Он променял хозяйку жену на лентяйку любовницу
Научился мыть посуду… ждать смысла нет. Полная раковина, ничего чистого, ни бокала, ни вилки. К тарелкам все присохло… замочил. Приходится придя с работы голодным, закатать рукава и сначала все помыть, прежде чем поесть.
Да и что поесть, это вопрос. в холодильнике шаром покати. Включил чайник вскипятиться, чтобы заварить чейс. Раньше я и слова то такого не знал. Раньше… Маринкин рассольник, запах на весь дом. Слоеные пироги с различными начинками… маринованные ребрышки особого приготовления. Ууу, пальчики оближешь. Придешь с работы, а на столе уже все накрыто… и дома порядок, все сверкает.
Почему раньше это не замечал? Думал, что кроме готовки и уборки Маринке ничего не нужно… то окна, то посуда, то пол, то стирка… казалось замкнутый круг.
Познакомился с Ленкой, той, одной единственной и неповторимой. Ходившей в мини юбке, на каблуках, посещающей салоны красоты, ухаживающей за собой.
Маринка салоны не любила, жалела времени и денег, журналы не листала, волосы не красила. Но всегда была красивой и стройной. Дома в халате и тапочках, а на улицу в любимых джинсах и кроссовках.
– Я люблю другую женщину… – сказал я тогда Маринке, взбивающей крем для торта, — И ухожу к ней! Я не хочу тебе лгать…
Маринка не повернулась… И я не увидел слез, покатившихся по ее лицу…
Я хотел, чтобы со мной рядом была женщина, а не комбайн по хозяйству. Вот и влюбился в Ленку. Зато теперь сам мою посуду, стираю и глажу рубашки… еще бы есть научиться варить, а то снятся Маринкины пирожки…
Ленка сидит сейчас в кресле, ногти рассматривает с новым маникюром, мне хвастается, да журнал полистывает… А на диване пол ее гардероба валятся, выбирала в чем на маникюр пойти. А на журнальном столике чашки грязные из-под кофе стоят…
Вот и крутятся мысли в голове, что променял хозяйку жену на лентяйку любовницу. Хоть бы коньки не отбросить…
Что-то затошнило меня от всего этого… голодный… Пойду-ка макароны сварю…