о своей идее, а бизнес — задавать правильные вопросы, чтобы скорректировать предложение и начать работу. Что такое два табуна, мчащиеся навстречу друг другу? А если они в одну сторону побегут? А если еще и в одной упряжке?

— Вы видите это движение в Тюменской области?

— Есть несовпадения мнений, но по большинству вопросов все именно так. Эффективно. В одну сторону. Власть — ничто без бизнеса и бизнес без государства — ничто. Власть создает правила, а бизнес — экономическую основу государства. У каждого своя роль и не надо мешать друг другу.

Татьяна Криницкая