В российских тюрьмах готовятся к бунтам игиловцев
Кровавый бунт в одной из колоний Таджикистана, организованный сторонниками ИГИЛ (террористическая группировка — запрещена на территории РФ), является тревожным сигналом не только для спецслужб, но и для преступного мира России. В ходе бунта в колонии строго режима города Вахдат погибло 32 человека: группа заключенных, причастных к ИГИЛ, убила трех надзирателей, потребовав освобождения. По мнению экспертов, тюремное восстание джихадистов — вполне реальный сценарий, предпосылки для которого существуют.
Экс-сотрудник одного из региональных управлений ФСИН на условиях анонимности рассказал «URA.RU», что сторонники ИГИЛ даже в неволе получают поддержку от единомышленников. «Этих людей никто не бросает. Зря некоторые считают, что раз они попались, то отработанный материал. Им передают продукты, помогают деньгами. Кроме того, некоторым оказывают юридическую помощь», — рассказал собеседник агентства. Он говорит, что поддержка, как правило, происходит через различных посредников: «Но идеология такова, что этих преступников даже за решеткой не бросают — для них это важно. Ведь те, кого вербуют террористы, должны видеть, что их не просто используют».
Вербовка новых сторонников радикальных группировок и усиление их позиций в российских тюрьмах во многом происходят из-за невнятной позиции руководства исправительных учреждений, считает конфликтолог, автор романа «Исповедь русского гангстера» Михаил Орский. По его мнению, в ряде колоний УФСИН допускает слишком большую концентрацию выходцев из Средней Азии и Северного Кавказа.
«Сама ФСИН должна негласно определиться с позицией — что является для нее меньшим злом: блатные или ИГИЛ? Если сама администрация колонии боится входить в противостояние с «игиловцами» и не может взять их под контроль, то почему не отдать этот вопрос на откуп блатным?
Но пока на практике мы видим обратное: воров в законе, которые пытаются задушить игиловские ячейки в тюрьмах, подвергают репрессиям», — считает Орский.
В качестве примера эксперт приводит случай в тувинской колонии, где заключенные под руководством потомственного вора в законе Руслана Гегечкори (Шляпа-младший) вступили в конфликт с группой заключенных, которые, по мнению вора, организовали тюремный джамаат. В результате Шляпу-младшего этапировали в другой регион.
Орский также напоминает, что случаи возникновения агрессивных самостоятельных течений, не подчиняющихся блатным, в России уже возникали — так было в середине прошлого века. «С вояками поначалу в лагерях тоже не считались — называли их „сапогами“. Но сначала были пленные с Финской войны, вслед за ними пленные с оккупированных территорий, после 1945-го уже пошли те, кто „нахулиганил в Берлине“, и в конце концов они заставили блатных считаться с собой. Во многом благодаря тому, что часть „военного контингента“, попав в тюрьмы с фронта, была готова пролить кровь в случае конфликта», — заключил Орский.
Юрист Сергей Ефимов говорит, что произошедшие беспорядки — серьезный сигнал. «Очень часто такие бунты планируются заранее. Поэтому нельзя исключать повторения подобного в России. Возможно, покровители боевиков за рубежом уже составили программу действий, запустили финансирование. Не исключено, что бунты могут начаться и где-то в российских колониях», — сказал Ефимов. При этом собеседник агентства отмечает, что служба исполнения наказаний в таких ситуациях, как правило, усиливает режим охраны: «Обычно ФСИН по своим каналам получает информацию о готовящихся протестных акциях и успевает принимать превентивные меры».
Получить комментарий пресс-службы УФСИН при подготовке материала корреспонденту «URA.RU» не удалось. В ведомство направлен запрос.