Малер, слёзы, сила слова. В Перми открылся Дягилевский фестиваль
«Не дайте Курентзису уехать!» - громкий женский голос из зала раздался, едва на сцену Дворца культуры им. Содатова с приветственным словом к Дягилевскому фестивалю вышел губернатор Пермского края Максим Решетников. Тот улыбнулся, поприветствовал фестиваль, отметив, что он ежегодно расширяется, выходит на новые площадки, совершает невозможное. А в заключение своего спича вернулся к прилетевшей с балкона реплике: «Я всего лишь третий губернатор за пермский период творчества Курентзиса. Сегодня моя роль – быть зрителем на этом замечательном концерте».
Магия цифр на фоне музыки
Дягилевский фестиваль, родившийся в Перми в 2003 году, проходит нынче в 13-й раз.
«13 - цифра нехорошая, но не хотелось бы, чтобы она оказалась фатальной, - говорит исполнительный директор Пермского театра оперы и балета Андрей Борисов. – Хотелось бы, напротив, обыграть её как-то юмористически».
И шутки, ироничный дружеский «пинг-понг» не заставили себя ждать. Ещё на пресс-конференции перед концертом открытия журналисты спросили: «Почему в ДК им. Солдатова так пахнет ладаном?» Курентзис парировал с улыбкой: «Везде, где Теодор, там пахнет ладаном». Тут же свой «пас» сделал и Борисов: «Наверное, этот запах не случаен, ведь театр для нас – храм».
А буквально через час храм до краёв, до последнего ряда галёрки, наполнился музыкой. Фестивальный оркестр, состоящий из музыкантов musicAeterna и приглашённых исполнителей со всего мира, под управлением Теодора Курентзиса исполнил Девятую симфонию Малера.
«Это одно из самых важных сочинений позднего романтизма, - рассказывает Курентзис. - Чтобы понять эту музыку, надо прожить с ней очень долго: она идёт на том полюсе сознания человека, где смыкаются вечность и пустота. И играть её тоже очень непросто».
Известно, что Малер долго избегал написания симфонии под номером 9. Причиной тому – бытующий в музыкантской среде миф о «проклятии Девятой», которая в жизни композиторов становится последней. Так было с Бетховеном, Брукнером, Дворжаком... Пытаясь обойти «роковой» номер, Малер в своей «Песне о Земле», на самом деле разросшейся до симфонии, даже спустил это слово в подзаголовок. Но последовавшая затем Девятая симфония стала, увы, и для него последним завершённым сочинением.
Симфония и стук машинок
Любовь к земле, страстное желание жить, наслаждаться природой – всё это слышалось и чувствовалось в музыке Малера, царившей в ДК им. Солдатова. Мир наивности и мир действий, увиденые как бы со стороны. Так смотрят на жизнь, когда сжигают корабли... И финал – всё более ясное ощущение смерти, которую надо отсрочить, оттянуть. Бесконечно прекрасная, множество раз повторяющаяся тема - предельно медленно, пианиссимо, а в последнем такте практически замирая.
Абсолютная темнота в зале, напряжённая тишина и... шквал аплодисментов. У многих на глазах выступили слёзы. Прав Курентзис, утверждающий, что искусство способно обновлять, очищать и вообще обладает уникальным лечебным эффектом.
Сидящий рядом с журналистом «АиФ-Прикамье» молодой мужчина тянет завистливо: «Хорошо вам, пермякам: такое исполнение можете слышать!» Он в Перми в командировке, специально подгадал её под начало Дягилевского фестиваля. Но со второго отделения концерта вынужден уйти - опоздывает на обратный поезд в Казань.
Во втором отделении прозвучала пьеса современного композитора Малин Бонг (Швеция), название которой можно перевести на русский язык как «осколки отчаянного сопротивления». 20-минутное произведение поразило совершенно невероятными способами извлечения звуков и заинтриговало использованием ... печатных машинок. По мнению самой Бонг, «сегодня каждый может выбрать свою печатную машинку и силой слова запустить волну общих действий для поддержки демократии».
Вот так в первый же день фестиваля переплелись классика и авангард. Родились восторги, обсуждения, потрясения. А сколько ещё впереди!