Ротань: То, как со мной поступил президент Днепра, руководство, конечно, неприятно

— В 2017-м, перед тем как вы перешли в Славию, вас звал в Зарю Юрий Вернидуб. Снова не приглашал? — Нет, сейчас не приглашал, но скажу так: действительно, меня звали в Зарю. Я отказался, потому что вариант со Славией показался для меня более интересным. Они ведь играли в квалификации Лиги чемпионов. К тому же я думал попробовать себя за границей, а в Украине хотел играть в Днепре, но все мы знаем, что с этой командой произошло и происходит по сей день. Поэтому вариант с Зарей у меня сорвался. Я позвонил генеральному директору, честно сказал, что хочу перейти в Славию, поблагодарил за хорошее отношение ко мне и за приглашение.

 

— На днях ваш родной клуб Днепр отпраздновал юбилей — 100 лет. Зачем клуб существует в таком виде и какие перспективы у него дальше? — Да, такая крупная дата, а происходящее сегодня с клубом тяжело постоянно носить в душе уже на протяжении двух лет. Смысл есть: пока клуб жив, живут и наши сердца и мы живем надеждой, что все-таки человек одумается. Это огромные традиции и большой город. Вот этими надеждами живут болельщики Днепра, и я в том числе.

 

— Не секрет, что команду понижали в классе из-за долгов. Потом происходит такой интересный момент: создают Днепр-1. Существует версия, что как только клуб выйдет в УПЛ, то он сразу станет Днепром. Вы верите в это? — Все об этом говорят, но давайте посмотрим — время покажет. В любом случае вы же понимаете, что есть Днепр. И как это сделать? Есть болельщики, которые любят именно этот Днепр, а если Днепр-1 попытаются перевести в Днепр, то как на это отреагируют фанаты? То есть утопили сразу, а потом повысили? Хорошо, будет следующий этап: утопят опять Днепр, и еще раз, например, сделают так же. Это как получается? Я в этом честно, не разбираюсь, но мне это неприятно, потому что я играл, отдавал свое здоровье, я за этот клуб часть души отдал. То, как со мной поступил президент Днепра, руководство, конечно, неприятно! Ты там отработал, отдал здоровье свое, а теперь пошел нафиг. Мы, мол, создали новый клуб. Давайте теперь следующих ребят, и с ними потом точно так же. Давайте следующий клуб. Нужно чтить традиции. Англия этому пример. Ребята, давайте не забывать, мы — люди. Деньги ничего не решают в этой жизни. Есть человек, есть сердце. Вот это надо беречь в людях. Сейчас этого все меньше и меньше с каждым днем. Я смотрю за этим, наблюдаю, но что могу сделать?

 

— Перед вами Днепр долги закрыл? — Нет, конечно! Понимаете, если я даже буду подавать в суд, то только заплачу какие-то деньги за суды и ничего не заберу. На клубе по документам ничего нет — даже автобуса своего нет. Поэтому тот, кто это все осознает, понимает, что если ты хочешь подать в суд, то ты заплатишь деньги только ради того, чтобы создать в прессе какой-то там ажиотаж. Зачем? Я всегда привык, знаете как? Там доверительно сказали в глаза, что будет так и так. Я поверил, но, к сожалению, концовка вот такая получилась: сказали в глаза одно, а сделали другое. Ну что? Есть большой человек, а есть маленькие люди. Они ничего не могут сделать.

 

— Дерби в Днепре, когда обе команды выступали еще во Второй лиге, собирали много болельщиков на стадионе. Поддерживали как один клуб, так и другой, а раньше ведь все были за Днепр. Как так получилось? Это разделяет? — Сегодня в городе есть Днепр-1, и это неплохо на самом деле. В Днепре есть хоть какой-то футбол, и это уже радует. Судить тех ребят или тренеров, которые перешли из Днепра, нельзя ни в коем случае, потому что они понимают, что у них есть семьи и карьера. Это нормальный процесс. Думаю, здесь стоит вопрос какой-то больше политический. Спрашивать надо выше, а не у футболистов. Болельщик хочет, чтобы в Днепре был футбол. Кто-то это воспринял так: я буду хоть за эту команду болеть. А есть преданные фанаты, которые сказали нет, у нас есть один клуб, и мы будем поддерживать его до конца. Вот и все.

 

— Вопрос политический, потому что клуб ассоциируется с батальоном Днепр-1. Вы об этом? — Нет, я о другом. То, что Днепр фактически пропал, это есть вопрос президента клуба (наверное, политический) именно с руководством страны. Скорее всего, ведь просто так он не мог взять и исчезнуть.

 

— Несколько лет в Днепре работает ваша с Ромой Зозулей академия. В каком она сейчас состоянии, ведь у вас были планы открыть филиалы и по Украине? — У нас в планах — заявиться на турниры детско-юношеской футбольной лиги и потихоньку это дело развивать. Наши воспитанники — от 2007 по 2012 год рождения. Действительно, в стране экономическая ситуация сейчас не очень, поэтому большое достижение, что мы вообще эту академию сохранили, но мы все еще хотим работать и в других регионах Украины. За два года почти из двух сотен детей, которые не могли попасть по мячу, удалось создать команды — четыре филиала, потом выйти на высшую ступень и создать сборную для каждого возраста. Удалось собрать лучших деток. У нас сейчас конкуренция: дети в филиале работают, стремятся попасть в сборную своего возраста. Поля для занятий арендуем. Инфраструктуры еще, к сожалению, нет. Мы думаем об этом, постоянно какие-то переговоры стараемся вести, чтобы у нас была своя база, но пока все на уровне разговоров.

 

— По каким матчам в УПЛ ностальгируете? — Очень сильно скучаю по дерби Днепр — Металлист.

 

 

112.ua