Новосибирский публицист и предприниматель Дмитрий Холявченко рассуждает о значении 100-летия Всесоюзного ленинского коммунистического союза молодежи (ВЛКСМ) для современного российского общества. Один старый комсомолец сказал мне недавно: «Современная молодежь не знает истории и думает, что комсомол был чуть ли не военной организацией, в которой маршировали строем». На что я не нашел ничего лучшего, чем спросить в ответ: «А на самом деле это были секс, наркотики и рок-н-ролл?». «В том числе», — ответил ветеран. Проблема российского общества в том, что, не избавившись от советского двоемыслия, мы с головой погрузились во все мировые процессы посмодернизма, где Че Гевара — не кровавый палач, а романтический символ абстрактной мировой революции. Но стоит посмотреть на те пласты, которые всплывают в связи с празднованием 100-летия ВЛКСМ, как становится не до смеха. Давайте разберем по пунктам. История и память РКСМ в начале своем имеет точно такую же страшную историю, как другие советские и партийные органы, организации и движения. Это не только «передовой акционизм» начала века — это полноценное участие в репрессиях, клеймении врагов, трансляции ненависти к инакомыслию, пропаганде милитаризма, античеловеческой идеологии, насилия, изоляции от мировой культуры и мировых цивилизационных процессов. Это персональные издевательства над различными слоями населения, начиная от крестьян и заканчивая священниками. Если вспомнить комсомол на заре своего существования, то по идеологической линии этот орган ближе всего был к ПУРу (пропагандистский орган Красной армии). Детище Льва Троцкого, заточенное не только под мобилизацию во всех смыслах этого слова, но и под мировую революцию. Комсомольцы последних лет советской власти, для которых ВЛКСМ был стартовой площадкой для политической деятельности или бизнеса, отказываются от осознания преемственности с комсомолом 1920–1940-х годов, что выглядит хитрой насмешкой над здравым смыслом. Молодость и ложь Для многих комсомол — это молодость, веселье, друзья, совместная созидательная деятельность: покорение целины, прокладка БАМа, строительство грандиозных сибирских ГЭС. Все вспоминают свою молодость как прекрасное время. И возможность что-то делать вместе действительно делает любого человека лучше. Но странно при этом забывать цинизм и ложь, которые были зашиты в формат этих мероприятий и саму суть организации. Комсомол — это мобилизационная структура. Когда люди пытаются мне объяснить, почему я по молодости лет ничего не понимаю в этой теме, то чаще всего приводятся в пример «комсомольские стройки». Проблема как раз в том, что я слишком много понимаю в нормальной экономике. Не надо забывать, что значительная часть этих добровольческих строек была продолжением лагерных строек ГУЛАГа. Деградирующая система советской экономики (в отсутствии рынка труда) не была способна решить вопрос перемещения рабочих рук под «великие стройки», обоснование которых уже на старте было изуродовано плановым народным хозяйством. И поэтому огромное количество молодых людей построило, потеряв свою молодость и рискнув своим здоровьем, никому не нужные и рыночно необоснованные предприятия, которые теперь являются памятниками советской бесхозяйственности и поводом для коммунистической пропаганды, которая обвиняет в развале этих «соборов в пустыне» не объективную реальность, а реформаторов 90-х. Ну, а пафос и имитация бурной общественной деятельности, демократии и инициативы снизу, которые охватывали повседневную жизнь комсомола, видны невооруженным взглядом и самим участникам процесса. Человек и абстракции Здесь важна вечная дилемма нашего общества: человек для целого или целое для человека? И дело даже не в пресловутом гуманизме, ставшем иконой свободомыслящей советской интеллигенции. Дело в ложном сциентизме и ложной объективности марксистской философии, которая применительно к социально-экономической реальности заменяет частные интересы и индивидуальность нежизнеспособными абстракциями. Весь Советский Союз после 1953 года — это история постепенной деградации сталинизма, а не отдельная эпоха, имеющая какие-то свои внутренние ресурсы для развития. Комсомол в последние десятилетия был одной из важнейших структур по генерации абстракций, которые благодаря пропаганде и мобилизации подменяли собой индивидуальные потребности молодого человека. Или хотя бы откладывали их на будущее. Подобные игры с абстракциями опасны тем, что ускоряют деградацию социально-экономических взаимоотношений, приводят к усталости и недоверию людей, увеличивают цинизм и коррупцию во всех структурах власти. Человек всегда сильнее абстракции. И это вопрос не только о противостоянии человека системе. В большинстве случаев это вопрос о стремлении человека жить параллельно системе или пользоваться этой системой в личных интересах. В условиях, когда реальность подменяют заблуждения и идеологические штампы, а внешне это вырождается в значки, формализм, общественную нагрузку и трескучие словеса, делать это становится проще. Многие успешные люди считают свою молодость в комсомоле «школой жизни». В их случае — это как раз школа того, как пользоваться системой в личных целях. Благо, что и общество уже готово к подобной системе взаимоотношений, проявляя это в крестьянской смекалке, роли внешнего наблюдателя или выходе из системы. И я не вижу никаких иных способов преодоления этой ключевой проблемы, кроме как начинать с того, что называть добро добром, а зло злом. Бюджет и здравомыслие Россия сегодня находится в состоянии комплексного экономического кризиса, отягощенного слабостью и безответственностью государства и отчаянием общества. И устраивать бюджета празднование 100-летия организации, одной из задач которой было убивать индивидуализм в людях, — это верх безответственности. Пришло время, наконец, сказать о том, что хорошо, а что плохо. И сказать это, не уходя в себя и свои воспоминания молодости, не опираясь на абстракции и идеологемы, не изолируя страну от всего мира, пугая ядерной войной самих себя, а опираясь на факты и человечность, веру и надежду, совесть и любовь. И только тогда у нас есть шанс на новую весну. Дмитрий Холявченко, специально для Тайги.инфо
