Люди Малайзиии: фотоэссе о путешествии к морским цыганам острова Борнео
Алексей Терентьев — фотограф, путешественник и организатор фототуров, делится своими эссе о путешествии к морским цыганам острова Борнео в Малайзии. Читая текст Алексея, становится понятен секрет его удивительных фотографий: он искренне любит тех, кого фотографирует.
Бирюзовая вода, что переливается под лучами тропического солнца всевозможными оттенками, маленькие островки с белоснежным песком и стройными рядами кокосовых пальм, бесконечно разнообразные стайки цветных рыбок, пестрящие прямо у бортов нашей лодки, — мы в тропическом раю, недалеко от берегов Борнео.
Вдоль ближайшего острова протянулась череда маленьких, словно игрушечных, домиков на деревянных сваях, стоящих прямо в воде. Наверху небольшое сооружение из досок и другого подручного материала, которое образует обычно одну комнату. Снаружи сушится белье и привязана лодка — здесь без нее никуда. В таком домике может жить целая семья, пять — семь и более человек. Старики, взрослые, куча детей — все вместе.
Мы подплываем к одному из домиков, наш переводчик заговаривает с хозяйкой — сдержанной, но доброжелательной и открытой женщиной неопределенного возраста. Ее лицо обильно намазано желтой краской — это перетертая смесь куркумы и риса, отличная защита от солнца. Она рассказывает, что ее муж серьезно болен, и просит немного денег на лекарства. Заглянув внутрь, мы видим лежащего в углу мужчину с тяжелым, уставшим взглядом. Врача здесь нет, но можно съездить на лодке в ближайший город на Борнео — это несколько часов пути в одну сторону — и купить какое-нибудь средство. Как подсказывает наш гид, скорее всего это будет антибиотик общего действия, и есть вероятность, что он поможет. Но мы надеемся, что это обычная простуда, которая скоро пройдет.
Люди, к которым мы приплыли, — морские цыгане, или, как их поэтично называют, люди моря. Испокон веков они населяют удаленные островки в южных морях — сейчас их можно встретить в районе Малайзии, Филиппин, Таиланда и ряда других стран. Но несмотря на географическую принадлежность к различным государствам, живут они очень обособленно и независимо. Главный источник дохода для них — море: они отличные ловцы, и океан всегда кормил их и был их домом. Так остается и сейчас.
Обособленная жизнь среди тропического изобилия рыбы в то же время непроста и сурова, ведь даже в южных морях нужно ежедневно преодолевать стихию и много и тяжело работать, чтобы выжить. Все это сформировало характер морских цыган — свободный, независимый, полный внутреннего достоинства, но одновременно в чем-то по-детски наивный и очень ранимый.
Мы спрашиваем о религии и вере. Формально морские цыгане — мусульмане, но только по принадлежности к исповедующей ислам Малайзии, на территории которой находятся их острова. По сути же все намного и сложнее, и проще. У людей моря свой собственный бог. Я так и не смог понять, находится он внутри океана или океан и есть сам по себе живое воплощение их бога. Ему они молятся, от него зависит их жизнь, и в него они возвращаются после смерти.
Мы идем от острова к острову, от дома к дому, встречаемся с разными людьми, играем с детьми. Даже небольшое угощение в виде печенья вызывает у них огромную радость, ведь основная их пища — это рыба и рис. Мы видим множество искренних улыбок, море человеческой энергии, кажется, выплескивается из моря воды, играя и перекликаясь с ним. Дети настолько хорошо плавают и так уверенно чувствуют себя в воде, что история про Ихтиандра уже не кажется выдумкой.
У нас еще один большой переезд к другому острову. Через час прямо посреди моря я вижу остров, которого нет на карте, — в кучу на поверхности воды сбились бутылки, пластиковые пакеты и другой мусор, который не ушел вниз. Его выкинули в море, и он, сбившись вот в такую массу, дрейфует на поверхности далеко от берега. Мы молча проплываем мимо. Совсем недавно местным жителям стали доступны продукты в пластиковых упаковках, но никто не объяснил им, что делать потом с использованном пластиком. Привитая столетиями культура, когда шкурку от съеденного банана или скорлупу кокоса выбрасывали как есть недалеко от дома или прямо в море, где они быстро перегнивали, не сработала с пластиковым мусором — одним из передовых достижений нашей цивилизации.
Развитие человечества, подгоняемое желанием заработать денег, часто не сдерживаемое моральными и нравственными принципами, не в первый раз загнало нас в тупик, но здесь это ощущается особенно болезненно. Ведь в эти края часто едут для того, чтобы хоть на время прикоснуться к нетронутой живой природе, и морские цыгане для многих — символ той жизни, которая почти не изменилась за последние столетия, на которую не повлияла современная цивилизация, романтический образ сильных и мужественных людей, которые каждый день проводят в единстве с океаном, занимаясь ловлей рыбы.
Говорить, что жизнь морских цыган никак не меняется, было бы неправдой. Пока сохранялась их изоляция, они могли в полной мере сохранить и свой уклад жизни. Но в последние годы отголоски цивилизации добрались и до них и стали менять и их быт, и дело не только в пластике. Там, где недалеко от деревень появились туристические лоджи — обычно сюда приезжают любители поплавать с аквалангом, — мужчины уже все чаще, поймав немного рыбы, целыми днями объезжают места, где можно встретить туристов, в надежде продать свой экзотический улов, ведь так даже за одну продажу можно получить очень большие по их меркам деньги. Дети учатся попрошайничать у туристов; особенно тяжело смотреть, когда они выпрашивают остатки еды, которые остаются в ланч-боксах, все вместе жадно доедают ее, а пластиковые коробки тут же выкидывают в море.
Вот подплыл катер с китайскими туристами. Этот остров очень красив, особенно хорошо здесь на закате, поэтому именно сюда частенько на несколько часов заходят туристические лодки. Отдыхающие выходят на берег, плавают в прозрачной воде Сулавеси, наблюдая за рыбками, делают многочисленные селфи и попутно снимают все, что попадается на глаза. Здесь же расположена одна из деревень морских цыган. Те жили на острове еще до появления туристов — готовили еду, строили дома, ловили рыбу, растили детей. Их жизнь и сейчас почти не изменилась, но как устоять детям — и те все больше времени проводят среди туристов. Вот мальчик лет семи-восьми просит у дяди недокуренную сигарету, и мужчина благосклонно отдает ее ребенку. Мальчишка с удовольствием и ощущением собственной важности затягивается, стоя у борта туристической лодки. По нему видно, что это далеко не первая сигарета в его жизни. Вряд ли нужно говорить о последствиях таких «подарков», тут и без предупреждений Минздрава все ясно, но, как показывает практика, далеко не всем...
На тропические острова приезжают разные люди. Многие видят только рай, некоторые замечают проблемы, и даже есть люди, которые пытаются их решать. Но говоря об этом удивительном месте, нужно очень хорошо понимать его хрупкость и всю меру нашей ответственности за любое воздействие на наш общий мир. Ведь то, к чему мы часто привыкли и не замечаем в повседневной жизни, здесь не заметить уже почти невозможно. Необходимо понимать, что взаимопроникновение культур и образов жизни неизбежно, и, как следствие, быт людей даже в изолированных уголках мира постепенно меняется, но только от нас зависит, как именно. Будем ли мы обмениваться самым лучшим, что у нас есть, или вредными привычками?.. Раньше было принято делить мир на правильно верующих и язычников, и последним несли просвещение, часто огнем и мечом, спасая от опасных заблуждений. Сейчас мы все чаще несем глобальную идею торжества материального над всем прочим, и оттого, что это происходит незаметно и как бы добровольно, порой становится только страшнее.
А ехать в такие места в поисках настоящего рая и затерянного мира все-таки стоит, но искать его нужно не столько во внешних проявлениях жизни людей, сколько в их сердцах — сильных, смелых, полных достоинства, самоуважения и любви к морю, — и тогда нас ждут поистине удивительные открытия, с которыми не сравнятся все внешние красоты тропических островов; их, впрочем, тоже пока никто не может отнять у этих прекрасных людей.