Наоми Уоттс об отце, кочевническом способе жизни и Ливе Швайбере
Кто бы мог подумать, что известная актриса Наоми Уоттс вела кочевническую жизнь. В новом интервью звезда поведала о ранней кончине отца, переезды и Ливе Швайбере.
«В детстве мы с мамой жили на колесах. В одной только Англии я успела отучиться в девяти школах: в Норфолке, Саффолке, Уэльсе… Когда мне было 14 лет, мы переместились в Австралию. Я постоянно была в дороге, в состоянии напряжения. Как я впишусь в новую группу сверстников? Что, если не примут? Кочевнический способ существования не казался мне крутым. Я вообще не мечтала быть крутой — я хотела семью, где носят твидовые костюмы, а не кожаные штаны и ботинки на платформе. И постоянно стремилась стать кем-то другим — грустное желание для ребенка, не правда ли?»
Про отца: «Родители развелись в 1972-м, когда мне было четыре. Через несколько лет отец (звукорежиссер Pink Floyd Питер Уоттс. — Ред.) умер. Ему было всего 30. Папа практически не оставил нам денег, как и воспоминаний о себе. Первую проблему помогла решить группа, собрав определенную сумму для нашей семьи. Что же до воспоминаний… Не так давно ко мне на улице подошел поклонник Pink Floyd и показал фото. Надо понимать, что в моем архиве всего три карточки отца, причем на всех он в расфокусе. И тут — в 48 лет — я впервые рассмотрела папу по-настоящему: на снимке он был виден в полный рост и улыбался. Взглянув на это фото, я сразу расплакалась: все эти годы я не знала, какая у отца улыбка».
А вот как сама Наоми воспитывает своих детей: «Раньше я придерживалась правила: не показывать сыновьям свои фильмы, ничем хорошим это не кончится. Когда младший, Сэм, в детстве увидел отрывок из «Кинг-Конга», у него был шок: мамочка в беде, ее похитила обезьяна! Со временем придерживаться принципов стало сложнее: я снималась в картине про цунами «Невозможное» и, чтобы убедить детей, что на мне бутафорская кровь, обмазывала их специальной краской вместе с собой. А теперь Сэм обожает ужастики и мечтает добраться до классики жанра — ленты «Звонок» с моим участием».
Про Лива Швайбера: «Забавно, что с Ливом (актер Лив Шрайбер, с которым Наоми прожила 11 лет. — Ред.) мы могли познакомиться гораздо раньше. Нас пытались свести друзья, но то кто-то из нас не хотел, то у кого-то были отношения… Час икс настал в 2005 году: мы встретились на Met Gala, и я сразу поняла, что мне очень нравится этот мужчина. Обычно я застенчива, но тут проявила инициативу. Просто Лив уже собирался уходить, и я осознала: «Черт возьми, так пролетит еще пара лет, а я ничего не сделаю!» И спросила его: «Ты разве не хочешь записать мои… цифры?» Постеснялась даже назвать это номером телефона! Он рассмеялся и пять минут спустя отправил СМС: «Не хочешь выпить где-нибудь?» Я ответила: «Нет, лучше встретимся завтра утром». С этого все началось. Пусть мы с ним уже не вместе, но по-прежнему близки: воспитываем детей, часто видимся и созваниваемся».
Про увлечения: «У меня нет хобби — я начинаю чем-то увлекаться и, если это занимает слишком много времени или я в этом не сильна, тут же бросаю. Так я поступила с теннисом. Когда была беременна, училась на курсах итальянского, но, поняв, что не прохожу на следующий уровень, перестала брать уроки. Люблю готовить, однако я не суперкухарка, а печь и вовсе не умею. Зато я точно знаю, как ухаживать за садом, но это звучит так не сексуально. Я даже как-то слышала мысль: если вы увлеклись садом, значит, перешли к финальной части вашей жизни. Вспомнила еще одну свою особенность: раньше я обожала двигать дома мебель, когда Лив уезжал на несколько дней. Поступать так при нем я стеснялась. Когда он возвращался, то всегда спрашивал: «Ну что ты сделала на этот раз? Зачем?» И я убеждала его: «Так гораздо лучше!»