Крутится-вертится старая мельница
Водяная мельница в литовской деревеньке Шлининка, возраст которой более 300 лет, по-прежнему жива — ее большое деревянное колесо крутится.
Когда смотришь на него, теряешь чувство времени и словно переносишься в ту эпоху, когда здесь толпились крестьяне, привезшие зерно, чтобы получить из него муку. И хотя с тех пор речка, на которой стоит мельница, обмелела, ее струи все еще приводят в движение старинные каменные жернова.
Черти, что ли, виноваты?
Живут в этой тихой деревеньке, приютившейся возле города Зарасай, всего три человека: Станисловас Веселеня, его жена Регина и ее 90-летняя мать. Но когда сюда приезжают туристы — а едут они со всей Европы, — здесь становится шумно и весело.
Гостей встречает сам хозяин. Слушать Стасиса — так он просит называть его — одно удовольствие. У него не только способности крепкого хозяина и познания мельника, но и несомненный дар рассказчика. Его неспешная беседа завораживает, уносит в прошлое. Образ мельника со всеми его заботами и радостями в жизни, тонкостями и хитростями в его ремесле, каким он был давным-давно, встает перед глазами словно живой. Мельник и кузнец — в старинные времена эти профессии были особо важные для селян и потому почитаемые. А облик Стасиса настолько фольклорно-мельничный, что трудно было представить его строителем из столицы.
Хлеб — вечная категория. Понимаешь это сразу, как только входишь в мельничные помещения. Здесь царит мягкий полумрак. Пахнет старым деревом и мукой. Один только этот запах вызывает чувство сытости. Во всем чувствуется крестьянская надежность и долговечность. Все механизмы сделаны из дерева. С деревом контрастируют лишь большие железные весы для взвешивания муки да цепи с крюками для подъема тяжелых мешков. А журчание воды за дощатыми стенами создает ощущение старины и деловитости.
Время берет свое: силы обмелевшей речки уже не хватает, чтобы в полную силу крутить тяжелые каменные жернова. Колесо, приводившее их в движение, теперь вращается вхолостую — только для придания мельнице профессионального колорита и интереса для туристов, а основную работу делает электричество.
Каждый, кто входит на мельницу, сразу обращает внимание на изображение черта под потолком. С загадочной улыбкой Стасис рассказывает, что раньше их на мельнице водилось видимо-невидимо. «Муку тогда мололи по нескольку суток, — поясняет хозяин. — И когда мужики спустя несколько дней навеселе возвращались домой, жены удивлялись, куда пропала одна лошадь и как из десяти мешков зерна получилось всего два мешка муки. Горемыки клялись, что на мельнице завелось множество жадных чертей, которые все и утащили. Мол, сами видели эту нечисть, когда те бедокурили с их лошадьми и мукой».
Есть старинная литовская пословица: «Не бывает голодной хозяйка у ксендза и свинья у мельника». Вспомнив эту присказку, Стасис без утайки поведал о хитростях мельников, позволявших им жить припеваючи:
— Конечно, можно винить во всем чертей, но все гораздо проще: со ста килограммов зерна всегда оставалось два-три килограмма мучной пыли, которую трудно собрать. Когда заказчик начинал возмущаться из-за недовеса, мельник давал ему веник и предлагал подмести сусеки. Разумеется, крестьяне отказывались заниматься немужской работой. А учитывая, что в день привозили до пяти тонн зерна, легко подсчитать, сколько в сусеках оседало мучной пыли. Ее хватало не только для откармливания свиней, но и на другие нужды. Потому мельники всегда были зажиточными людьми.
Впрочем, по рассказу Стасиса, мельник в фольклоре и сам был не дурак выпить и часто, отправившись продавать муку, возвращался то не в своей телеге, то на чужой полудохлой лошади. Но в целом это был уважаемый человек, к которому шли на поклон, а пока он молол муку, узнавал все новости округи.
Поворот судьбы
Родители Регины приехали сюда в 1949 году. В те времена всех собственников выселяли в Сибирь. Хозяйкой мельницы была полячка Мальвина Магнушевска. Она и пригласила их, чтобы присмотрели за мельницей в ее отсутствие. Вскоре у новоиспеченных владельцев мельницы родилась дочь Регина. В советский период в деревне был организован совхоз, а мельницу национализировали. Она и тогда продолжала работать. А потом Регина, уехавшая искать свое счастье в Вильнюс, вернулась оттуда с мужем Станисловасом. Так бывший строитель стал мельником. С тех пор водяное колесо закрутилось по-новому:
— Хотя не собирался менять свою профессию на жизнь в деревне, но бабушка, мама Регины, наотрез отказалась переезжать к нам в Вильнюс. Пришлось согласиться на переезд. Тем более что и здесь нашлось много дел для бывшего строителя: видите — корабль стоит на якоре возле мельницы? Это я его сделал для привлечения туристов. Да и на самой мельнице приходится поддерживать хозяйство в порядке: что-то заменить, что-то переделать, ведь древесина долго не живет, тем более если трудится в сложных условиях.
Стасис прерывает рассказ, чтобы дать попробовать разные сорта муки. Вкус у образцов очень разный и зависит не только от исходного материала, но и от степени помола. Здесь делают муку как для ржаного хлеба, с добавкой отрубей, так и самого тонкого помола, годящуюся для самых изысканных мучных изделий. И под взрыв смеха Стасис подбрасывает вверх горсть муки, накрывая всех белым туманом: «Это та самая пыль, которой в старину недосчитывались мужики».
В заключение экскурсии Стасис предлагает женщинам поднять пудовый мешок муки. И ведь получилось, хотя многим такое задание показалось невыполнимым! Оказывается, при помощи системы рычагов и блоков это сделать настолько легко, что с работой справляется и ребенок.
От мужа эстафету принимает Регина. Гости из рукомойника моют руки, как это делали в старину, и проходят в дом, где столы уже ломятся от местных угощений. Большинство блюд сделаны из муки своего помола. Нарасхват идут чипсы из хлеба, ну а ради местного наивкуснейшего кваса многие гости даже отказываются от пива. А еще здесь подают оладушки с «соленым» соусом из пряных шкварок, жареные пельмени из муки грубого помола, травяной чай, варенье «Минутка» из яблок.
Самый большой интерес вызывает ароматный ржаной хлеб, который может храниться и не черстветь целый месяц! Его пекут без дрожжей в небольшой пекарне рядом с мельницей. Продают в крошечном магазине, где есть самобытные сувениры, домашняя колбаса, от вида которой текут слюнки. Можно купить муку, по словам Стасиса, заговоренную, из которой получаются самые вкусные пироги по старинным рецептам.
Не хлебом единым
Стасис и Регина создали общество, в которое вошли еще несколько человек, подготовили проекты, выиграли европейский грант — денег хватило на реконструкцию мельницы и приусадебных построек. И теперь переделанные помещения, сохранившие свое первозданное обличье и функциональное предназначение, выглядят как уникальный туристический комплекс.
Здесь сегодня мелется мука, которая имеет сертификат «Продукт национального наследия». Для его получения нужно не только полностью соблюдать технологию столетней давности, но и желательно иметь в роду предков, которые занимались этим делом сто лет назад. Основания для этого были более чем веские — предки Регины были мельниками, да и сама она родилась на мельнице.
Если Стасис ведает всеми хозяйскими и строительными делами, то Регина отвечает за прием гостей. А уж в этом она явно преуспевает: знает и рассказывает туристам не только все о хлебе, но и о других продуктах:
— Как-то раз, — вспоминает она, — приехали дети с друзьями, сели обедать, а одна городская девушка живую курицу впервые увидела. Наутро приготовила молодежи яичницу со шкварками на завтрак, а сын попросил: «Мама, ты не говори Габриеле, что яйцо из курицы». Подумала: «Так дети скоро совсем не будут знать, из чего продукты появляются. И решила подготовить программы «Дорогою хлеба» и «Дорогою льна», чтобы рассказывать и показывать, как наши предки делали хлеб и одежду.
В рамках этих проектов Регина увлеченно и в тончайших деталях рассказывает о том, как в старину косили, сушили, веяли, молотили рожь, овес и пшеницу, показывает орудия производства. Кто-то из наших экскурсантов припомнил, что в Беларуси косу называют литовкой, — и это неспроста, ведь когда-то косы делали только в Литве.
Показала Регина, как в старину делали хлеб: замесила тесто, в состав которого входят всего лишь мука, вода, соль и тмин. И при этом рассказывала: «У этого теста целебные свойства. Поэтому, когда в старину хозяйка его замешивала, она всегда звала детей и говорила: „Дети, идите, пейте хлеб“. И дети подходили, вдыхали аромат теста, и его целебные свойства позволяли им не болеть зимой».
Хлеб по традиции замешивали с утра, поэтому он выпекался после обеда. Но резать хлеб вечером было нельзя. Впрочем, его и не резали, а разламывали. Хозяин дома делил хлеб — по возрасту, по росту и телосложению. Корка всегда доставалась старшей дочери. Есть поверье, что от корочки лучше растет грудь, а старшую дочь нужно быстрее выдавать замуж.
Не забывали и про нищих — они приходили на запах свежеиспеченного хлеба. Но поскольку вечером его не делили, то их оставляли в доме или возле ворот до утра, и тогда нищий тоже получал свою долю.
Потом была загрузка хлеба в печь. В нее входит 8 караваев, каждый по 7-8 кило. «Чем крупнее каравай, тем полезнее, — поясняет Регина. — В печи он выпекается при температуре 300 градусов, а внутри мякиша температура 90 градусов, поэтому все полезные свойства муки сохраняются. Заварной ржаной хлеб очень полезен, а тот черный, что продают в магазинах под видом заварного, — всего лишь „крашеный“ продукт, он не совсем полезный».
Тесто, замешанное в большом чане, Регина делит на 4 части, и одну из них — на маленькие части, которые девушки, работающие в пекарне, разложили на кленовые листья. На них тесто и отправилось в печь.
А Регина все рассказывает:
— Когда вы будете делать свой хлеб, всегда думайте о хорошем и загадывайте желание. И давайте название своему хлебу.
Один из гостей вспомнил, что его бабушка пекла «ворону», придавая тесту форму этой птицы и делая на поверхности углубление, в которое выливалось сырое яйцо. На хлебе, по утверждению хозяйки, всегда нужно делать углубления — по числу имеющихся у каждого детей. А приехавшей на мельницу молодежи из Висагинского училища было предложено сделать столько ямочек, сколько каждая девушка хочет в будущем иметь детей. И получились у них каравайчики, сплошь усеянные ямочками!
После обеда можно посидеть на скамеечке у плотины или на палубе корабля, понаблюдать, как крутится водяное колесо, послушать, как журчит вода. Честное слово, это была настоящая медитация!
Необычную мельницу покидаешь с таким чувством, словно стал намного добрее, чем был раньше. И расстаешься с хозяевами, как со старыми друзьями, которые умеют передать всем свое отношение к жизни.
Валерий САМОХВАЛОВ.