К 2020 году в США должны появиться Космические силы. Они станут шестым видом вооруженных сил страны после Сухопутных войск, Военно-воздушных и Военно-морских сил, Корпуса морской пехоты и Береговой охраны. В причинах, побудивших США приступить к созданию Космических сил, разбиралась «Лента.ру».

От террористов к космосу

В 1947 году из Сухопутных войск выделились ВВС — самый молодой вид американских вооруженных сил. Идею глубокого реформирования космического направления ВВС предлагал 13-й и 21-й министр обороны Дональд Рамсфелд еще в 2000 году, но из-за террористических актов 11 сентября 2001 года и военной операции против Ирака инициатива не нашла необходимой поддержки.

Ситуация начала меняться в 2017 году, когда республиканец из Алабамы Майкл Роджерс предложил создать Космический корпус США. По мнению члена палаты представителей, «военно-воздушные силы в космосе так же быстры, как стадо черепах». В ответ на это в ВВС заявили, что у США «лучшая космическая сила в мире», и подтвердили, что большему наращиванию космических средств помешали антитеррористические мероприятия и кампания в Ираке.

Фактически такая точка зрения означает, что в ВВС испугались секвестра бюджета в пользу нового вида вооруженных сил. В итоге в бюджете на 2018 финансовый год прямой поддержки каких-либо мероприятий, предполагающих создание Космического корпуса, нет. Однако уже в марте 2018 года за создание нового вида вооруженных сил выступил президент США Дональд Трамп. С его позицией согласился и действующий министр обороны Джеймс Мэттис, который в 2017 году выступал против появления Космического корпуса.

«Я не был против создания Космических сил», — заявил недавно Мэттис и пояснил, что выступал лишь против поспешных решений, предваряющих формирование нового вида ВС. Комментарию Мэттиса предшествовало заявление вице-президента Майкла Пенса о том, что администрация Трампа будет настаивать на создании шестого вида ВС к 2020 году.

«Пришло время для создания Космических войск Соединенных Штатов. Простого американского присутствия в космосе недостаточно, мы должны доминировать», — считает Пенс. По его словам, президент призвал «восстановить гордость Америки лидерством в космосе». «Пространство имеет важное значение для безопасности и процветания страны», — сказал вице-президент.

Первые шаги

На первом этапе создания Космических сил в рамках ВВС планируется выделение элементов нового вида ВС. Это произойдет даже в том случае, если новый состав Конгресса не одобрит создание Космических сил. На втором этапе, при условии положительного решения Конгресса, эти компоненты планируется объединить в Космические силы.

Уже в ближайшее время Пентагон предпримет несколько шагов. Прежде всего, в целях ускорения разработки и внедрения новых технологий следует ожидать появления Агентства космического развития. Для этого уже началось реформирование Центра космических и ракетных систем ВВС. Также планируется организовать Силы космических операций, которые в перспективе должны отвечать за принятие оперативных решений в новом виде ВС. Одновременно будет организована работа гражданского помощника министра обороны, отвечающего за управление и поддержку Космических сил, с дальнейшей перспективой трансформации должности в самостоятельного секретаря (министра) Космических сил. В перспективе командование новыми войсками должен возглавить четырехзвездочный генерал или опытный высокопоставленный офицер.

Из планов Пентагона следует, что основные кадры для Космических сил сформирует уже действующее в рамках ВВС Космическое командование. В настоящее время в космическом направлении ВВС задействовано около 18 тысяч гражданских и военных. Хотя в принятом на 2019 год военном бюджете (716 миллиардов долларов) особое внимание уделили ВВС, финансирование нового вида ВС напрямую запланировано лишь в 2020 году.

Звездные войны

По всей видимости, инициативы администрации Трампа постепенно находят все большую поддержку. В частности, глава НАСА Джим Брайденстайн заявил, что полностью поддерживает создание Космических сил. «В конце концов, все технологии, которые разрабатывает НАСА, мы хотим коммерциализировать. Объем космической экономики составляет около 350 миллиардов долларов в год», — считает администратор.

В частности, речь идет о российском комплексе ПРО А-235 (ОКР «Нудоль»), лазерах и системах радиоэлектронной борьбы, способных нарушить работу спутниковой электроники, а также о кибероружии. В Минобороны США уверены, что для уничтожения целей на низкой околоземной орбите пригодны противоракеты «земля-воздух» создаваемого комплекса С-500. Опасение Соединенных Штатов также вызывают испытываемые Россией маневрирующие спутники-убийцы и противоспутниковые ракеты-перехватчики, размещаемые на реактивном самолете МиГ-31, и импульсное электромагнитное оружие.

Предполагается, что именно Космические силы США будут противостоять китайскому и российскому гиперзвуковому оружию. Уже на следующий день после выступления президента России Владимира Путина, на котором было заявлено о наличии у РФ оружия, способного «гарантированно преодолевать все существующие и перспективные системы противовоздушной и противоракетной обороны», глава стратегического командования ВС США генерал Джон Хайтенпредложил способ противодействия таким угрозам.

Военачальник предложил сосредоточиться на средствах космического базирования для предупреждения запуска и ликвидации баллистических ракет и гиперзвуковых летательных аппаратов. «Такой датчик мог бы отследить ракету на среднем участке баллистической траектории (когда находящаяся вне атмосферы боеголовка отсоединилась от носителя — прим. «Ленты.ру»), а также наблюдать и находить из космоса другие возникающие угрозы, такие как гиперзвук», — заявил генерал. После обнаружения из космоса гиперзвукового аппарата противника его ликвидацию предлагается проводить по наводке космического датчика традиционными средствами наземного, воздушного или морского базирования.

Впоследствии идею спутниковой разведки поддержали эксперты. В частности, американский специалист по международным отношениям, почетный профессор Бостонского университета Анжело Кодевилла, ранее принимавший участие в разработке архитектуры программы SDI (Strategic Defense Initiative — Стратегическая оборонная инициатива), известной в 1980-х годах как «звездные войны», считает, что противостоять новейшим российским и китайским межконтинентальным баллистическим ракетам могут орбитальные оптические датчики, обнаруживающие наземные пуски, и космические лазеры, уничтожающие ракеты. Эксперт отдельно отмечал, что данные системы позволяют перехватывать баллистическую ракету исключительно на взлете (то есть до того, как от носителя отсоединится разделяющаяся головная часть с блоками индивидуального наведения).

По словам Кодевиллы, такой лазер был готов в США к запуску уже в 1978 году, а к настоящему времени подобные технологии продвинулись далеко вперед. Уничтожить лазером взлетающую ракету, отмечает эксперт, легче из космоса, а не с земли, поскольку в первом случае ход лазерного луча не искажается (то есть не преломляется в атмосфере). Для обнаружения раннего пуска баллистических ракет Кодевилла считает эффективными системы наподобие SBIRS (Space-Based Infrared System — инфракрасная система космического базирования) в части группировки, находящейся на низкой околоземной орбите (то есть SBIRS Low). Работы над соответствующим проектом в США были заморожены еще в 1972 году (сейчас развернуты лишь элементы SBIRS High).

Работы начались

В настоящее время предложения Хайтена, Кодевиллы, других военных и экспертов встретили активное понимание в Пентагоне. Военное ведомство ускоряет развертывание крупнейшей космической системы инфракрасного наблюдения SBIRS. Сегодня на геостационарной орбите находятся четыре космических аппарата данной системы, два других геостационарных спутника планируют запустить в ближайшие три-четыре года.

При этом Пентагон отказывается от развертывания седьмого и восьмого аппаратов SBIRS, направляя соответствующее финансирование на разработку альтернативной системы инфракрасного слежения. По мнению Минобороны США, вместо запуска дорогих и массивных спутников необходимо начать развертывание информационной сети, основанной на более дешевых и простых космических аппаратах. Такой подход, полагают в США, позволит оперативно реагировать на угрозы со стороны Китая и России. За создание новых спутников должно отвечать Агентство космического развития.

Уже в принятом военном бюджете на 2019 год прописано требование к американским военным: приступить к разработке датчиков и оружия космического базирования, предназначенных для обнаружения пуска и перехвата баллистических ракет. Датчики должны быть развернуты в космосе не позднее 2022 года. При этом космическое оружие, когда до его развертывания дойдет дело, будет «ориентировано на регионы» — то есть должно реагировать на угрозы (перехватывать ракеты уже на стартовом участке траектории), исходящие только из конкретных частей мира, например, Ирана или Северной Кореи.

Пентагон уже проявляет интерес к недорогим ракетам SpaceX и Blue Origin, грузоподъемность которых позволяет выводить на околоземную орбиту нагрузки в десятки тонн (вроде попытки запуска в 1987 году на советской сверхтяжелой ракете «Энергия» прототипа орбитального боевого лазера), а также заинтересован в частных компаниях, разрабатывающих сверхлегкие и легкие носители, позволяющие оперативно запускать небольшие военные спутники.

В ситуации, когда заявленное Россией гиперзвуковое оружие фактически не создано, а находится, вероятно, лишь в стадии разработки, США уже в ближайшие годы могут получить эффективное средство противодействия ему. Если оставить в стороне целесообразность подобных разработок в США, Китае и России, не вызывает сомнений, что по крайней мере в первых двух странах эти инициативы хотя бы способствуют экономическому и технологическому развитию, чего нельзя сказать о последнем государстве.