Ёлочка (Фантастический рассказ)
Прошедшим латвийским парламентским выборам 6 октября 2018 года посвящается...
В начале декабря старики затосковали. Дни все короче, на улице все холоднее, а как подумаешь о счетах за отопление...
Конечно, в каждой квартире есть регулятор, хочешь — вот тебе тридцать градусов, а хочешь — всего десять, меньше десяти нельзя. И Эрик наловчился высчитывать, когда и как прибавлять и убавлять тепло, чтобы получалась заметная экономия. Уходя в гости к соседям, он выставлял минимальный режим, когда возвращался — квартирка еще не успевала выстыть.
Эрик, Янка и Дайна сидели на кухне — там теплее — и вспоминали молодость.
— Вот раньше думали — какая радость праздновать Новый год под бой курантов? Думали — надо праздновать Рождество как во всей Европе, — говорила Дайна. — А теперь вроде и есть Рождество, как в Европе, а радости никакой. Ну схожу я в церковь, ну куплю на ярмарке пряник...
— Ты, Дайночка, главное забываешь. Ты на Рождество запечешь курочку, а к курочке я уже припас бутылочку, — напомнил жене Янка.
— Курочку я тебе и на Лиго могу запечь, были бы деньги. Я хотела заказать курочку — так тех, что по акции, сразу разобрали, люди с шести утра полезли на магазинный сайт делать заказы. Праздника у нас нет, вот что... — Дайна пригорюнилась. — Думали, будет праздник, а что получилось? Рождество теперь для богатых... Курица не по акции, а по обычной цене — тридцать два евро...
— А чего бы ты хотела? Елку? — спросил Эрик.
— Елка денег стоит. И игрушки, и гирлянды... А правнуков, чтобы для них нарядить елочку, здесь нет, один в Канаде, два в Бразилии. Пришлют праздничный перевод, двадцать евро, и хватит с нас... — Дайна совсем забыла, что правнуки помогают с оплатой коммунальных услуг.
— Нет! — воскликнул Эрик. — Я этого так не оставлю! Я от имени всех пенсионеров напишу письмо правительству! Нам необходимо праздничное Рождество!
Соседи переглянулись — всякий раз, когда Эрик что-то затевал, получались разнообразные неприятности.
Однако на сей раз послание Эрика оказалось ненапрасным — вскоре он получил официальный ответ. Правительство сообщало, что специально для пенсионеров будет зажжена рождественская елочка, и даже указало место — Домская площадь. Эрику предлагалось зайти на правительственный сайт, зарегистрироваться и скопировать в свой смартфон или на планшет личный код, по которому он сможет получить подарок.
— А раньше на площади для деток елку и карусель ставили, — вспомнила Дайна. — Нет больше деток, всех увезли...
— Это ведь все ночью будет, нужно потеплее одеться, — сообразил Янка, который с возрастом стал мерзнуть даже на солнцепеке. — Найди-ка, Дайночка, тот вязаный жилет и самые толстые носки.
— И кальсоны! — напомнил Эрик. — А я завернусь в одеяло. Все-таки я в кресле, а на нем зимой здорово мерзнешь.
Рождественским вечером площадь была забита до отказа, прилегающие улицы тоже. Волшебное слово «подарок» собрало пенсионеров, как звук боевой трубы. Только о нем в толпе и рассуждали.
Сперва была культурная программа. Хор ветеранов исполнил детские рождественские песенки, очень хорошо у него получилась «Святая ночь, тихая ночь», оперная певица что-то спела на итальянском языке, современная певица — на английском языке, старенький пастор прочитал проповедь. Он стоял на высоком помосте рядом с елкой, освещенный прожекторами, и явно чувствовал себя очень неуютно. Вслед за пастором появился Санта-Клаус, совершенно необъятный, и немного развеселил толпу шуточками да прибауточками. Он же и дал сигнал начинать фейерверк.
Над крышей собора расцвели огненные хризантемы всех цветов радуги, и тем праздник завершился.
— А подарки? — взвыла толпа.
Для раздачи подарков были поставлены четыре киоска, всего четыре, пенсионеры окружили их, началась давка. Янка, самый шустрый из соседей, скопировал себе в планшет коды Дайны и Эрика, затем ввинтился в толпу.
— Эх, был бы я на ногах! Живо бы всех раскидал, — вздохнул Эрик.
На другом конце площади завопили — там опрокинули ряд мобильных туалетов. Взвыла сирена скорой помощи — раз, другой, третий...
Ждать Янку пришлось довольно долго, наконец он выкарабкался из толпы — потеряв шапку, зато с тремя картонными пакетами.
— Пошли домой праздновать! — крикнул он. — Там умные люди говорили — это, как Новый год, в полночь празднуют. Скорее, скорее, пока я уши не отморозил.
Дома Эрик, Дайна и Янка открыли пакеты. В каждом были: бутылка безалкогольного шампанского, два пряника, мешочек перечного печенья, рыбные консервы, пачка перловой крупы, пачка черного чая, пять конфет и три мандарина.
— С Рождеством, соседи, — хмуро сказал Эрик. — Стоило в такую холодрыгу из дома выбираться...
Пока Дайна собирала на стол, Эрик нырнул в новостную ленту планшета — и вдруг выругался.
— Ты что, сосед? — удивился Янка.
— А вот посмотри!
В новостной ленте увлекательно рассказывали и показывали, как славно горожане встретили Рождество. Были там довольные улыбающиеся лица, а елка — метров на десять повыше той, что стояла на помосте.
— Замечательный концерт, замечательные подарки! — твердили люди из ленты, но Эрик уже раскусил этот трюк — движения их губ не совпадали со звучащими словами.
— Полночь... — сказала Дайна. — Помолчите, Бога ради. Родился Младенец Христос...
— Ты в это веришь? — спросил Янка.
— Надо же во что-то верить.
Три дня спустя Эрик явился к соседям с новостью.
— Один человек взломал правительственный сайт и успел скопировать документы, — сказал он.
— И этот человек ты? — удивился Янка.
— Нет, конечно. Я просто знаю, где можно взять эти копии, пока Служба виртуальной безопасности их не уничтожила. Вот, любуйтесь...
— Что?! — спросил Янка, глядя на экран. — Постройка помоста — восемь тысяч евро? Елка — три тысячи евро? Да этот помост бригада пьяных плотников сколотила бы им за тысячу евро из своего материала! Солистка оперы — десять репетиций, каждая по сто евро, и гонорар — тысяча евро, ничего себе... Санта-Клаус — две тысячи евро...
— Ты подарки, подарки посмотри, — посоветовал Эрик. — Тридцать тысяч подарков. Каждый — пятьдесят евро.
— Двадцать два, — сказала Дайна. — Я уже посчитала.
— Режиссеру праздника гонорар — десять тысяч евро! — воскликнул Янка. — Для этого безобразия им был еще нужен режиссер? Фейерверк — ох... И не было там тридцати тысяч народа! Столько на площади не поместится! Ты что делаешь, сосед?
— Снимаю на смартфон, — Эрик несколько раз запечатлел экран планшета. — И сейчас же отправлю в Австралию.
— Это еще зачем?
— Сейчас поймете.
Через три минуты по экрану его планшета пробежали голубые и зеленые волны, экран погас, а когда ожил — там уже была реклама нового банка, о котором знали только то, что банкиры из Аргентины.
— Теперь видишь, как они работают? — спросил Эрик. — Профессионалы! Ничего, я уже отправил картинку правнукам. И не я один такой умный! Скоро эта информация разлетится по всему свету!
— Разлетится, а дальше? Ну пошумят в Европе или даже в Австралии, ну спросят, долго ли у нас тут будут твориться безобразия. И ничего не изменится. Сколько раз уже такое было — наши оскандалятся, Европа пошумит, и опять все по-прежнему. Понимаешь, сосед? Ничего.
— Сало у меня есть. Лук и морковь есть. Но сушеные грибы я приберегу для супа, — задумчиво сказала Дайна. — Завтра же сварю вам прекрасную перловую кашу по бабкиному рецепту. У нас целых три кило перловки, надолго хватит. А шампанское откроем на Новый год. И я принесу с рынка хотя бы еловую веточку. Нельзя же так — чтобы совсем без елки!.. Игрушек куплю хоть парочку... гирляндочку маленькую...
И она заплакала.
Янка молча обнял жену за плечи.
— У нас прошлогодняя гирлянда осталась, ее только починить надо, чтобы лампочки горели. Сможешь, сосед? У меня пальцы уже не те, совсем гибкость потеряли.
— Смогу, конечно, — ответил Эрик.
Рига,
2038 год.
Дарья ПЛЕЩЕЕВА,
писатель,
специально для газеты «СЕГОДНЯ».