Начну издалека.

Недавно (ну, как недавно) прочитал замечательную книжку примерно столетней давности под названием «Американское кредо» — полуюмористическое собрание фактов, в которые верит «средний американец», с серьезным предисловием, превышающим по объему собственно собрание фактов раза в четыре. И есть в этом серьезном предисловии одно замечательное противопоставление — между «людьми чести» и «людьми нравственности».

Человек чести — это тот, кто просто делает то, что обещал сделать, если вторая сторона тоже придерживается договора. Нельзя представить, чтобы он начал юлить, цепляться к словам или искать отговорки; его особенная черта состоит именно в том, что он никогда не ищет отговорок — сама потребность в этом заставляет его ощутить невыносимый стыд. Ретвит

Массимо Каррера — как раз типичный «человек чести». Постоянно подчеркивал, что «мне платят за то, что я принимаю решения», не искал отговорок ни в судействе, ни в селекции, просто — действительно — «делал то, что обещал сделать, если вторая сторона тоже придерживается договора».

Проблема Карреры — в том, что мир «Спартака» и «около-Спартака» уже довольно давно населен в основном людьми нравственными. В чем между ними разница — описано в следующем фрагменте.

Любое человеческое действие, считает нравственный человек, может быть либо добрым, либо злым — и в подавляющем своем большинстве они злы. Он точно знает, какие действия злы, распознает их немедленно и безошибочно благодаря некой вдохновенной интуиции и считает, что они должны быть наказаны автоматически и со всей возможной суровостью. Никто никогда не слышал, чтобы человек нравственный не замечал изъяна или просил извинений за ошибку. Подобный акт он счел бы слабостью одержимого дьяволом. Ретвит

Вот именно так многие, особенно, конечно, ветераны «Спартака», и рассуждают. Все, что «не по-спартаковски», согласно их вдохновенной интуиции, — зло и должно быть наказано автоматически и со всей возможной суровостью. Начиная еще с Аленичева, сокрушавшегося о «где же забегание, с которым при Романцеве всех обыгрывали?», и заканчивая сегодняшним прекрасным заявлением Олега Ивановича Романцева о том, что чемпионство полуторагодичной давности — полностью заслуга того же Аленичева, а Каррера просто «не испортил». Ведь в «Спартаке» не по-спартаковски выигрывать нельзя, значит, неспартаковец просто не успел своим злым и греховным началом пропитать все, что успел построить праведный и нравственный спартаковец.

Человек чести Каррера для людей нравственности вокруг «Спартака» был злом изначально. Ну, вы же понимаете — «не то», и «играет как-то непонятно». А уж когда посмел выиграть чемпионат и Суперкубок, стал и вовсе неслыханным грешником. Его победа — неспартаковская и безнравственная.

В частности, человек нравственности согласен с теорией, что мешать грешникам жить — это добродетель, а грешником он называет любого, чье поведение нарушает заповеди в том виде, как он знает и понимает их. Ретвит

Именно поэтому сейчас после его отставки руководство и SMM-службы усиленно делают вид, что никакого Карреры вообще никогда не было (совершенно не удивлюсь, если даже в музее его экспозицию уберут куда-нибудь в дальний угол), а спартаковские легенды — причем даже реальные легенды, вроде Гаврилова и Романцева — с высот своей спартаковской нравственности плюют ему в спину. А Каррера со своей неспартаковской честью отвечает — «Я принадлежу прошлому «Спартака» и считаю, что не должен мешать новому тренеру». Вы что-то подобное слышали хоть от одного экс-спартаковца?

Человек чести всегда ставит формальности выше морали; если вы с ним съели вместе пуд соли, то он будет относиться к вашей дочери так же, как к своей, но если у него нет никаких особенных обязанностей по отношению к вам, то будет опасным доверять ему даже вашу уборщицу или тещу. А нравственный человек, оказавшись в нравственной ситуации, обычно совершенно бесчестен. Отправьте его в суд давать показания против женщины, и он расскажет все, что о ней знает, — даже все, что узнал о ней в приватной обстановке будуара. Более того, он расскажет все это не с неохотой и стыдом, словно извиняясь, а с гордостью и добровольно, подчиняясь своему высокому нравственному долгу. Такой человек просто не может лгать как джентльмен. Он, конечно, лжет, как и все мы — и, может быть, даже чаще, чем те из нас, кто находятся на другой стороне, — но он делает это не для того, чтобы защитить грешников от закона нравственности, а для того, чтобы их наказание по законам нравственности оказалось еще более неотвратимым, быстрым и эффектным. Ретвит

Чуть ли не единственными людьми чести во всем спартаковском мире остались болельщики. Именно отсюда лозунг «Массимо — один из нас», баннеры, «А тутти аванти». Да, Каррера выиграл чемпионат скорее «формально», чем красиво, как «морально обязан» любой спартаковец. Но он выиграл его без красивых слов об «игре» или «духе», просто дав рекордный в XXI веке результат и для «Спартака», и для Премьер-лиги в целом. Спартаковские болельщики настолько истосковались по человеку, у которого в «Спартаке» просто слова бы не расходились с делом, что они уцепились за Карреру, как мальчик Лайнус из старого комикса про «Мелочь пузатую» — за «утешающее одеяло». Нет, конечно, среди болельщиков тоже есть люди «нравственного» типа, но давайте сейчас о них не будем.

У болельщиков, как говорил когда-то Андрей Петрович Старостин, сейчас «потеряно все, кроме чести». Но вот в клубе и вокруг клуба, к сожалению, потеряно все, кроме… нравственности. И здесь, возможно, кроется еще одна проблема, за которую люди нравственности вокруг «Спартака» тоже никогда не простят Массимо Карреру. Он ведь не просто чемпионат выиграл, не будучи плоть от плоти порождением спартаковского духа. Он показал, что даже в такой почти религиозной организации, как футбольный клуб «Спартак» (Москва) после ухода Романцева, можно добиться спортивного результата не благодаря ритуальным назначениям «своих» тренеров и не менее ритуальным словам о «духе», а просто благодаря тому, что каждый в клубе занимается своим делом. Ну, знаете, работает, а не устраивает 234712309-й сезон «Игры престолов». Появился новый эталон для сравнения, который сработал в новейшее время модерн-футбола, а не полтора десятка лет назад, когда в российском футболе не было ни Гинера, ни «Газпрома», ни Галицкого, а дело Босмана еще не окончательно убило европейские соревнования.

Ну а что нас ждет дальше? А чорт его знает. Долгосрочные планы развития в «Спартаке» меняются еще чаще, чем тренеры. Может быть, даже когда-нибудь снова сойдутся звезды, и красно-белые наконец-то выиграют еще и нравственно правильноечемпионство, с истинным спартаковцем во главе, стеночками и забеганиями. Нас ведь к этому еще со времен «Старкова — тупика для Спартака» и приучили: не просто выигрывать, а надеяться, что когда-нибудь снова выиграем так же, как выигрывали давным-давно…