Твердый знак Журналистов «Коммерсанта» уволили не столько за то, что они написали, сколько за то, что они могли бы написать в дальнейшем
Госкапитализм продолжает уничтожать медиарынок. На этот раз под нож пошел отдел политики «Коммерсанта» — ведущей газеты страны, которая контролируется Алишером Усмановым. Это далеко не первый случай, когда контроль со стороны крупного российского бизнеса приходит в противоречие с профессиональными задачами медиа. До этого аналогичные события разворачивались, например, в Ленте.ру, РБК или «Ведомостях», где собственники настаивали на произвольном изменении редакционной политики.
Особенность госкапитализма по-российски заключается в том, что собственник встроен в многочисленные системы связей с конкретными государственными чиновниками, их друзьями и активами. Профессиональная журналистика предполагает, что медиа будет беспристрастно освещать происходящее в стране. Но как показала история «Коммерсанта», это невозможно: о чем бы вы ни писали, вы рискуете задеть клиентелу владельца вашего издания и быть уволенным. Геометрия российской цензуры трансформируется:
там, где раньше искали двойную сплошную линию, теперь находят хаотически расставленные ловушки.
Выживают в таких условиях только пропагандисты, работающие по темникам.
Нынешняя атака на отдел «Коммерсанта» выделяется на подобном уже привычном фоне по двум обстоятельствам. Во-первых, ситуацию не удалось представить как рядовое расторжение трудовых отношений с двумя авторами, допустившими профессиональную ошибку. Вслед за Максимом Ивановым и Иваном Сафроновым о своем уходе из редакции заявили весь отдел политики издания — 11 человек. Это беспрецедентный жест солидарности журналистов демонстрирует, что решение руководства издания воспринято как глубоко непрофессиональное и ошибочное. Репутации «Коммерсанта» нанесен серьезный урон: если газета таким образом обращается со своими журналистами, это означает, что оставшимся сотрудникам редакции придется усилить самоцензуру. Увольнением отдела дело может не ограничиться: десятки журналистов издательского дома поставлены сейчас перед тяжелым выбором.
Во-вторых, в отличие от предыдущих историй, связанных с давлением на журналистов, руководству «Коммерсанта» не удалось договориться о полюбовном разрешении конфликта через денежную компенсацию. Замглавреда Глеб Черкасов и его подчиненные, покинувшие издание, сделали это «по собственному желанию» и не могут рассчитывать на выходное пособие, которое в российских реалиях становится платой за молчание. Недоговороспособность сторон означает, что
перед нами настоящий бунт профессионалов, который предпочли открыто выразить свою позицию в отношении некомпетентного управления газетой.
Объяснения, сформулированные на этот счет представителями Усманова и нынешним руководителем «Коммерсанта» Владимиром Желонкиным, не выдерживают критики. Бизнесмен распространил заявление, что о решении главного редактора он узнал из СМИ. Желонкин, в свою очередь, ссылается на нарушение Ивановым и Сафроновым «редакционных стандартов», но не объясняет деталей. Если верить Желонкину, эти неназванные стандарты недоступны для понимания целому подразделению редакции, включая его собственного заместителя Черкасова.
Текст, ставший поводом для увольнения был опубликован 17 апреля и в течение месяца не вызывал никаких претензий с точки зрения стандартов. Он прошел всю производственную цепочку газеты, так что предъявлять претензии исключительно к авторам как минимум странно: не авторы публикуют заметки, это делает редакция. В его содержании невозможно найти никакой специальной крамолы («двойной сплошной»). В условиях предельной закрытости российской политики заметка Иванова и Сафронова – это стандартная журналистская работа, обсуждение возможных перестановок во власти.
В частности, спикер Совфеда Валентина Матвиенко за последнее время становилась фигурантом многочисленных публикаций, в которых ей прочили новое место работы. Так что содержание текста само по себе не может быть причиной для претензий к журналистам — именно по этой причине наблюдатели недоумевают, что же не так с этой публикацией.
Можно предполагать, что недовольство руководства «Коммерсанта» связано не с обсуждением судьбы Валентины Ивановны, но с появившимся на страницах газеты планом по назначению на ее должность нынешнего главы СВР Сергея Нарышкина. Такое назначение, в свою очередь, может быть частью большой перестройки политсистемы под главную проблему, стоящую сегодня перед Кремлем: транзитом власти за горизонтом 2024 года.
Если это предположение верно, то увольнять Иванова и Сафронова начали не столько за то, что они написали, сколько еще за то, что они могли бы написать в дальнейшем с опорой на те же источники.
В этом случае все заинтересованные лица теперь выясняют, кто передал журналистам информацию о кандидатуре Нарышкина и какой еще информацией обладал этот человек.