«Да исправится молитва моя...»

«...У одного человека было два сына; И он, подошед к первому, сказал: сын! Пойди, сегодня работай в винограднике моем. Но он сказал в ответ: «не хочу», а после, раскаявшись, пошел» (Мф.21; 28-29.)

Иосиф Сталин и небольшая группа его единомышленников в партии большевиков каким-то чудом смогли собрать из обломков Российской империи новое могучее государство, освободившее Европу от фашистской оккупации и первым в мире покорившее космос. Они сохранили Церковь  от окончательного погрома троцкистов, намеченного на 1943 год. И, при всем этом, в истории ХХ века нет ни одного имени, которое было бы в такой степени демонизировано и оболгано.

Даже Ленин и Троцкий, поставившие целью «покончить с попами и религией», создавшие ГУЛАГ и узаконившие аборты, не подверглись такой массированной атаке лжи, не говоря уже о близких родственниках Царской семьи, дворянских и церковных либералах, в сотрудничестве с нашими национальными и вероисповедальными врагами обрушивших Русское Православное Царство. Попробуем разобраться в этом вопросе с помощью документов, имеющихся сегодня в открытом доступе.

Передо мною выдержки из «Декларации» от 29 июля 1927 года, изданной митрополитом Сергием Страгородским, заместителем Патриаршего местоблюстителя. Этот документ фактически провозглашал мирное отношение Церкви к  Советской власти, чтолежит в русле церковного отношения к государственной  власти, установленного Христом и неизменного с древнейших времен. Обратимся к тексту:

«Одной из забот почившего нашего Патриарха Тихона пред его кончиной было поставить нашу Православную Русскую Церковь в правильное отношение к советскому правительству и тем дать Церкви возможность вполне законного и мирного существования. Ныне жребий быть временным Заместителем первосвятителя нашей Церкви опять пал на меня, недостойного митрополита Сергия, а вместе со жребием пал на меня и труд продолжать дело почившего и всемерно стремиться к мирному устроению наших церковных дел. Усилия мои в этом направлении, разделяемые со мной православными архипастырями, как будто не остаются бесплодными: с учреждением  при мне Временного патриаршего Священного Синода укрепляется надежда на приведение всего нашего церковного управления в должный строй и порядок, возрастает и уверенность в возможности мирной жизни и деятельности нашей в пределах закона. <...> Мы, церковные деятели, не с врагами нашего Советского государства, ...а с нашим народом и с нашим правительством.  <...> Теперь наша православная Церковь в Союзе имеет не только каноническое, но и, по гражданским законам, вполне легальное центральное управление, а мы надеемся, что легализация постепенно распространится и на низшее наше церковное управление: епархиальное, уездное и т.д. Вознесем же наши благодарственные молитвы ко Господу, благоволившему о Святой нашей Церкви. <...> Мы хотим быть православными и в то же время сознавать Советский Союз нашей гражданской Родиной, радости и успехи которой - наши радости и успехи, а неудачи - наши неудачи. <...> Недаром ведь Апостол внушает нам, что тихо и безмятежно жить во всяком благочестии мы можем, лишь повинуясь законной власти (1 Тим. 2.2), или должны уйти из общества... Теперь, когда наша Патриархия, исполняя волю почившего Патриарха, решительно и бесповоротно становится на путь лояльности,.. людям указанного настроения придется или переломить себя и, оставив свои политические симпатии дома, приносить в Церковь только веру и работать с нами только во имя веры; или, если переломить себя они сразу не смогут, по крайней мере, не мешать нам, устранившись временно от дела...».

Для многих в Церкви того времени эта декларация послужила соблазном, многие, особенно в эмигрировавшей части Церкви, посчитали ее предательством. Но не случайно этот шаг митрополита Сергия первыми поддержали сосланные на Соловки служители церкви во главе с архиепископом Иларионом (Троицким). Именно они видели, что это единственно возможный путь жизни Церкви Христовой: всегда, при любой власти трудиться о спасении душ своей паствы.И здесь сразу встает вопрос - откуда такое изменение в отношениях Государства и Церкви? Ведь совсем еще недавно эти отношения представляли собой, по сути дела, войну. Ясность в этот вопрос вносят документы, которые я впервые прочитал в двухтомнике Героя Советского Союза, разведчика, прошедшего лагеря и штрафбат, а впоследствии полковника Генштабаписателя Владимира Карпова. Этот двухтомник называется «Генералиссимус» и вышел в 2003 г. к 50-летию кончины И.В. Сталина в издательстве «Вече». Я прошу простить меня за длинные цитаты из этих документов, но они в корне опровергают  ложь о Сталине как о гонителе Церкви.

...Сталин приводит многочисленные примеры надругательства над православными храмами и репрессий духовенства и дает им оценку:

«Эти и подобные им многочисленные примеры с достаточной ясностью свидетельствуют о том, как неосторожно, несерьезно, легкомысленно относятся некоторые местные организации Партии и местные органы власти к такому важному вопросу, как вопрос о свободе религиозных убеждений. Эти организации и органы власти, видимо, не понимают, что своими грубыми, бестактными действиями против верующих, представляющих громадное большинство населения, они наносят неисчислимый вред советской власти... <...>

Исходя из сказанного, ЦК постановляет:

1) воспретить закрытие церквей, молитвенных помещений... по мотивам неисполнения административных распоряжений о регистрации, а где таковое закрытие имело место - отменить немедля;

2) воспретить ликвидацию молитвенных помещений, зданий и проч. путем голосования на собраниях с участием неверующих или посторонних той группе верующих, которая заключила договор на помещение или здание;

3) воспретить ликвидацию молитвенных помещений, зданий и проч. за невзнос налогов, поскольку такая ликвидация допущена не в строгом соответствии с инструкцией НКЮ 1918 г. П. II;

4) воспретить аресты «религиозного характера», поскольку они не связаны с ярко контрреволюционными деяниями «служителей церкви» и верующих;

5) при сдаче помещений религиозным обществам и определении ставок строжайше соблюдать постановление ВЦИКа от 29/III-23 г.; <...>

7) ответственность за приведение в жизнь данной директивы возложить на секретарей губкомов, обкомов, облбюро, национальных ЦК и крайкомов лично.

Секретарь ЦК И.Сталин. 16 / VIII-23 г.

Владимир Вениаминович Шкляев, сотрудник Миссионерского отдела Ижевской епархии

г. Ижевск, январь 2017 года.
Источник.