Версия: почему Донецк боится штурмовать Украину
По факту – летняя кампания боевиков так и не началась. Была битва за пригороды Донецка, с прицелом выйти на Курахово, обнажив фланг в треугольнике под Авдеевкой, активность на Артемовском направлении, возвращение тяжелых систем и реактивных установок, агрессивная работа ДРГ, пишет украинский пропагандистский ресурс petrimazepa.com.
Уже можно сказать, что стратегия украинских силовиков оправдывает себя, утверждается в этой статье. Тактика противостояния не меняется – идет привычная «окопная» война блоков с маневрами в застройке и накоплением сил там, а потом ожесточенными позиционными боями на выбранном направлении. Обстрелы, кочующие огневые группы, засады, снайперская работа вдоль линии. Для того, чтобы прорывать полосу обороны, которая, например, в поселках под Донецком создавалась несколько месяцев, а под Мариуполем – почти год, обеим сторонам нужны огромные ресурсы и бесчисленное количество боеприпасов, специальные тяжелые орудия, вроде 2С5 «Гиацинт», подавление батарей ВСУ и изоляция поля боя, что проблематично сделать без авиации и глубокой общевойсковой операции. Сейчас перед спонсорами гибридной армии стоит тот же вопрос, что и в последние обострения – продолжать увеличивать ставки или сворачивать операцию, создав аналог Дейтонских соглашений?
Что изменилось по сравнению с прошлым годом? Почти всё. Огневая мощь сепаратистов в первую очередь. Время батальонов с двумя ЗУ 23\2 и тремя «коробками», штурмующими Шахтерск по двум центральным улицам вдоль, и рейды боевиков на бронированных банковских фургонах канули в лету – против нас стоят полноценные полки и батальоны, оснащенные по штату регулярных частей, с дивизионами артиллерии, танковыми подразделениями и тяжелым оружием. Изменился сам формат противостояния: наступать вглубь оккупированных городов власти Украины не планируют примерно с середины зимы – жертвы и разрушения, как и раньше, превысят все возможные бонусы от операции, ограничение сепаратистского анклава и его блокада повестка дня на сегодня.
Армия выполнит любой приказ, но потерять несколько тысяч человек убитыми и выведенными из строя, чтобы, допустим, овладеть частью руин Горловки и устроить в краю гуманитарную катастрофу – такой план никому не нужен. Кто хочет, может взглянуть как спустя годы после такой войны до сих пор выглядит Хорватия – не та, красивая, прилизанная и туристическая с побережья – а те территории, где шли ожесточенные бои. Опять же, втянуться в сражение в застройке и получить очередной телепорт на севере Луганской области или напомнить, что Харьковская область ничем в этом плане не отличается от Новоазовска – это не дело. Изменилась также экономическая ситуация – коллапс на территориях увеличивается, в Крыму серьёзные проблемы с водой для СХ и частным бизнесом, блокирован транзит грузов двойного назначения в ПМР, у Украины появились вполне эффективные рычаги воздействия вне вечных переговоров о прекращении огня. А кто думал, начиная крымскую авантюру о судьбе контингента вблизи Молдовы или о социальном взрыве в огромном регионе? Этим стоит пользоваться, не боясь спровоцировать соперников – мы уже видели все кроме самолетов и тактических ракет за этот год.
Ну и главное, несмотря на тяжелые зимние бои, армия Украины продолжает набирать форму и расширять штат – бои под Донецком это показали. За сутки вывести строя четверть батальонной группы гибридной армии, подавить противника и в районе конюшен, и в районе госпиталя, сорвать выдвижение второго эшелона. Отразить наступление и провести зачистку, взяв пленных, отбив знамя и заполучив трофеи –это довольно удачная операция.
28-я бригада выстояла семь бесконечных часов, навязала противнику ближний огневой контакт и не сдала ни метра территории – одно из лучших наших подразделений уже по нескольким эпизодам. Присутствие в районе Марьинки тактических групп двух бригад, части 3 полка, Национальной гвардии и артиллерийских подразделений говорит о том, что работа разведки на высоте, а плотность войск в ключевых секторах достаточна, чтобы разворачивать успешную гибкую оборону в россыпи агломераций вокруг крупного города. Низкие потери, в основном «трехсотыми» – что стратегия создания разветвленной инженерной полосы приносит успехи. Остановка продвижения на несколько дней и переход к дистанционным обстрелам и действиям ДРГ, что гибридная армия так и не нашла ответа на вопрос, как изолировать поле боя и быстро подавить позиции артиллерии, без массированной атаки крупным калибром из Донецка, что, в свою очередь, приведет к внушительным жертвам среди мирного населения и сопутствующему ущербу для города от ответного огня. А ведь рассказывать сказки про укропов, расстреливающих застройку, уже не выйдет – ОБСЕ четко отмечает кто открывает огонь, срывает договоренности и навязывает бои.
Тактически всё сохраняется на уровне конца мая – 20-30 пролетов беспилотных аппаратов в сутки, каждодневные контакты с диверсантами, массированные обстрелы в нескольких горячих точках фронта. По-прежнему значительная часть потерь регулярной армии – от подрывов, действий малых групп и не боевых ситуаций – случаются срабатывания своих взрывных заграждений, неосторожное обращение с оружием, ДТП, большое количество мобилизованных последней волны дает о себе знать. Выведение из строя катера пограничников на ВУ, где погиб командир и матрос, а сам катер чудом отбуксировали в порт – звено в цепи постоянных диверсионных ударов, противник постоянно меняет тактику с целью нанести ущерб. Среднесуточные потери ВСУ колеблются в районе 7-10 человек санитарными, есть дни, когда убитых нет вовсе, и их немало. Но 9 июня погибло 8 человек только за два эпизода у саперов, у 30-ой бригады есть «двухсотые», в среднем за сутки мы теряем 1-2 бойцов, и эта цифра может расти.
Линия Трехизбенка – Счастье – Станица находится под постоянным огневым давлением, обстреливается 152 мм орудиями и минометами. На Бахмутке ближний бой, АГС, пуски ПТУР – сепаратисты часто ввязываются в ближний контакт, чтобы вытянуть в первую линию технику и попытаться поразить её ракетами. Есть данные по сектору о применении боевиками управляемых мин, выпускаемых из «Ноны». Традиционно горячими точками является треугольник под Донецком и Широкино, также к этим участкам фронта постепенно добавляется Артемовское направление. Но мы хотим остановиться в этом выпуске не на конкретике по каждому блоку – понятно, что под Крымским стреляют из АГС, в районе ставков и озер около Красногоровки работают диверсанты, а в секторе «М» идут позиционные бои пехоты, где «Азов» несет потери и удерживает застройку. Это продолжается уже месяцы – что может получиться из этого стратегически, ведь бесконечная война никого не устраивает?
Украина продолжает усиливать оборону – это видно из количества рабочих и тяжелой техники в красных зонах, видно по работе саперов и составлению карт огня. На сайте государственных закупок заказано больше трех сотен малых огневых сооружений, полтысячи габионов, малозаметные заграждения, сотня тонн колючей проволоки, ремонт машин ИМР. Мы закапываемся в землю, заливаем всё бетоном и создаем мощную линию инженерных полос. По срокам мы все еще отстаем от графика, но даже то, что уже возведено – на порядок основательнее чем прошлым летом с кругляком на броне и лопатами. Почему это делается? По той же причине, по которой МВФ увеличил прогноз по падению ВВП Украины – окончательно видно, что территории не интегрируются в экономику страны, а если что и вернется, то в плачевном состоянии и руинах. Наш бюджет не в состоянии взвалить на себя такую ношу – Украину ждет Дейтон в той или иной форме. Хорошо ли это для среднего украинца?
В любом случае, это шаг вперед – биться головой об стену, убивать экономику и терять сотни людей ради того, чтобы кремлевский режим завез сюда еще десять тысяч маргиналов и рассказывал о хунте, расстреливающей детей. Возле ПМР разворачиваются комплексы ПВО С-300, блокада оккупированных территорий нарастает, а ВСУ наращивают возможности. Боевикам однозначно придется идти вперед – ситуация, когда госпиталь в пригороде Донецка принадлежит силовикам, а его склады – ДНР, не редкость. Вода в Луганске – ТЭС в Счастье, поселок может располагаться в оккупационной зоне, а его аграрное хозяйство – под ВСУ. Любое обострение – и снарядами с обеих сторон поражаются рынки и инфраструктура. Жить в таком положении и строить хоть что-то невозможно. Новообразованиям придется повиснуть мертвым грузом на бюджете РФ, на котором уже висит Крым, Приднестровье и Абхазия с Осетией. Наша задача – удерживать блокаду, потихоньку заворачивая гайки, чтобы не навредить своей экономике. И стоит заметить, что план работает – закрытие проекта расчленения страны, Губарев, стремящийся в Украину, и боевики, оказывается, год воюющие за особый статус, – это однозначные звоночки.
В любом случае, у государства всего три задачи – безопасность граждан, рост их благосостояния и возможностей реализовать себя, рост экономики. Можно честно себе ответить на этот вопрос, будут ли стоять плюсы возле этих трех пунктов, если мы продолжим бесконечную наступательную операцию на Востоке? Что бы не говорили о мирном плане и политике сдерживания – пока окна возможностей освободить территории нет. Значит, минимизация потерь и купирование агрессии дипломатическими методами и гибкой обороной – хороший план. Армия набирает форму. Без авиации и массированной глубокой операции оборону ВСУ не прорвать. Пойдут ли они на обострение с огромными потерями, не пойдя на него прошлой весной и зимой – риторический вопрос. Сейчас против нас работает «грузинский план» или «пока толстый сохнет – худой сдохнет» – посадить нужных людей во власть нестерпимым экономическим, политическим и военным давлением или заставить принять требования РФ. Важно это понимать. На первый план выходит работа над экономикой и политика. ВСУ же продолжают делать свою работу – как и год назад.
Украина на правильном пути, нужно только еще немного терпения.