Затеяли бучу и спрятались: политолог объяснил, чем лидеры протестов в Ингушетии скомпрометировали себя

Подписание соглашения о границах между Чечней и Ингушетией, предусматривающее равноценный обмен территориями, спровоцировало протесты в Магасе, которые уже назвали «кавказским майданом» и попыткой запустить механизм «цветной революции» в республике.

Подписание соглашения о границах между Чечней и Ингушетией, предусматривающее равноценный обмен территориями, спровоцировало протесты в Магасе, которые уже назвали попыткой запустить механизм «цветной революции» в республике и «кавказским майданом». Однако так ли это на самом деле?

Кто стоит за протестами в Ингушетии?

Портал «Русская весна» накануне опубликовал информацию о тех, кто стоит за протестами в Ингушетии. Это лидер регионального общественного движения «Мехк-кхел» (в переводе с ингушского — «Народный собор») Сараждин Султыгов, его соратник по движению Идрис Абадиев, руководитель ингушской правозащитной организации «Марш» Магомед Муцольгов и известный ингушский литератор, политический и общественный деятель Исса Кодзоев.

Издание напомнило, что правозащитника Султыгова в Кабардино-Балкарии судили за разжигание межнациональной розни, а его единственный сын был убит в Сирии в 2015 году — он был террористом и воевал на стороне «Исламского государства» (ИГ, запрещено в РФ).

Не менее спорная репутация и у Абадиева, известного своими националистическими и античеченскими высказываниями и находящегося в оппозиции властям со времен первого президента Республики Ингушетия генерала Руслана Аушева.

Что касается правозащитника Муцольгова, который получает гранты от Норвежского Хельсинского комитета и американского The National Endowment for Democracy, то в 2015 году, когда проходила проверка возглавляемой им организации, связанная с ее внесением в список иностранных агентов, в его компьютере обнаружили детскую порнографию. А бухгалтер Муцольгова Мурат Яндиев был задержан сотрудниками правоохранительных органов вместе с ячейкой террористической «Хизбут-Тахрир аль Ислами» (запрещена в России).

И репутация Иссы Кодзоева в общем-то весьма сомнительна — еще в 1963 году он был арестован за антисоветскую пропаганду, и до сих пор он с гордостью называет себя «диссидентом», заявляя, что «благодаря таким, как он, развалился СССР». В интервью «Коммерсанту» в 2009 году — из-за которого Роскомнадзор вынес предупреждение газете — Кодзоев заявил, что «слово «русские» стало ругательным», что «русские военные привыкли воевать с гражданским населением» и что «нет семьи, в которой русские не убили бы человека».

При этом один из сыновей «Героя гражданского общества» (эту премию Кодзоев получил от правозащитной организации «Марш», возглавляемой Муцольговым, в 2013 году) осужден на 24 года за убийство пяти милиционеров, а второй отпрыск ликвидирован во время штурма школы в Беслане — он был участником захвата школы.

Что компрометирует лидеров ингушских протестов даже больше их репутации?

Обнародованные «Русской весной» сведения Федеральное агентство новостей попросило прокомментировать политолога, действительного государственного советника РФ 2 класса Андрея Колядина.

«Я позитивно отношусь к протестам, которые решают какие-то несправедливости в сторону народа, которые помогают улучшить жизнь людей.

Но, к большому сожалению, нередко случается, что для организации протестов используются любые поводы, при этом целью этих протестов не является благополучие народа и торжество справедливости. Вот к таким историям, как в Ингушетии, я отношусь крайне негативно», — отметил Андрей Колядин.

Он пояснил, что территориальный спор, возникший между ингушами и чеченцами, двумя братскими вайнахскими народами, имеет давние корни, и его необходимо было решать — даже несмотря на то, что на спорной территории никто не живет. В конце сентября главы Ингушетии и Чечни Юнус-Бек Евкуров и Рамзан Кадыров сделали серьезный шаг в этом направлении, позаботившись о том, чтобы при изменении границ не разделился народ.

«Любые территориальные споры, если их не закрыть, приводят к войнам между государствами или к большим конфликтам внутри государства. И люди, которые организовали протесты в Ингушетии, прекрасно это понимают, как и власти республик.

Организаторы протестов решили использовать территориальный спор в своих оппозиционных политических целях. Я не разбирался, какая репутация у лидеров ингушских протестов, кто их сыновья и как они сами себя проявили. Для меня очень показательно другое — когда Евкуров пригласил их за стол переговоров, они не пришли», — заметил Андрей Колядин.

Политолог убежден, что люди, которые организуют протесты и не идут на диалог с теми, против кого они протестуют, «являются обычными популистами».

«Это политики, зарабатывающие собственные дивиденды на проблемах, тревожащих народ, на болезненных вопросах. Им не нужно решать конфликт — они затевают большую бучу, а когда им предлагают конструктивный диалог, прячутся. Это популизм. Это способ достижения личных целей», — подчеркнул эксперт.