Каминная выдержка. Фильм «Война Анны» представили в Ясной Поляне
Когда 2018-й только начинался, кинокритик Антон Долин назвал новую картину Алексея Федорченко «лучшим российским фильмом года». Ещё в январе.
В ту же зиму грянул литературный дебют соавтора картины Наталии Мещаниновой – сборник короткой прозы «Рассказы», охарактеризованный литературным критиком Галиной Юзефович не иначе как «русская Ханья Янагихара». Объём написанного раз в семь меньше, но сравнение рискованно называть неоправданным – тема насилия поистине неисчерпаема, идёт ли речь о жителях Нью-Йорка или об обитателях депрессивного посёлка в Краснодарском крае. Дело не в количестве страниц, а в том, в какие слова, предложения и смыслы складываются буквы на бумаге. Книгу Мещаниновой многие также называют одним из главных литературных событий года. Такое вот совпадение.
За три месяца до начала проката фильм «Война Анны» Алексей Федорченко представил в Ясной Поляне. В основе сюжета – история шестилетней еврейской девочки, выжившей после массового расстрела – мать закрыла её своим телом. Ребёнок живёт в камине немецкой комендатуры, наблюдает из укрытия за тем, что творится в деревне, захваченной нацистами, совершает периодические вылазки, чтобы добыть пропитание и изучить окружающую действительность – и вместе с Анной это «открытие мира» совершает зритель. Алексей Федорченко называет картину «очень тактильным фильмом» - довольно точное определение эффекта присутствия, которого удалось добиться в кадре...
Традиционно после показа режиссёр пообщался со зрителями.
О клаустрофобии и оккупации- В основе сюжета лежит якобы реальная история, которую я прочёл лет пять назад в ЖЖ: девочка скрывалась на оккупированной немцами Полтавщине два года, до тех пор, пока посёлок не освободила Красная армия. После этого ребёнка воспитывали в детдоме во Львове, где она и осталась работать нянечкой, уже став взрослой. Но я не нашёл никаких документов, подтверждающих, что всё это было на самом деле.
Но сама история меня очень тронула – тем более, мой отец родился в посёлке, который в войну оккупировали. В 1941-м отцу было шесть лет – ровно столько, сколько главной героине картины. Я всегда с интересом слушал рассказы отца о тех событиях, мне хотелось передать дух этого времени...
Но ещё до того, как я нашёл эту историю, я поставил себе кинематографическую задачу снять фильм в закрытом пространстве. Поскольку у меня клаустрофобия, с которой я борюсь, меня всегда интересовали такие фильмы, как «Погребённый заживо» Родриго Кортеса и «Лифт» Стига Свендсена. И я искал подобную фактуру.
О томатах и миллионе тенге- Сначала я думал, что не найду актрису на роль главной героини. Потом в интернете мне попались фотографии Марты Козловой – её мать фотограф, она опубликовала её портрет в сети. Потом я познакомился с Мартой и её родителями, мы начали работать. Картину снимали в Екатеринбурге, достаточно быстро – на это ушло 24 дня. Какие-то сцены снимали в здании земской школы, другие – в отреставрированной усадьбе купца Железнова.
Фильм получился очень тактильный, все детали в кадре близки к зрителю, практически весь реквизит подлинный – в частности, мы использовали настоящие украинские учебники грамматики 40-х годов...
Был случай, когда Марта мне сказала: «Я отказываюсь играть в одной сцене – если вы её не отмените, я выхожу из проекта». Я удивился: «Что такое?». «Ненавижу помидоры... ». Речь шла о сцене поедания томата, который нам пришлось накачивать сахарным сиропом, а Марту – уговаривать три дня. Если вы внимательно пересмотрите этот момент в фильме, скорее всего, вы заметите ту брезгливость, с которым она ела помидор.
Сегодня Марта Козловой уже девять лет, она очень серьёзная: снимается в клипах, фильмах. Хочет зарабатывать. Говорит, что мечтает накопить миллион, чтобы купить себе кошку породы саванна – большое такое животное. Родители улыбались на такую цель, по после того, как Марта в этом году получила миллион тенге (180 тыс. рублей – Авт.) за главную женскую роль на фестивале «Евразия», мама вздрогнула.
О Наталии Мещаниновой- Когда я начал писать сценарий, я понял, что мне нужен женский взгляд, поскольку главная героина девочка. И я стал искать соавтора. Прочёл в интернете «Рассказы» Наташи Мещаниновой, выяснил, что она ученица моей подруги Марины Разбежкиной, нашёл Наташу, познакомился с ней, встретился, рассказал идею. Ей всё очень понравилось, но она отказалась. «Ничего не знаю про войну, не моя тема... ». Я решил подождать. И не зря. Спустя год она мне позвонила и сказала, что готова работать. И мы совместными усилиями достаточно быстро написали сценарий. Наташа написала удивительные диалоги для каждой сцены, это такой вербатим (документальный жанр, представляющий собой реальные монологи – Авт.). Эти монологи потом переводились на украинский, немецкий. К сожалению, не вся работа Мещаниновой вошла в фильм.
О меланхолии Зощенко- В настоящее время я заканчиваю новую картину «Последняя милая Болгария» - фильм по книге Михаила Зощенко «Перед восходом солнца». Я считаю, что это лучшая его работа. Книга – анатомия меланхолии. Зощенко пытается разобраться со своей депрессией и ищет событие, её вызвавшее. Это психоаналитическая работа, автор перебирает свои любови, измены, войны, ранения... Я уже давно перечитывал эту книгу и то, что это будет фильм, я впервые понял ещё лет двадцать назад. В настоящее время съёмки закончены, ведётся монтаж. Он очень интересный: мы используем полиэкраны – в одном кадре одновременно присутствуют по семь-восемь сюжетов. Должны закончить к следующему году.
На 2019-й у нас запланирована съёмка фильма об отношениях Кавказа и России в XIX-XX века. Интересный сценарий, необычный жанр, который я сам для себя ещё не определил – можно назвать его «фреской». Но уже есть ясность относительно последнего эпизода – действие будет происходить в Ясной Поляне. Больше пока без подробностей.