Алексей Чихачев о том, о чем говорит продолжение протестов во Франции
В минувшую субботу во французских городах прошел очередной, 27-й акт манифестаций "желтых жилетов". Судя по внешним признакам, протестное движение идет на спад: количество митингующих уже относительно невелико (в этот раз в акциях участвовали, по официальным данным, 15,5 тыс. человек, из них в Париже – всего 1,6 тыс.), и все меньше внимания им уделяет пресса. Тем не менее, сам факт продолжения выступлений, несмотря на различные обещания правительства, красноречиво свидетельствует о нескольких обстоятельствах.
Во-первых, нельзя забывать, что причины, вызвавшие к жизни эти протесты – прежде всего, разрыв по уровню доходов между крупными городами и провинцией, – созревали в стране не один год и ныне крепко интегрированы в социально-экономическую систему. Та в свою очередь во Франции крайне трудно поддается реформированию, что подтверждает опыт многих предшественников Эммануэля Макрона на президентском посту.
Нынешнее руководство пытается оживить этот процесс, однако результаты объективно не придут в одночасье. Поэтому движение "желтых жилетов" еще сохраняет смысл как симптом давно назревших, но пока не решенных проблем. Даже если протестные акции полностью выдохнутся за ближайшие недели, они останутся напоминанием правительству о том, что перед ним стоят долгосрочные задачи, отложить которые больше не получится.
Во-вторых, те решения, которые предлагает для выхода из ситуации действующая власть, далеко не безупречны с точки зрения внутренней логики и детализации. Выступая 25 апреля на пресс-конференции по итогам общенациональных дебатов,
президент, в частности, призвал простых французов "больше работать", но в то же время назвал нереалистичным свое первоначальное намерение сократить раздутый аппарат госслужащих на 120 тыс. человек.
Как умеренная газета Le Monde, так и более скептически настроенная Le Figaro или Liberation неоднократно подчеркивали, что Макрон, кроме того, недостаточно конкретизирует свою налоговую или пенсионную реформу, не объясняет подробно, за счет чего он хочет добиться полной занятости к 2025 году, – и в целом предпочитает форму своих выступлений содержанию.
Основные чаяния "желтых жилетов" по демократизации политической системы, вроде введения референдумов гражданской инициативы (RIC), глава государства старательно обходит, подменяя их собственными идеями (появлением доли пропорциональности в избирательной системе, расширением права петиций и т.п.). На этом фоне какая-то часть протестующих по-прежнему чувствует себя не услышанной президентом и раз за разом продолжает свои акции.
Соответственно, в-третьих, остается открытым вопрос о критериях успеха, конечной точке движения "желтых жилетов". Ведь вышеупомянутая пресс-конференция – это уже не первый случай, когда Макрон пытался взять ситуацию под контроль; было еще, например, специальное телеобращение к нации от 10 декабря. Да и премьер-министр Эдуард Филипп также неоднократно выступал с различными анонсами. Но ни одного заявления от первых лиц не оказалось достаточно, чтобы манифестации полностью прекратились.
Это означает, что улица либо действительно ждет, пока президент и правительство уйдут в отставку (надежда, откровенно говоря, слабая), либо сама уже не до конца осознает, в чем смысл ее борьбы.
В этом, кстати, важное отличие движения "желтых жилетов" от профсоюзов, которые обычно имеют четкий список требований и при их соблюдении организованно прекращают акции протеста. Структурная и программная размытость движения приводит к тому, что некоторые симпатизирующие ему элементы в какой-то момент решают, что цели достигнуты, и покидают протестные ряды, а в то же время другая часть считает необходимым продолжать борьбу.
Процесс дробления "желтых жилетов" особенно хорошо заметен по тому, как они участвуют в предстоящих выборах в Европейский парламент: от протестующих подано сразу три списка, которые, очевидно, будут только мешать друг другу, сражаясь за один и тот же электорат. Опросы показывают, что в итоге лишь один перечень кандидатов наберет хотя бы 1% голосов, что крайне далеко от того уровня внимания, который движение привлекало к себе еще осенью прошлого года.
Между прочим, это позволяет сделать важное наблюдение о французском избирателе: интерес к протестной активности или даже симпатия к каким-то лозунгам для него совсем не обязательно означают намерение проголосовать таким же образом.
При всем этом, в-четвертых, "жилеты" показали к настоящему моменту, что являются скорее внутрифранцузской спецификой, чем каким-либо общеевропейским феноменом, несмотря на отдельные мелкие выступления под той же символикой в других странах ЕС. Все-таки было бы большим упрощением считать, что по всему Евросоюзу наблюдаются одни и те же политические и социально-экономические условия, как во Франции: далеко не везде у граждан есть основания и намерения протестовать точно так же.
Другое дело, что протестный, антисистемный настрой "жилетов" пытаются подхватить те силы, которые общего врага себе уже определили, – евроскептики. Особенно решительно протягивали руку дружбы протестующим из Италии, где вице-премьер Луиджи Ди Майо открыто встречался с некоторыми представителями движения. Подобный ход тогда позволил Риму чувствительно уколоть официальный Париж – оппонента в ЕС и конкурента на некоторых других направлениях.
Сможет ли Макрон окончательно подавить протесты "жилетов", вероятно, станет известно в ближайшие несколько недель. Свою роль, хоть и довольно косвенную, должны сыграть и европейские выборы. Если Макрон и его партия придут к успеху, то президент сможет общаться со своими критиками внутри страны с позиции силы, на правах победителя. В случае триумфа, например, "Национального объединения" Марин Ле Пен все оппоненты действующего главы государства (в том числе "жилеты"), по идее, получат мощный импульс: нынешнюю власть реально одолеть в открытой борьбе.
Автор - эксперт клуба "Валдай"*, эксперт РСМД.
*21 мая в Вене Международный дискуссионный клуб "Валдай" проведет VI Европейскую конференцию на тему: "Все вместе или каждый за себя? Взгляды России и ЕС на будущее многосторонней дипломатии".