Трамп и ФРС наносят двойной удар по Турции, Китаю и России
EPA
Это далеко не полный список стран, но во всех в них схема работает примерно одинаково: глава Белого дома наносит санкционный удар по производственному сектору, а на валютный рынок давит ФРС.
Турецкий гамбит разворачивается стремительно, хотя основания зрели давно. Вашингтон разозлил Анкару своей поддержкой курдов в сирийском конфликте. Турция ответила сближением с Россией и совместным проектом по строительству газового трубопровода.
США перешли к шантажу, отнесли Эрдогана к числу диктаторов и начали расшатывать внутриполитическую ситуацию в Турции.
Анкара, в свою очередь, буквально взорвала тлеющий конфликт разногласий, купив у России противоракетные комплексы С-400. Такого удара блок НАТО стерпеть не имел права. Чтобы другим неповадно было, Турция должна была понести суровое наказание.
Но сделать это нужно было так, чтобы сам Североатлантический альянс не утратил репутации "гаранта мира и стабильности", коим его позиционирует военное лобби США. Поводом для наказания стало уголовное дело, заведённое в Турции в отношении пастора Эндрю Брансона, которого Анкара обвиняет в шпионаже, связях с террористами и участии в подготовке госпереворота в 2016 году.
Удар пришёлся по одному из самых чувствительных секторов экономики. Трамп вдвое повысил пошлины на алюминий и сталь из Турции, запустив цепную реакцию на бирже.
Инвесторы стали выводить средства из ставших в одночасье проблемными секторов и конвертировать их в американскую валюту. Масштаб бегства капиталов достиг такой величины, что турецкая лира упала на свой исторический минимум относительно доллара.
Иностранные инвесторы стали уводить валюту на американский рынок, где ФРС как раз предоставляет неплохие проценты по вкладам.
Президент Турции назвал действия Вашингтона "ударом в спину", объявил об ограничениях на ввоз высокотехнологичной бытовой электроники из штатов и повысил пошлины на два десятка американских товаров.
Главу государства поддержал и суд, отказавшийся выпустить Брансона из под домашнего ареста, как того просили адвокаты и на чём настаивает Вашингтон.
Готовы ли США пойти до конца и окончательно потерять ключевого союзникав регионе или попытаются умиротворить доведённого до крайнего недовольства президента Турции, ради сохранения контроля над одним из членов НАТО?
Ответов на эти вопросы с нескрываемым интересом ждут и в других странах мира, в той или иной степени попавших под санкционный фейерверк со стороны Вашингтона.
Похожий сценарий предполагался и в России, когда после оглашения санкционного списка, вступающего в силу 22 августа, начал проседать российский рынок акций, а курс доллара полез вверх покорять недавно оставленные рубежи.
В России, однако, панического бегства не произошло, и уже через пару дней курс рубля стабилизировался.
Похожее на турецкий сценарий развитие событий может ждать и Китай, но масштаб бегства капиталов будет несоизмерим, сообщает New York Times.
Последнее заявление Трампа о том, что пошлины – это краеугольный камень, на котором были построены Соединённые Штаты, говорит о том, что потенциал этого инструмента ещё далеко не исчерпан. В противостоянии с Китаем рычаг этого механизма в руках Вашингтона неизмеримо длиннее, чем тот, которым обладают в Пекине.
К тому же, как ни парадоксально, Вашингтону на руку тот факт, что большая часть мировых денег сейчас находится в Китае. Тем масштабнее и разрушительнее будет удар, когда финансы потекут из Поднебесной через океан. А на такой сценарий, похоже, больше всего рассчитывают в ФРС, постепенно повышая ставку и создавая всё более заманчивые условия для китайских денег.
Больше половины мирового прироста долговых обязательств за последние 10 лет пришлось на внутренние заимствования Китая.
Долговая нагрузка в стране не оставляет ЦБ Китая большого пространства для игры с процентной ставкой, а нынешнее замедление роста экономики не позволяет в свою очередь повышать валютный курс юаня.
Нынешние действия Трампа и финансовых властей США всё больше сравнивают с поведением слона в посудной лавке. При этом США рассчитывают остаться в стороне от глобального разрушения, к которому вполне могут привести их действия, и даже выиграть от него, тогда как остальные рассчитывают, что слон будет единственным, кого завалит рухнувшей крышей.