Их звёздный час. Бронепоезда на Гражданской войне в России
Бронепоезда активно применялись во множестве конфликтов – от англо-бурской до второй чеченской войны. Но почти во всех случаях они были лишь вспомогательным средством. И лишь в Гражданскую бронированные исполины на рельсах стали по-настоящему грозным и востребованным оружием. Почему так вышло и как все проистекало, расскажем в этом материале.
Театр военных действий
В Первой мировой третьестепенность бронепоездов обуславливалось позиционным характером войны. Во Второй, напротив, маневренным. Бронепоезда были привязаны к железным дорогам и не поспевали за моторизованными подразделениями, пользовавшимися сетью дорог обычных. Поэтому и там, и там они в целом остались «не у дел» и влияли разве что на тактические эпизоды.
Другое дело Гражданская война в России – бронепоезд прочно вошел в список ассоциируемых с ней образов наряду с тачанкой или буденовкой. Почему так получилось?
Дело, разумеется, в самом характере Гражданской. В больших войнах между развитыми конвенциональными противниками сталкиваются регулярные армии. Они, несмотря на размеры, более-менее управляемы и имеют постоянное снабжение. Чтобы прорвать занимаемый ими фронт и обратить их в бегство, надо задействовать серьезные силы. Даже какие-нибудь румынские или итальянские части под Сталинградом требуют сосредоточения против себя тысяч артиллерийских орудий, сотен эшелонов с боеприпасами, множества танков и живой силы.
Гражданская же война была следствием поглотившего Россию хаоса. Смертельно уставшая от большой войны армия самоликвидировалась. В госструктурах творился полный бардак. Даже считаемые эталоном партийной дисциплины и мастерами централизованного наведения порядка большевики первый год войны фактически не обладали единой армией. Они пытались контролировать множество разрозненных отрядов, каждый из которых имел собственное мнение – причем зачастую не только о тактике и стратегии, но и о политике. У других, как правило, все было еще хуже.
Козырь в рукаве
В таких условиях судьбы целых регионов, а иногда и всей страны, решали сравнительно небольшие, но стойкие и относительно дисциплинированные отряды. У белых, например, этим костяком была активная часть дореволюционного офицерства. Красные в самом начале опирались на рабочих – сформированные из них отряды красной гвардии были одной из самых надежных групп, на которые могла рассчитывать Москва.
Но большая часть рабочих, в силу профессии, не участвовала в Первой мировой. С одной стороны, это было хорошо – они не успели устать от войны. С другой – красногвардейцы не имели боевого опыта. Но зато хорошо ладили с механизмами. В логике этой дружбы с техникой и нашлось решение – усилить человеческую плоть сталью бронепоездов. Благо, красным посчастливилось захватить большую часть индустриальных центров и (поначалу) почти всю железнодорожную сеть страны.
В условиях всеобщего хаоса бронепоезд был крайне удобным оружием. Мобильный, бронированный, хорошо вооруженный, он мог быстро перебрасываться из одного региона в другой. И по прибытии становился серьезной гирей на чаше весов – Гражданская это не Первая мировая, насыщенность артиллерией в десятки и сотни раз меньше. Стабильный сплошной фронт на Гражданской войне отсутствовал, что открывало возможность для лихих рейдов по принципу «бей-беги». Из уязвимой крупной дичи бронепоезд превращался в хтонический ужас на железнодорожном ходу.
Разумеется, пользоваться таким оружием не брезговал никто – только бы попало в загребущие лапы, а задача найдется. Это приводило к появлению самых необычных «железнодорожных» судеб.
Бронепоезд, который увидел мир
Одним из самых примечательных, в этом плане, составов стал знаменитый «Орлик». Свержение Временного правительства этот бронепоезд типа «Хунхуз» встретил в Киеве, где на него наложило руки правительство УНР. Состав торжественно переименовали в предсказуемое для такой ситуации «Слава Украiни».
"Орлик"
Но это было только начало. В январе 1918-го Киев берут красные. Они отмывают «Славу Украине» и переименовывают бронепоезд в «Полупановцы», по фамилии нового командира трофея, Андрея Полупанова. Поезд довольно неплохо воюет, по пути вновь переименовывается в звучное «Свобода или смерть», и едет на восток, давить восставших чехословаков.
Там дела идут уже не так хорошо. Части Чехословацкого легиона захватывают «Свободу или смерть» недалеко от Симбирска, и переименовывают его в «Орлик» – в дальнейшем он будет ассоциироваться именно с этим названием.
Легионеры используют поезд, как мобильный резерв для охраны Транссибирской магистрали – «Орлик» катается туда-сюда и действует против красных партизан и обычных банд. Но осенью 1920 года легион все же осуществил свою давнишнюю мечту и покинул бурлящую Россию, как греки Ксенофонта – через находящийся в противоположной стороне от родных мест порт Владивосток.
Бронепоезд достался приморским белым. Их конец известен – потерпев поражение, они хлынули за пределы страны. Дарить «Орлика» ненавистным большевикам они не стали – состав был перегнан в Маньчжурию. Там его следы теряются. Быт может, его «раздерибанили» вплоть до отельных вагонов. Но, если «Орлик» остался единым целым, он вполне мог попасть в японские руки, оккупировавшие регион в 1931 году. Кто знает – быть может, РККА все же добралась до бронепоезда спустя десятилетия, уничтожив его танковой атакой или ударом с воздуха в августе 1945 года.
Пример «Орлика» был далеко не единственным – условия Гражданской позволяли подобным вещам случаться многократно.
Взять, например, состав «Генерал Анненков», тоже помнящий еще залпы Первой мировой. Октябрь 1917-го – захвачен матросами и поехал на гражданскую войну в Финляндии. Там попал к противнику. А потом отдельные броневагоны воевали с Советским Союзом в Зимней войне и ВОВ.
Психическая атака
Активно действуя в реальности Гражданской войны, бронепоезда неизбежно впитывали её в себя. Взять, например, психические атаки. Мозг сразу рисует картину из кинофильма «Чапаев» – белогвардейцы непреклонно маршируют на готовый к бою пулемет.
Этого, конечно, не было, но первый год войны порождал странную, на первый взгляд, тактическую парадигму. Когда у белых почти не было патронов, а у красных надежных, спаянных войск. Поэтому частные атаки, рассчитанные на открытие стрельбы только в самый последний момент, могли приводить к успеху. Слабый противник разбегался еще до того, как открывался весьма скупой огонь.
Бронепоезд "Офицер"
Такие случаи имелись не только в пехотном бою. 1 июня 1919 года свет увидел психическую атаку на железнодорожном ходу. Её главным героем стал белый бронепоезд «Офицер», столкнувшийся сразу с двумя своими собратьями, воюющими на стороне красных. Боеприпасы закончились. Казалось бы, самое время отойти назад, но удачный выстрел противника разбил пути.
Варианты команды «Офицера» были, на первый взгляд, немногочисленны – неизбежно превратиться в груду дымящихся обломков или разбежаться и оставить состав противнику. Командир выбрал третий вариант – поезд решительно двинулся в сторону красных. Те проявили осторожность – если белый ведет себя так нагло, значит, у него есть какой-то козырь в рукаве. И поспешили отойти. Что дало команде «Офицера» возможность быстро завершить ремонт путей и отступить подобру-поздорову.
Наивысшая точка
Участниками Гражданской войны стало более 300 бронепоездов. Случившаяся два десятилетия спустя Великая Отечественная не была «скромнее» в количественном отношении – с одной только советской стороны было применено 224 бронепоезда. Но удельное влияние на ход боев резко снизилось – бронепоезда растворялись в десятках миллионах людей, танковых клиньях и массовых бомбардировках.
Нет, бронированные железнодорожные монстры не умерли. Им еще предстояло поучаствовать в целом ряде вооруженных конфликтов. Но с окончанием Гражданской войны в России их подлинный звездный час был завершен.