Яхве против Баала. Хроника онтологического переворота. Часть пятая - 2
Камера Царя в Великой пирамиде на плато Гиза
При переходе с одного места стоянки на другое евреям приходилось разбирать Скинию и нести с собой – и вновь собирать ее на новом месте стоянки. Как легко понять, это было не такой уж и простой задачей. Ведь, скажем, только каждый брус для Скинии весил порядка тонны!..
Ясно, что из праздной прихоти Яхве не стал бы так обременять евреев. Так что Скиния, скорее всего, была не «просто храмом», а тоже своеобразным функциональным объектом, необходимым для реализации плана Яхве. Почему и потребовались столь детальные инструкции с его стороны по созданию Скинии.
Это заставляет чуть пристальней присмотреться и к тем предметам, которые были созданы (опять же – в соответствии с детальнейшими инструкциями Яхве) для оснащения Скинии.
Оснащение Скинии
Как уже указывалось, в Святилище Скинии располагались Менора, Стол хлебов предложения и «Золотой жертвенник».
Менора – это золотой семиствольный светильник (семисвечник), который был сделан из таланта (33-36 килограммов) золота и состоял из центрального ствола с основанием и шести отходящих от ствола ветвей, по три справа и слева. Каждая из ветвей завершалась «бокальчиками», состоявшими из скульптурных изображений завязи миндалевидного плода и цветка. Всего на Меноре было 22 гвиим («бокальчиков»), 11 кафторим («завязей»), 9 прахим («цветков»).
Поскольку Яхве предпочитал обитать «во тьме», Менора, озаряя своим светом Святилище, предназначалась скорее для священников, которые без нее просто не смогли бы ориентироваться в темноте Скинии.
Менора «работала» на оливковом масле. И для нее годилось лишь то масло, которое получают при первом отжиме олив. Эти первые капли были совершенно чистыми и не содержали осадка. Масло, полученное при последующих отжимах, уже требовало очистки, и его для Меноры использовать не разрешалось.
Горелки, в которых сгорало оливковое масло, давая свет, были съемными, но неясно, служили ими верхние «бокальчики» или особые лампадки (нерот).
Указания Яхве по Меноре очень детализированы.
«И сделай светильник из золота чистого; чеканный должен быть сей светильник; стебель его, ветви его, чашечки его, яблоки его и цветы его должны выходить из него; шесть ветвей должны выходить из боков его: три ветви светильника из одного бока его и три ветви светильника из другого бока его; три чашечки наподобие миндального цветка, с яблоком и цветами, должны быть на одной ветви, и три чашечки наподобие миндального цветка на другой ветви, с яблоком и цветами: так на всех шести ветвях, выходящих из светильника; а на стебле светильника должны быть четыре чашечки наподобие миндального цветка с яблоками и цветами; у шести ветвей, выходящих из стебля светильника, яблоко под двумя ветвями его, и яблоко под другими двумя ветвями, и яблоко под третьими двумя ветвями его [и на светильнике четыре чашечки, наподобие миндального цветка]; яблоки и ветви их из него должны выходить: он весь должен быть чеканный, цельный, из чистого золота. И сделай к нему семь лампад и поставь на него лампады его, чтобы светили на переднюю сторону его; и щипцы к нему и лотки к нему [сделай] из чистого золота; из таланта золота чистого пусть сделают его со всеми сими принадлежностями. Смотри, сделай их по тому образцу, какой показан тебе на горе» (Исход, глава 25).
Согласно Мидрашу, эти указания оказались для Моисея и мастеров настолько сложными, что они не могли справиться с задачей, и Яхве пришлось самому сотворить светильник…
Исследователи давно подметили, что в описании Меноры использованы образы и термины, явно заимствованные из ботаники – ветви, стебель, венчики, завязи, цветки, миндалевидные чашечки, лепестки. По словам израильских исследователей Эфраима и Ханы а-Реувени:
«Древние еврейские первоисточники, например Вавилонский Талмуд, указывают на прямую связь между менорой и определенным видом растения. На самом деле, существует растение, характерное для Земли Израиля, которое обладает удивительным сходством с менорой, хотя и не всегда имеет семь разветвлений. Это род шалфея (salvia), называющийся на иврите мориа. Различные виды этого растения произрастают во всех странах мира, но некоторые из растущих в Израиле диких его разновидностей очень явно напоминают менору».
В ботанической литературе в Израиле принято сирийское название этого растения – марва (Salvia Judaica или Salvia Hierosolymitana). Однако израильский исследователь Ури Офир полагает, что навершия ветвей Меноры в виде цветков не имеют ничего общего с цветами марвы, и по своей форме больше соответствуют цветам белой лилии (Lilium candidum).
Каждый вечер священники наполняли лампады Меноры маслом. Количество масла было всегда одинаковым, и его было вполне достаточно для самой длинной зимней ночи, и поэтому летом, когда ночь короче, некоторое количество масла утром еще оставалось.
Согласно иудейским источникам, особое чудо ежедневно происходило с так называемым «западным светильником» Меноры. В него наливали столько же масла, как и в другие светильники, но священник, приходивший утром очистить Менору, всегда находил этот светильник еще горящим, а шесть остальных – погасшими. О длительности этого чуда мнения в Талмуде расходятся – одни считают, что западная лампада горела до полудня; другие, что она горела весь день и вечером священник зажигал остальные светильники от все еще горевшего «западного светильника»; а по мнению некоторых, «западный светильник» приходилось зажигать лишь раз в году. Талмуд утверждает, что это чудо прекратилось за 40 лет до разрушения Второго Храма (то есть примерно в 30 году нашей эры)…
Напротив Меноры в Святилище стоял Стол хлебов предложения.
«И сделай стол из дерева ситтим, длиною в два локтя, шириною в локоть, и вышиною в полтора локтя, и обложи его золотом чистым, и сделай вокруг него золотой венец [витый]; и сделай вокруг него стенки в ладонь и у стенок его сделай золотой венец вокруг; и сделай для него четыре кольца золотых и утверди кольца на четырех углах у четырех ножек его; при стенках должны быть кольца, чтобы влагать шесты, для ношения на них стола; а шесты сделай из дерева ситтим и обложи их [чистым] золотом, и будут носить на них сей стол; сделай также для него блюдо, кадильницы, чаши и кружки, чтобы возливать ими: из золота чистого сделай их; и полагай на стол хлебы предложения пред лицем Моим постоянно» (Исход, глава 25).
Как уже указывалось ранее, наиболее вероятным представляется вариант, что сборку «технической начинки» Ковчега Завета, ее отладку и тестирование в Святая Святых Скинии проводили Яхве с «ангелами» (богами-помощниками). И это требовало некоторого (продолжительного) времени, в течение которого они вполне могли проголодаться, поскольку были все-таки не сверхъестественными, а вполне реальными существами. Более того, Ковчег Завета, как и любое другое устройство, нуждался в периодическом проведении «технического осмотра» и «регламентных работ», как мог потребовать и срочного ремонта. Все это также могли выполнить только боги – согласно первоисточникам, в пустыне на стоянках «облако Славы Всевышнего» всегда покрывало Скинию, а когда оно поднималось, это было знаком для отправления в путь.
И чтобы каждый подобный раз не задумываться над возможностью для «мастеров-наладчиков» утолить голод, Яхве решил вопрос с питанием раз и навсегда – на Столе хлебов предложения постоянно должен был располагаться свежий «НЗ» («неприкосновенный запас»), забота о котором была возложена на священников.
Каждую пятницу выпекались 12 хлебов предложения (по одному от каждого израильского колена). Эти хлебы были не квасные, а пресные. В субботу их помещали в золотых формах на Стол, убирая оттуда хлебы, лежавшие там с предыдущей недели. Два хлеба клали прямо на поверхность Стола. Остальные десять располагались над Столом на пяти полках, по два на каждой полке. Хлебы, убранные со Стола предложения по истечении недели, принадлежали священникам, которые должны были есть их только в святом месте – почетная возможность употребить остатки с «барского стола»…
В обязанности первосвященника Аарона входило также обслуживание Жертвенника воскурения («Золотого жертвенника»).
«И сделай жертвенник для приношения курений, из дерева ситтим сделай его: длина ему локоть, и ширина ему локоть; он должен быть четыреугольный; а вышина ему два локтя; из него должны выходить роги его; обложи его чистым золотом, верх его и бока его кругом, и роги его; и сделай к нему золотой венец вокруг; под венцом его на двух углах его сделай два кольца из [чистого] золота; сделай их с двух сторон его; и будут они влагалищем для шестов, чтобы носить его на них; шесты сделай из дерева ситтим и обложи их золотом» (Исход, глава 30).
Согласно Талмуду, Жертвенник воскурения располагался в геометрическом центре Святилища – возможно, для равномерности распределения по Святилищу дыма от воскурений. И это допукает предположение, что воскурения могли производиться (в том числе) для частичного одурманивания и притупления священников – как ныне, например, кришноиты используют для «облегчения просветления» в (чрезмерном) изобилии сжигаемые палочки с благовониями.
Однако Ветхий Завет указывает несколько иное расположение и назначение Жертвенника воскурения.
«И поставь его пред завесою, которая пред ковчегом откровения, против крышки, которая на ковчеге откровения, где Я буду открываться тебе. На нем Аарон будет курить благовонным курением; каждое утро, когда он приготовляет лампады, будет курить им; и когда Аарон зажигает лампады вечером, он будет курить им: это – всегдашнее курение пред Господом в роды ваши. Не приносите на нем никакого иного курения, ни всесожжения, ни приношения хлебного, и возлияния не возливайте на него. И будет совершать Аарон очищение над рогами его однажды в год; кровью очистительной жертвы за грех он будет очищать его однажды в год в роды ваши. Это святыня великая у Господа» (Исход, глава 30).
Это позволяет предположить, что воскурения требовались прежде всего самому Яхве – возможно, для того, чтобы перебивать запахи, которые могли проникать в Скинию снаружи. В частности, для этого же запрещалось на данном жертвеннике сжигать что-то иное помимо благовоний (фимиама).
Возможно, что для тех же целей служил специальный состав – «миро для священного помазания», которым следовало обмазывать все составные части и содержмое Скинии.
«И сказал Господь Моисею, говоря: возьми себе самых лучших благовонных веществ: смирны самоточной пятьсот [сиклей], корицы благовонной половину против того, двести пятьдесят, тростника благовонного двести пятьдесят, касии пятьсот сиклей, по сиклю священному, и масла оливкового гин; и сделай из сего миро для священного помазания, масть составную, искусством составляющего масти: это будет миро для священного помазания; и помажь им скинию собрания и ковчег [скинии] откровения, и стол и все принадлежности его, и светильник и все принадлежности его, и жертвенник курения, и жертвенник всесожжения и все принадлежности его, и умывальник и подножие его; и освяти их, и будет святыня великая: все, прикасающееся к ним, освятится; помажь и Аарона и сынов его и посвяти их, чтобы они были священниками Мне. А сынам Израилевым скажи: это будет у Меня миро священного помазания в роды ваши; тела прочих людей не должно помазывать им, и по составу его не делайте [сами себе] подобного ему; оно – святыня: святынею должно быть для вас; кто составит подобное ему или кто помажет им постороннего, тот истребится из народа своего» (Исход, глава 30).
Любопытно, что имелся также особый состав, который Моисей обязан был лично готовить исключительно для Яхве (и его помощников) и который следовало оставлять в Святая Святых рядом с Ковчегом.
«И сказал Господь Моисею: возьми себе благовонных веществ: стакти, ониха, халвана душистого и чистого ливана, всего половину, и сделай из них искусством составляющего масти курительный состав, стертый, чистый, святый, и истолки его мелко, и полагай его пред ковчегом откровения в скинии собрания, где Я буду открываться тебе: это будет святыня великая для вас; курения, сделанного по сему составу, не делайте себе: святынею да будет оно у тебя для Господа; кто сделает подобное, чтобы курить им, [душа та] истребится из народа своего» (Исход, глава 30).
Иное предназначение было у жертвенника, который был установлен во дворе Скинии. Это был Жертвенник всесожжения, на котором требовалось сжигать приносимые евреями жертвы, обеспечивая поступление «жизненной энергии» жертв для Яхве и его богов-помощников.
«И сделай жертвенник из дерева ситтим длиною пяти локтей и шириною пяти локтей, так чтобы он был четыреугольный, и вышиною трех локтей. И сделай роги на четырех углах его, так чтобы роги выходили из него; и обложи его медью. Сделай к нему горшки для высыпания в них пепла, и лопатки, и чаши, и вилки, и угольницы; все принадлежности сделай из меди. Сделай к нему решетку, род сетки, из меди, и сделай на сетке, на четырех углах ее, четыре кольца медных; и положи ее по окраине жертвенника внизу, так чтобы сетка была до половины жертвенника. И сделай шесты для жертвенника, шесты из дерева ситтим, и обложи их медью; и вкладывай шесты его в кольца, так чтобы шесты были по обоим бокам жертвенника, когда нести его. Сделай его пустой внутри, досчатый: как показано тебе на горе, так пусть сделают [его]» (Исход, глава 27).
На первый взгляд, создание из дерева жертвенника, в котором должны были располагаться горячие угли, может показаться странным. Однако конструкция жертвенника и использование в качестве «обивочного материала» хорошо проводящей тепло меди обеспечивали такое распределение температуры и тепловых потоков, которое обеспечивало «невозгораемость» деревянных деталей жертвенника.
В этом жертвеннике постоянно должны были сжигаться жертвы, обеспечивая непрерывный поток «жизненной энергии» с самого момента «освящения» (то есть «запуска») жертвенника.
«И тельца за грех приноси каждый день для очищения, и жертву за грех совершай на жертвеннике для очищения его, и помажь его для освящения его; семь дней очищай жертвенник, и освяти его, и будет жертвенник святыня великая: все, прикасающееся к жертвеннику, освятится…
Вот что будешь ты приносить на жертвеннике: двух агнцев однолетних [без порока] каждый день постоянно [в жертву всегдашнюю]; одного агнца приноси поутру, а другого агнца приноси вечером, и десятую часть ефы пшеничной муки, смешанной с четвертью гина битого елея, а для возлияния четверть гина вина, для одного агнца; другого агнца приноси вечером: с мучным даром, подобным утреннему, и с таким же возлиянием приноси его в благоухание приятное, в жертву Господу.
Это – всесожжение постоянное в роды ваши пред дверями скинии собрания пред Господом…» (Исход, глава 29).
Можно только представить, какой вонью «благоухал» жертвенник из-за сжигаемого в нем мяса и жира…
Немало было и копоти, неизбежной в ходе таких жертвоприношений. Поэтому потребовался еще и специальный умывальник для священников, которые, с одной стороны, обслуживали Жертвенник всесожжения, а с другой – должны были посещать и Скинию.
«И сказал Господь Моисею, говоря: сделай умывальник медный для омовения и подножие его медное, и поставь его между скиниею собрания и между жертвенником, и налей в него воды; и пусть Аарон и сыны его омывают из него руки свои и ноги свои; когда они должны входить в скинию собрания, пусть они омываются водою, чтобы им не умереть; или когда должны приступать к жертвеннику для служения, для жертвоприношения Господу, пусть они омывают руки свои и ноги свои водою, чтобы им не умереть; и будет им это уставом вечным, ему и потомкам его в роды их» (Исход, глава 30).
Как легко заметить, все оснащение Скинии строго функционально – ничего лишнего там не предусматривалось. И такая строгая функциональность заставляет внимательней присмотреться и к очень детализированным (явно преднамеренно) инструкциям Яхве по изготовлению облачения для Первосвященника Аарона.
Служебное одеяние Аарона
Облачение Аарона, которому надлежало стать Первосвященником, было настолько важным, что изготовить их должны были те же самые мастера Веселеил и Аголиав, которым поручалось сделать и «коробку» для Ковчега Завета.
«И возьми к себе Аарона, брата твоего, и сынов его с ним, от среды сынов Израилевых, чтоб он был священником Мне, Аарона и Надава, Авиуда, Елеазара и Ифамара, сынов Аароновых. И сделай священные одежды Аарону, брату твоему, для славы и благолепия. И скажи всем мудрым сердцем, которых Я исполнил духа премудрости [и смышления], чтобы они сделали Аарону [священные] одежды для посвящения его, чтобы он был священником Мне. Вот одежды, которые должны они сделать: наперсник, ефод, верхняя риза, хитон стяжной, кидар и пояс» (Исход, глава 28).
В этом перечне нет нижнего (льняного) белья, хоть это тоже предусматривалось – оно указано позднее в качестве обязательной детали одеяния Первосвященника и всех остальных священников. На это нижнее белье надевался хитон – нечто типа рубашки. Стяжной хитон – означает тканый с украшениями – полосами, квадратами, с определенной «выработкой», то есть не прямой, не гладкий. Никаких более детальных указаний по этой части одеяния Аарона Яхве не дает – видимо, они не очень важны.
Любопытные «нюансы» одеяния начинаются с верхней ризы, которая надевалась поверх хитона.
«И сделай верхнюю ризу к ефоду всю голубого цвета; среди ее должно быть отверстие для головы; у отверстия ее вокруг должна быть обшивка тканая, подобно как у отверстия брони, чтобы не дралось; по подолу ее сделай яблоки из нитей голубого, яхонтового, пурпурового и червленого цвета [и из крученого виссона], вокруг по подолу ее; [такого вида яблоки и] позвонки золотые между ними кругом: золотой позвонок и яблоко, золотой позвонок и яблоко, по подолу верхней ризы кругом; она будет на Аароне в служении, дабы слышен был от него звук, когда он будет входить во святилище пред лице Господне и когда будет выходить, чтобы ему не умереть» (Исход, глава 28).
Необходимость «позвонков» (то есть колокольчиков) на ризе Аарона наводит на ассоциации с фильмом Георгия Данелии «Кин-дза-дза», в котором на планете Плюк пацаки (в отличие от чатлан) обязаны были носить в носу специальный колокольчик («цак»). Этот колокольчик подчеркивал «второсортность» и ущемленность прав пацаков перед чатланами…
Но думается, в данном случае назначение колокольчиков на ризе Аарона имело все-таки иное назначение. И Яхве его формулирует достаточно ясно – чтобы Аарону не умереть. Но от какой гибели Аарона могли уберечь колокольчики, сами по себе никакой защитной функцией не обладающие?.. Ответ напрашивается сам собой. Звук колокольчиков – это опознавательный знак, позволяющий выделить Аарона из числа прочих служителей.
Однако кто должен был заранее опознать Аарона, чтобы случайно его не убить?.. Сам Яхве?..
Конечно, Яхве могло быть не так-то просто различать между собой «говорящих мартышек», которые могли казаться ему «на одно лицо». Но Аарон был все-таки представлен ему лично (во время четвертого подъема Моисея на гору Синай), и Яхве мог его запомнить – хотя и в этом случае дополнительные меры предосторожности не помешали бы. Однако, как указывалось ранее, помимо Яхве в Скинии могли находиться и его помощники («наладчики» Ковчега), а им-то Аарон мог быть и не представлен. Так что колокольчики могли служить опознавательным знаком (на «свой-чужой») Аарона для «ангелов» – богов-помощников Яхве.
Моисею же колокольчики для этого не требовались, поскольку его лицо после последнего визита на гору Синай «сияло», и по этому «сиянию» «ангелы» всегда могли отличить Моисея от простых «говорящих мартышек»…
Но можно выдвинуть и совсем иную версию. Ведь Аарон был тем, кому было дозволено приближаться к Ковчегу Завета. Ковчег же – «бездушный» механизм. И можно предположить, что Ковчег мог быть так настроен на звук колокольчиков, чтобы при приближении Аарона отключать свои поражающие функции и действительно не убить невзначай Аарона.
Впрочем, текст первоисточников показывает, что и колокольчики не давали стопроцентной гарантии от всяких случайностей. Поэтому Яхве и предупреждал Моисея, чтобы Аарон все-таки «не во всякое время входил во святилище за завесу пред крышку, что на ковчеге». На всякий случай…
И вполне возможно, что на этот «всякий случай» были рассчитаны явно защитные функции других деталей облачения Аарона – ефода с наперсником, которые надевались поверх ризы.
Ефод покрывал только грудь и спину Первосвященника и был изготовлен из двух полотнищ дорогой материи, сотканной из золотых нитей, виссона (тонкого крученого льна) и шерсти голубого, пурпурного и червленого цветов. Переднее и заднее полотнища ефода соединялись на плечах двумя нарамниками, на каждом из которых крепился оправленный в золото камень оникс с именами колен Израилевых – всего два камня с шестью именами на каждом. К ефоду также прилагался пояс из той же самой ткани. Прочие же священники облачались в ефоды из простой льняной ткани.
Ефод первосвященника неотделим от наперсника, который накладывался поверх ефода.
«Сделай наперсник судный искусною работою; сделай его такою же работою, как ефод: из золота, из голубой, пурпуровой и червленой шерсти и из крученого виссона сделай его; он должен быть четыреугольный, двойной, в пядень длиною и в пядень шириною; и вставь в него оправленные камни в четыре ряда; рядом: рубин, топаз, изумруд, – это один ряд; второй ряд: карбункул, сапфир и алмаз; третий ряд: яхонт, агат и аметист; четвертый ряд: хризолит, оникс и яспис; в золотых гнездах должны быть вставлены они. Сих камней должно быть двенадцать, по числу [двенадцати имен] сынов Израилевых [на двух раменах его], по именам их [и по рождению их]; на каждом, как на печати, должно быть вырезано по одному имени из числа двенадцати колен.
К наперснику сделай цепочки витые плетеною работою из чистого золота; и сделай к наперснику два кольца из золота и прикрепи два [золотых] кольца к двум концам наперсника; и вдень две плетеные цепочки из золота в оба кольца по [обоим] концам наперсника, а два конца двух цепочек прикрепи к двум гнездам и прикрепи к нарамникам ефода с лицевой стороны его; еще сделай два кольца золотых и прикрепи их к двум другим концам наперсника, на той стороне, которая лежит к ефоду внутрь; также сделай два кольца золотых и прикрепи их к двум нарамникам ефода снизу, с лицевой стороны его, у соединения его, над поясом ефода; и прикрепят наперсник кольцами его к кольцам ефода шнуром из голубой шерсти, чтобы он был над поясом ефода, и чтоб не спадал наперсник с ефода.
И будет носить Аарон имена сынов Израилевых на наперснике судном у сердца своего, когда будет входить во святилище, для постоянной памяти пред Господом. [И положи на наперсник судный витые цепочки, положи на оба конца наперсника, и положи оба гнезда на обоих плечах на нарамнике с лица]» (Исход, глава 28).
К сожалению, в Библии не упоминается цвет камней наперсника. И единственный источник, указывающий цвета украшавших наперсник камней, это сравнительно поздний Мидраш Раба, в котором описаны цвета знамен колен израильских:
«…каждый имел знамя особого цвета, соответствовавшего цвету драгоценного камня на груди Аарона… Камнем Реувена был одем, и цвет его знамени был красным, и на нем была вышита мандрагора. Камнем Шимона был питда, и его знамя было зеленого (желтого) цвета… Камнем Леви был барекет, и его знамя было на треть белым, на треть черным и на треть красным… Камнем Иехуды был нофех, и цвет его знамени был подобен цвету неба… Камнем Иссахара был саппир, цвет его знамени был черным, как сурьма… Камнем Звулуна был яхалом, и цвет его знамени был белым… Камнем Дана был лешем, и цвет его знамени был похож на саппир… Камнем Гада был ахлама, и цвет его знамени был… пурпурным… Камнем Нафтали был шво, и цвет его знамени был… смесью белого и черного цветов… Камнем Ашера был таршиш, и цвет его знамени был подобен цвету драгоценного камня, каким женщины украшают себя… Камнем Иосифа был шохам, и цвет его знамени был угольно-черным… Камнем Биньямина был яшфе, и цвет его знамени был… смесью всех двенадцати цветов…» (Бамидбар Раба).
Заявленное в Ветхом Завете назначение наперсника – «для постоянной памяти пред Господом» – выглядит явно надуманным и слишком уж несоответствующим столь детальным указаниям и столь мудреной конструкции наперсника. Вряд ли у Яхве была столь плохая память, чтобы подобным одеяниям что-то ему напоминать. Да и не нужно было ему помнить имена колен евреев – это была лишняя для него информация, которая заведомо не нужна ему была на постоянной основе, особенно если учесть приоритет его собственных интересов над интересами «говорящих мартышек». Так что наперсник предназначался явно для чего-то иного.
Если вспомнить про колокольчики на ризе, то по аналогии можно было бы предположить, что наперсник мог служить аналогичным «опознавательным знаком», позволявшим «ангелам» и Яхве не перепутать Аарона с другими евреями и мимоходом не убить столь нужную им персону. Но расчет тут мог быть построен разве что на том, что подобный наперсник вряд ли кто-то изготовил бы во втором экземпляре, и уж слишком сложным получается подобный «опознавательный знак».
И если уж вести речь о безопасности Аарона, то логичнее выдвинуть другое предположение. Сама «многослойность» его облачения и специальный материал, из которого был изготовлен ефод, могут быть признаками того, что это облачение выполняло роль специального «защитного костюма», который был необходим Аарону для исполнения его обязанностей. Нечто типа защитного комплекта одежды, используемого ныне в химических и радиационных войсках.
Подобную роль, как мы помним, выполняли так называемые «одежды Адама». Но либо у Яхве не было под рукой свободного комплекта, либо слишком уж удивили бы подобные «божественные одежды» простых евреев – вот и пришлось придумывать некую замену таких одежд для Аарона. При этом ефод мог выполнять роль «общей защиты», а наперсник прикрывал грудь – средоточие важных органов в теле человека.
Такой защитный костюм мог предохранить, например, от неожиданного выстрела оружия «ангелов», которые по каким-то причинам не обратили бы внимание на «опознавательные знаки». Хотя более вероятна необходимость подобной защиты от вредного излучения, которое могло исходить от Ковчега Завета. В этом случае наперсник вполне мог выполнять роль, аналогичную современному дозиметру – разные камни наперсника (обладая разными резонансными частотами, которые определяются особенностями кристаллической решетки этих разновидностей камней), реагируя каждый на «свое» излучение (по частоте или интенсивности), могли предупреждать Аарона о разных режимах функционирования Ковчега, а соответственно и о степени опасности в текущий момент…
Вполне возможно, что функции наперсника были как-то связаны с функциями еще двух предметов, входивших в одеяние Аарона, – урима и туммима. К сожалению, информации об этих двух предметах в первоисточниках крайне мало.
«На наперсник судный возложи урим и туммим, и они будут у сердца Ааронова, когда будет он входить [во святилище] пред лице Господне; и будет Аарон всегда носить суд сынов Израилевых у сердца своего пред лицем Господним» (Исход, глава 28).
Что такое урим и туммим нигде не уточняется. Однако показательно, что эти предметы не упоминаются в числе тех, что должны были изготовить «мастера на все руки» Веселеил и Аголиав. И можно предположить, что урим и туммим были слишком сложными техническими устройствами для изготовления их людьми. Следовательно, эти предметы Яхве должен был просто передать Аарону через Моисея.
Аналогичным образом, скажем, нигде не упоминается изготовление таких предметов как тфиллин и мезуза (см. ранее), которые на каком-то этапе вдруг появляются у Первосвященников. Хотя логично их появление как раз на этом этапе. Моисей общался с Яхве посредством Ковчега, а Аарон к подобному способу общения допущен не был, но необходимость в его оперативной связи с Яхве могла возникнуть в любой момент, и здесь тфиллин вполне мог пригодиться (впрочем, необходимость в тфиллине могла возникнуть и лишь после смерти Моисея). А мезуза могла (и должна) быть необходима в Скинии – для контроля за тем, кто пытается пройти за парохет в Святая Святых…
Единственное, что известно об уриме и туммиме, это то, что они использовались Первосвященником для того, чтобы с их помощью «узнавать волю Бога». Но даже это не столько проясняет, сколько еще больше запутывает ситуацию. Если это были простые средства связи, то почему вместо них Аарон не использовал тфиллин и мезузу?..
Подобная неопределенность послужила причиной сразу нескольких явных выдумок. Скажем, есть такое мнение:
«На правой и левой стороне нагрудника размещались два больших, ярко сверкающих камня. Они известны как Урим и Тумим. При помощи этих камней первосвященник узнавал Божью волю. Когда на суд Божий выносились различные вопросы, ореол света вокруг драгоценного камня справа был знаком Божественного согласия или одобрения, а облако, затеняющее камень слева, служило доказательством отвержения или неодобрения» (Е.Уйат, «Патриархи и пророки»)
Некоторые предполагают, что урим и туммим входили в состав самого наперсника (хотя текст первоисточника этому явно противоречит). Другие считают, что волю Яхве первосвященники узнавали с помощью наперсника – дескать, ответ определялся по тому, какой камень наперсника начинал светиться в ответ на вопрос Первосвященника. Третьи же вообще считают, что урим и туммим служили чуть ли не для простого гадания.
Ничего не проясняют и сами названия загадочных предметов. Исходный термин «урим и туммим» на иврите в переводе означает «свет и совершенство», а в церковнославянском переводе Библии – «явление и истина».
И все, что мы можем в данном случае констатировать, что это были, скорее всего, какие-то высокотехнологичные «божественные предметы» с неизвестными нам функциями…
«И сделай полированную дощечку из чистого золота, и вырежь на ней, как вырезывают на печати: «Святыня Господня», и прикрепи ее шнуром голубого цвета к кидару, так чтобы она была на передней стороне кидара; и будет она на челе Аароновом, и понесет на себе Аарон недостатки приношений, посвящаемых от сынов Израилевых, и всех даров, ими приносимых; и будет она непрестанно на челе его, для благоволения Господня к ним. И сделай хитон из виссона и кидар из виссона и сделай пояс узорчатой работы…» (Исход, глава 28).
Функция пояса понятна – чтобы одеяние не болталось на Аароне и сам он не болтался в этом одеянии «как пестик в колоколе». Понятна и роль кидара – головного убора типа чалмы, под который убирались бы и не лезли куда ни попадя (в том числе в огонь жертвенника) волосы Аарона. А вот золотая «дощечка» с надписью вновь наводит на ассоциации с колокольчиками пацаков и «опознавательными знаками».
Впрочем, эта же «дощечка» могла предохранять мозг Аарона от вредного излучения Ковчега Завета. И тогда мы вновь выходим на защитные функции облачения Аарона, которому, как показывают тексты первоисточников, досталась весьма небезопасная работенка…
Посвящение Аарона
На создание Скинии и изготовление ее оснащения ушло весьма немало времени – около полугода. Когда же все было готово, последовало распоряжение Яхве о «запуске» Скинии. И было это, как утверждают первоисточники, первого числа месяца нисан (в котором и произошел Исход евреев из Египта), на второй год после Исхода. Говоря другими словами, евреи провели на Синайском полуострове уже целый год.
Но для «запуска» Скинии требовалось сначала провести обряд посвящения Аарона и его сыновей на должности, связанные самым непосредственным образом с ее функционированием, – на должности священников. Инструкции же о том, какую именно процедуру для этого требуется исполнить, Моисей также получил заранее еще во время одного из своих визитов на гору Синай.
«Вот что должен ты совершить над ними, чтобы посвятить их во священники Мне: возьми одного тельца из волов, и двух овнов без порока, и хлебов пресных, и опресноков, смешанных с елеем, и лепешек пресных, помазанных елеем: из муки пшеничной сделай их, и положи их в одну корзину, и принеси их в корзине, и вместе тельца и двух овнов.
Аарона же и сынов его приведи ко входу в скинию собрания и омой их водою. И возьми [священные] одежды, и облеки Аарона в хитон и в верхнюю ризу, в ефод и в наперсник, и опояшь его по ефоду; и возложи ему на голову кидар и укрепи диадиму святыни на кидаре; и возьми елей помазания, и возлей ему на голову, и помажь его. И приведи также сынов его и облеки их в хитоны; и опояшь их поясом, Аарона и сынов его, и возложи на них повязки и будет им принадлежать священство по уставу на веки; и наполни руки Аарона и сынов его.
И приведи тельца пред скинию собрания, и возложат Аарон и сыны его руки свои на голову тельца [пред Господом у дверей скинии собрания]; и заколи тельца пред лицем Господним при входе в скинию собрания; возьми крови тельца и возложи перстом твоим на роги жертвенника, а всю [остальную] кровь вылей у основания жертвенника; возьми весь тук, покрывающий внутренности, и сальник с печени, и обе почки и тук, который на них, и воскури на жертвеннике; а мясо тельца и кожу его и нечистоты его сожги на огне вне стана: это – жертва за грех» (Исход, глава 29).
Практически любая церемония обычно полна символизма и скрытого смысла. Какой же смысл можно обнаружить в описанной выше процедуре?..
Прежде всего – церемонию посвящения проводит Моисей. Моисей – посредник между евреями и Яхве. И евреи уже не раз имели возможность убедиться, что Моисей выражает волю Яхве. А кому же как не Богу самому выбирать, кто именно будет ему служить?.. Таким образом, проведение обряда посвящения Моисеем должно было снять любые претензии к кандидатуре Аарона на должность Первосвященника.
Попутное же посвящение сыновей Аарона закрепляло право первосвященничества за потомками Аарона на «веки вечные» и таким образом снимало все возможные вопросы о том, кто может быть первосвященником, а кто нет. А заодно это снимало с Яхве (и его преемников) необходимость в будущем когда-либо вновь возвращаться к вопросу выбора первосвященника.
Но гораздо более любопытными тут оказываются детали, связанные с процедурой жертвоприношения.
Перед закалыванием жертвы Аарон и его сыновья кладут свои руки на ее голову – таким образом обеспечивается их физический и (что более важно) духовный контакт с жертвой. Жертва закалывается именно в момент такого контакта. А это означает, что отсылаемая при этом в адрес Яхве «жизненная энергия» жертвы (выделяемая в момент смерти животного) получает некоторое «дополнительное качество», связанное непосредственно с Аароном и его сыновьями (теми, чьи руки касаются головы жертвы).
И здесь можно провести определенную аналогию, скажем, с передачей информации с помощью амплитудного моделирования электромагнитного сигнала. Сам сигнал (в данном случае – «жизненная энергия» жер?