Банкир-фотограф. Стюарт Лоусон – о пермском балете и тайнах закулисья
«Хотя я по-прежнему в миллионе километров от труппы театра, но уже не ощущаю себя сторонним наблюдателем. Я часть этой команды!» - говорит британский бизнесмен и фотограф.
Фотовыставка «За кулисами», показывающая настоящую, не приукрашенную гримом и актёрской игрой жизнь балетных артистов, работает в фойе Пермского театра оперы и балета. Автор этих редких снимков, зафиксировавших искренние эмоции и трогательные мимолётности закулисья, - британский банкир и фотограф-любитель Стюарт Лоусон.
Всегда любил музыку
Вера Шуваева, «АиФ-Прикамье»: Мистер Лоусон, вы заболели пермским балетом, побывав на нашем спектакле «Ромео и Джульетта». А вообще давно вы любите балет?
Стюарт Лоусон: Всю свою жизнь. Когда жил в Лондоне, ходил в Ковент-Гарден. И в России, где живу уже больше 20 лет, много раз был и в Большом, и в Мариинском, и в театре Станиславского. Но на пермский балет пришёл соверешенно не готовым к тому, с чем мне предстоит встретиться. Ожидал, что это будет что-то провинциальное и, скорее, забавное. Представляете моё удивление, когда я увидел то, что увидел? Тот же уровень, что и в Москве!
- Можно ли сказать, что театр для вас - отдушина в скучной жизни бизнесмена?
- Не думаю, что мне нужно такое оправдание. На самом деле я всегда любил музыку. Два последних десятилетия тесно связан с Гнесинкой, с её директором и дирижёром Михаилом Хохловым. Мы нашли с ним немало способов сотрудничества.
- Вы сами музицируете?
- В молодости иногда мучил пианино. (Смеётся.) Нет-нет, мне не надо давать инструмент! Вот мой отец играл на скрипке в оркестре Йоханнесбурга. Правда, это было в большей степени его хобби – по профессии он врач.
- А фотография - ваше семейное увлечение?
- Если брать в расчёт мою бывшую жену, профессионального фотографа, - то пожалуй. И мой сын очень увлекается фотографией. Сейчас ему 20, а у меня в телефоне есть снимки, на которых ему два года. Мне очень нравится фиксировать то, как он растёт, взрослеет, меняется. Конечно, с этим есть сложности: он живёт в США, а я - в России. Но я много путешествую по миру: моменты его вросления зафиксированы мною в 14 странах.
Один среди лебедей
- Как вы впервые оказались в Перми?
- Два с половиной года назад по приглашению ПГНИУ я приехал сюда, чтобы выступить с лекцией на Экономическом форуме. В знак благодарности принимающая сторона организовала поход в театр оперы и балета. На тот самый спектакль «Ромео и Джульетта».
- То есть случайный, по сути, визит в театр превратил вас в поклонника пермского балета и подтолкнул к интереснейшему проекту?
- Если честно, в тот приезд случилось сразу два важных события в моей жизни. Во-первых, я встретил в Перми прекрасную женщину, и мы с ней с тех пор вместе. А во-вторых, удалось договориться с университетом, что я буду приезжать и преподавать в ПГНИУ, но приезжать только тогда, когда в театре дают балет. Руководство театра разрешило мне фотографировать на любых спектаклях. Более того, я получил разрешение снимать и репетиции. Но называть это проектом, по-моему, неверно. Скорее, это моя любовь к музыке, танцу и, конечно, возможность сделать хорошие снимки.
- И что в охоте за «добычей», то есть нужным кадром, было самым трудным?
- Проникнув в закулисье, ты оказываешься в мире, о внутренних правилах которого ничего не знаешь. Например, где стоять, чтобы никому не мешать во время спектакля? Когда в «Лебедином озере» стаи лебедей пробегают мимо тебя, это важно и действительно трудно. Но ещё более волнительный процесс – съёмка репетиций: ты окружён танцовщиками, ты единственный, скажем так, гражданский человек среди них.
- Наверняка удалось приоткрыть в жизни артистов и что-то новое для себя, постичь какие-то их тайны?
- Да, я снимал танцовщиков не только в танце, но и межу ним. Старался запечатлеть их брошенные украдкой взгляды, улыбки, разговоры. Так трогательно было видеть партнёров, помогающих друг другу надевать костюмы или благодарящих один другого после спектакля. И речь тут не о конкретной паре, а о взаимодействии их между собой.
В России мне интересно
- Вы уже чувствуете себя своим в балетной труппе?
- От труппы я по-прежнему в миллионе километров, но сторонним наблюдателем себя больше не ощущаю. Приведу один пример: недавно я фотографировал 12 часов подряд, заболела спина, и артисты балета отвели меня к театральному массажисту, который мою спину починил. Тогда я подумал: «Здорово! Я уже часть этой команды!»
- Любимым балетом в репертуаре нашего театра вы назыаете «Золушку». Не потому ли, что эта балетная несказка помогла вам иначе взглянуть на какие-то вещи в советской истории?
- О, хотелось бы сказать в ответ что-то умное и утончённое! Но на самом деле любимый, потому что это хореография Алексея Мирошниченко. Кроме того, я видел «Золушку» на всех стадиях – в репетиционном зале, репетиции на сцене и сам спектакль. Чудесная и в то же время грустная история. Конечно же, о периоде, в который переносит зрителей эта постановка, много читал и раньше.
- А чем интересна вам современная Россия?
- Я живу в России именно потому, что мне здесь очень интересно. Представьте: появляется в театре пожилой человек с камерой в руках, без рекомендаций, без портфолио – только страсть, увлечение. И у него всё получается! Уверен, что во многих странах такого не призошло бы никогда.
Момент, когда Алексей Мирошниченко, пригласив меня к себе в кабинет, оценил мои фотографии как одни из лучших в своём жанре, считаю самым счастливым за последнее время. Ведь это никак не связано с тем, чем я занимаюсь в жизни. За два года я сделал тысячи, а может, десятки тысяч снимков, лучшие из которых войдут в новый фотоальбом о пермском балете. Приезжая в Пермь, снимаю галстук банкира и надеваю шляпу фотографа. И, поверьте, быть фотографом гораздо веселее.