Китай XXI века: гарант мира, или накапливающий силы агрессор

Несмотря на сравнительно миролюбивую риторику Пекина, в мире мало кто видит нынешний Китай в образе голубя мира. Это и все более серьезные заявки последнего на свое доминирование в Южно-Китайском море, и поистине колониальная политика в Африке и много других «досадных мелочей». Заявления, сделанные от лица руководства КНР на прошлой неделе, можно трактовать как подтверждение официально декларируемой политики Пекина о стремлении к миру и общечеловеческим ценностям, а можно — как тонкий намек на то, что от несогласных с китайскими миролюбивыми устремлениями не останется и горстки пепла.

На открытии 8-го Сяньшаньского форума министр обороны КНР Вэй Фэнхэ зачитал послание председателя КНР Си Цзиньпина, суть которого сводится к тому, что Китай будет «наращивать стратегическое взаимодоверие со всеми странами мира и развивать сотрудничество в области безопасности, демонстрировать приверженность пути мирного развития, решимость совместно строить сообщество единой судьбы человечества» (цитата по Синьхуа).

Придраться здесь особо не к чему, тем более, что Вэй Фэнхэ затем уже от своего лица добавил, что «китайская армия готова объединить усилия с вооруженными силами всех стран и продвигать строительство нового механизма безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе, углубить военное сотрудничество с соседними и развивающимися странами, активизировать диалог и консультации по вопросам безопасности с армиями других стран, чтобы вместе играть более значимую роль в защите мира и стабильности».

Некоторый когнитивный диссонанс вызывает разве тот факт, что объявить о мирных доверительных общечеловеческих намерениях «красный император» Си поручил министру обороны, а не, допустим, министру культуры или, хотя бы, иностранных дел.

То ли это тонкий намек для умеющих читать язык символов, то ли разновидность фрейдистской оговорки.

Ведь весной этого года китайское англоязычное издание Global Times безо всяких намеков предрекло начало вооруженного конфликта между США и КНР в Южно-Китайском море.

Global Times также намекала, что Пекин может оказать помощь, в том числе военную, «врагам США» в ответ на открытую поддержку Дональдом Трампом независимости Тайваня.

Период, когда США в этом регионе ощущали себя в зоне комфорта, подошел к концу с приходом в Пекине к руководству Си Цзиньпина, который стал проводить более настойчивую политику по отстаиванию китайских интересов вокруг спорных островов и акваторий, говорит руководитель Школы востоковедения ВШЭ Алексей Маслов.

Опасность происходящей эскалации, конечно, не в том, что США и КНР собираются развязать вооруженный локальный конфликт. Опасность в том, что столкновение между китайскими и американскими боевыми кораблями может произойти по случайности, например при опасном маневрировании. Тогда уже дипломатическими нотами дело не ограничится, — сказал он «Ридусу».

О том, что воинственная риторика Пекина столь же далека от его действительных намерений, известно буквально с момента образования КНР, власти которой седьмой десяток лет «воюют» с США «самыми серьезными предупреждениями».

Пекин смотрит не просто в завтрашний, а в послезавтрашний день, считает ведущий эксперт Института Дальнего Востока РАН Александр Ларин.

В Пекине очень обеспокоены тем, что Китай заперт географически и геополитически в своих территориальных водах: от просторов Тихого океана его отделяют враждебно настроенные островные государства — Япония и Тайвань, а кроме того, существуют спорные острова и акватории. И почти все эти геополитическое соперники Китая, кроме разве Вьетнама, являются военными союзниками США, — объяснял он ранее «Ридусу».

Судя по опросам среди военных в США, 69 процентов из них тоже считают, что война с Китаем неизбежна, причем уже в 2019 году.

Не надо гадать и выискивать, против кого направлены военные приготовления Пекина, — потому что любые такие приготовления и маневры направлены не «против» кого-то, а на укрепление обороны своих территорий от любого агрессора, настаивает кандидат военных наук, профессор Борис Усвяцов.

Не ищите черную кошку в темной комнате, как призывал китайский мудрец Конфуций. У России и Китая есть общий противник. Кто этот противник — дело второстепенное, потому что взаимопонимание армиям наших стран понадобится независимо от того, под каким флагом будет выступать их общий противник, — сказал он «Ридусу».

Военный эксперт Сергей Ищенко, в свою очередь, считает, что Китай не ведет подготовку к какой-либо крупномасштабной войне, а вот для серии мелких конфликтов вполне может «накачивать мускулы».

Такой тип войны подразумевает применение снайперов, танков, беспилотников, маневрирования в городских условиях и т. д. Мы не говорим о том, что Китай готовится к третьей мировой. В Пекине понимают, что локальные войны более вероятны, а такие войны носят именно антитеррористический характер, — сказал он «Ридусу».