К юбилею. Как спорили о Сталине во времена "застоя"
70 лет назад, в 1949 году, незадолго до юбилея Сталина, мой отец (которому тогда ещё не было 20 лет) сказал своему отцу, то есть моему дедушке:
— А знаешь, папа, Сталину скоро семьдесят лет будет.
— Дай бог, дай бог, — многозначительно ответил дед.
Отец потом, спустя много лет, гадал: что же он имел в виду? Была ли это скрытая ирония (он понял именно так)?..
А столетний юбилей Иосифа Виссарионовича даже я запомнил. Разумеется, никто его особенно громко не отмечал. Я тогда учился в школе, в четвёртом классе. О политике имел довольно смутные представления, хотя и проявлял к ней интерес.
На первом этаже школы висели многочисленные стенные газеты. У каждого из старших классов, начиная где-то с 7-го, имелась своя стенгазета. Одна, например, называлась "Бригантина" с эпиграфом из Павла Когана:
В флибустьерском дальнем море
Бригантина подымает паруса...
И вот в одной из этих стенгазет мой глаз зацепился тогда за статью "К столетию И.В. Сталина. 1879-1979". Там перечислялись его заслуги и достижения, а в конце говорилось, что культ личности Сталина был осуждён ХХ съездом партии.
Забавно, что у меня сложилось смутное впечатление, по этому окончанию, что Сталин был оппозиционным деятелем, вроде Троцкого. В чём-то он не поладил с партией, разошёлся с ней. Занимал высокие посты? Ну, так и Троцкий ведь тоже занимал...
Ленин и Сталин в Горках. 1922
Вообще, сейчас многие не знают или уже не помнят, но тогда, в 70-е годы, всё общество делилось на две, так сказать, неформальные партии — сталинцев и антисталинцев. Можно было вполне открыто сочувствовать одной или другой стороне, спорить на эту тему, это не возбранялось. (Например, эту статью в стенгазету определённо поставил кто-то из сталинцев). В школе в начале 80-х, когда одноклассник хотел меня спросить о моих политических взглядах, он сформулировал вопрос так:
— А как ты относишься к Сталину?
И всё время всплывали и обсуждались разные знаковые высказывания и тексты то одной, то другой стороны. Например, ходило по рукам "Открытое письмо Сталину" большевика Фёдора Раскольникова с обличениями генсека — его машинописная копия 70-х годов до сих пор у меня где-то лежит. Раскольникова реабилитировали при Хрущёве, и хотя это его письмо официально не напечатали, но оно тоже было как бы легальным. Или ходил в виде машинописного самиздата резко антисталинский отрывок из Фазиля Искандера "Пиры Валтасара". Я его тоже читал, и больше всего меня поразила насмешка над Ворошиловым, когда тот возился с выпавшей из зубов жареного поросёнка редиской. И её, как мне запомнилось, даже вставляли ему в зубы (правда, в нынешнем тексте повести я этого момента не нашёл, но, возможно, в том самиздате он всё-таки был). "Что это такое?" — удивился я. "Это просто сценка, которая происходит за столом", — ответил мне кто-то из старших. "Но ведь Ворошилова и сейчас хвалят..."
Кроме антисталинского, был и противоположный, просталинский самиздат. Помню, как в 1976 году при поездке на юг отец купил в поезде в Грузии тогдашний сталинский самиздат — фотокалендарик на 1977 год с фотографиями Сталина. Глухой торговец, который зашёл в наше купе, как я понимаю, торговал не из идейных соображений, а занимался чистым бизнесом. Он же за ту же цену продавал похожий по формату календарик с голыми красотками. Но обнажённых красавиц отец покупать не стал, а вот сталинский календарь его заинтересовал. И действительно, это любопытный документ времени. Он и сейчас у меня сохранился. На обложке — Сталин в маршальском мундире, затем Сталин на трибуне, Сталин и Горький, Сталин с Лениным и Калининым, "И.В. Сталин с сыном Васильем", "И.В. Сталин с матерью", Сталин у своей автомашины (что-то делает с дворниками на лобовом стекле), "два вождя после дождя" (Сталин и Ворошилов в Кремле), на последней странице — парадный портрет маршала Жукова. Это единственная фотография без самого Сталина.
Образец сталинского самиздата 70-х. Самодельный фотокалендарик на 1977 год. Такие календари продавались в поездах
Моя бабушка, до революции состоявшая в кадетской партии, была при этом, вполне естественно, и ярой антисталинкой. С удовольствием цитировала антисталинские пассажи из различных попадавшихся ей книжек. Рассказывала со смехом, между прочим, такую историю: однажды ещё при жизни Сталина она читала лекцию студентам в большой аудитории. С одной стороны доски висел портрет Ленина, с другой — портрет Сталина. Оба в тяжёлых, массивных рамках. И вот в какой-то момент огромный портрет Ленина без видимой причины сорвался с места и рухнул на пол рядом с ней. Вся аудитория замерла... А после лекции к ней подошёл кто-то из её друзей и тихо сказал ей: "Хорошо, что это Ленин, а не Сталин упал! Он бы тебя точно убил..." Как-то раз в начале 80-х она стала хвалить Мариэтту Шагинян, и я тут же ехидно спросил: "А вот недавно Шагинян заявила, что Грузия велика уже тем, что родила такого великого сына, как Сталин, что ты об этом думаешь?". "Она выжила из ума!" — последовал категорический ответ.
Ещё довольно много обсуждали в те времена, так сказать, "низовой сталинизм" — например, появилась такая мода среди водителей грузовиков и автобусов — вешать на лобовое стекло автомашины небольшой чёрно-белый фотопортрет Сталина. Это был знак некоторой оппозиции, определённый вызов сложившемуся общественному порядку. Антисталинцы весьма остро на это реагировали: это была не та оппозиция, которая им нравилась... Обсуждение этой темы попадало даже в печать: в одной из пьес антисталинца Михаила Шатрова середины 80-х, насколько помню, кто-то из персонажей возмущается шоферами, которые лепят портретики Сталина на свои ветровые стёкла. "Почему не Ленина?!.." — с негодованием спрашивает он.
Чёрно-белую фотографию Сталина на лобовом стекле грузовиков и автобусов можно было довольно часто увидеть в 70-е годы
Ещё запомнил такую сценку года из 80-го. Мужчина средних лет в трамвае разгневался на поведение женщины-водителя. Уж не помню, чем она ему досадила, но он громко воскликнул, обращаясь ко всем пассажирам: "Вот при Сталине она не посмела бы так себя вести!". Но слушателей почти и не было, кроме меня (а мне было лет десять). Тогда он обратился ко мне: "Верно я говорю, что при Сталине она не посмела бы так разговаривать?". Я пожал плечами...