Ближневосточная Антанта: Тегеран, Анкара и Доха нашли друг друга
Турция, Иран и Катар движутся прямым ходом к созданию полноценного альянса на Ближнем Востоке, грозящего внести серьёзные коррективы в сложившееся статус-кво в регионе. Подобное сближение, как пишет издаваемое в Лондоне издание Arab Weekly, грозит подорвать основы местной безопасности, однако насколько подобные опасения оправданы, пока сказать невозможно.
В сфере геополитики задачи Ирана и Турции не сильно совпадают: Турция мечтает возродить величие Османской империи в как можно более широких границах, Иран — построить свою шиитскую империю в регионе, в идеале — на территории Сирии, Ирака, Йемена и Ливана. Единственный вопрос, в котором позиция обоих государств совпадает, — это курдский. Ни Тегеран, ни Анкара никогда не допустят создания автономного курдского государства у своих границ, тем более, отдав под этот «нацпроект» части своей территории.
Не стоит также недооценивать роль маленького Катара в этом тройственном союзе с латентными империями. Дело в том, что огромные финансовые средства, а также удачное географическое расположение эмирата позволяют ему противостоять даже всесильной Саудовской Аравии, также претендующей на региональное господство. Благодаря «ближневосточной Антанте» Доха, помимо выхода из блокады, организованной Саудовской Аравией, Египтом, Бахрейном и ОАЭ, получает возможность играть более значимую роль в регионе, сильнее влиять на ситуацию не только в районе Персидского залива, но и на всей территории Ближнего Востока.
Так, международное давление и экономические ограничения побудили три совершенно разных государства, несмотря на геополитические разногласия, начать сближение в сфере экономики. Чем это обернётся в дальнейшем, зависит в первую очередь от действий США, которые, несомненно, постараются разбить намечающийся тройственный союз. Ведь перспективы у него выглядят совершенно фантастическими: если стороны преодолеют разногласия, они в силах контролировать всю Азию к западу от Индии и Пакистана.
И это будет куда более доброжелательный к России гегемон, нежели странное трио США — Израиль — Саудовская Аравия.