О пенсионной реформе
В условиях дефицитности бюджета пенсионного фонда, разворачивающегося в мире суперкризиса, сопоставимого с Великой депрессией и сочетающегося с кризисом цивилизации потребления как таковой. Кризиса смыслов, стимулов, целей, мотивов и всего остального, связанного с человеческой деятельностью.
Я тоже не могу претендовать на объективность. Я только человек.
И всё-таки рискну озвучить своё видение того, как будет разворачиваться будущее, если пенсионная реформа будет принята к реализации в том виде, в котором она есть сейчас. Оговорившись сразу – я против. Желающих меня переубедить сразу просьба не беспокоиться.
Ещё одна оговорка. Всё нижеизложенное основано на постулатах науки под названием «Экономическая теория», в документах ВАК кодируется цифрами 08.00.01. Поэтому спорить про то, что такое экономический рост, фиаско рынка, какова роль государства в экономике и проч. бесполезно. Это общепринятые вещи, и пока не изобретена неевклидова геометрия – параллельные прямые не пересекаются. Точка.
Сначала вводные данные: мировая экономика уже довольно долго сползает в очень серьёзный кризис, приближение к нижней точке замедляется при помощи вливания крупных сумм «новых» денег и удешевления кредитов (то есть опять же вливания денег). Происходит усиление расслоения по доходу даже в тех странах, которые традиционного считаются развитыми, в том числе постепенно исчезает т.н. средний класс.
Монополизируются сферы, которые ещё во второй половине ХХ века считались «вотчиной» мелких и средних фирм. В нашей стране процесс сопровождается сокращением сектора среднего бизнеса как такового.
Сам по себе мировой кризис относится к системным, и проблемы в финансовой сфере, про которую часто говорят аналитики и СМИ как о единственной причине, на самом деле являются только симптомом. Рынок (особенно максимально свободный от регулирования) как базовая экономическая модель накопил избыточное количество противоречий и не в состоянии больше обеспечивать развитие общества, концепция количественного экономического роста и бесконечного потребления как залога благополучия оказались несостоятельны в условиях «полного» (то есть человеческой деятельности некуда расширяться) мира.
Ещё один нюанс – социальные гарантии по большому счёту появились вместе с кейнсианством, то есть теорией гос.регулирования экономики, реализация которой вместе с развитием технологий обеспечила формирование высокого уровня жизни в развитых странах, частью которого стало практическое исчезновение проблемы массового голода и массовых смертей от него. Подчеркну, что речь именно о развитых странах.
Напомню, что пенсионная реформа в её нынешнем виде предполагает значительное повышение возраста выхода на «общую» пенсию, увеличение минимально необходимого стажа для получения пенсии по выслуге лет для отдельных категорий граждан (северяне, учителя, врачи, ets. Силовиков пока нет в списке, но если реформа будет принята – то рано или поздно это коснётся и их), за счёт чего планируется значительно повысить пенсионные выплаты тем, кто эти выплаты получает. В качестве основной причины необходимости данной реформы озвучивается дефицит бюджета ПФР, который будет усугубляться с течением времени в связи с сокращением рождаемости, а в качестве основной возможности – рост средней продолжительности жизни в стране.
Общая картина экономического ландшафта обозначена, можно идти дальше.
Начнём с того, что формулировка «государство населению ничего не должно» некорректна изначально. (Под термином «государство» понимаем один из субъектов экономической системы в стандартной триаде «домашние хозяйства – фирмы - государство».) В рамках экономической теории данный субъект является не только продавцом и покупателем неких благ, но и тем, кто устанавливает «правила игры» и следит за их соблюдением, а также выполняет функции, которые не способен выполнять рынок либо в силу того, что они не приносят прибыли, либо в силу того, что они долгосрочны: оборону, среднее всеобщее образование, охрану правопорядка, создание и поддержание инфраструктуры, выполнение ряда социальных функций рыночной системе передавать бесполезно – не справится, так как не имеет необходимого инструментария.
Функции государства затрагивают и «работу» с провалами (или «фиаско») рынка – ситуациями, когда рынок не справляется, например, с адекватным ценообразованием на блага в силу невозможности чёткого распределения прав собственности. И тогда – химикаты в Сунгари выбросил Китай, а проблемы с питьевой водой возникли в Хабаровске. Или кирпичный завод, имеющий устаревшие очистные, выбрасывает в воздух города, в черте которого находится, большое количество пыли. У жителей соседних домов в несколько раз чаще встречаются заболевания аллергиями и астмой, чем в среднем по населённому пункту, общество несёт издержки из-за сниженной трудоспособности данной группы людей, но на цене кирпича без вмешательства государства это не будет отражаться никак.
В свете рассматриваемого вопроса заметим, что деньги, которыми мы пользуемся, - это договор между домохозяйствами, фирмами и государством, принципиально отличающийся от аналогичного договора, существовавшего до отмены золотого стандарта. Переход на символические деньги, где каждая купюра является по сути своей долговой распиской государства, меняет суть отношений между фирмами и работниками с одной стороны и государством с другой. И снова – государство должно. Каждому, кто держит в руках купюру, им выпущенную. Должно гарантии, что на эту купюру можно купить определённое количество товаров и услуг. Должно те самые чётко определённые и понятные правила игры. И – да, пресловутую стабильность. Потому что рынок – среда повышенной внутренней неопределённости, но для нормального функционирования требующая стабильных внешних рамок.
Следующий аргумент сторонников реформы выглядит как «повысится рождаемость, потому что можно будет рассчитывать на детей, и хватит висеть на шее у государства». Аргумент разумный, но абсолютно не применимый к реалиям постиндустриального мира, где стоимость воспроизводства человеческого капитала крайне высока. Обратите внимание – не рабочей силы, хотя и её тоже. Человеческого капитала. Это разные вещи. Рабочую силу можно нарастить за счёт мигрантов из стран третьего мира. Человеческий капитал так возобновить/увеличить невозможно.
Пенсионная реформа в нынешнем виде приведёт к падению рождаемости именно в связи с дороговизной воспроизводства: каждый рождённый ребёнок сильно снижает уровень жизни семьи в связи с, во-первых, выбытием женщины (берём нашу страну и преобладающую модель) из процесса зарабатывания денег, во-вторых, значительным ростом затрат. В постиндустриальном обществе недостаточно того, чтобы были обеспечены физиологические потребности ребёнка в пище, базовой одежде и крыше над головой. Оно предполагает вложения значительных средств в его развитие и образование (вне зависимости от того, занимаются ли им рыночные структуры в формате кружков/репетиторов/т.д. или затрачиваются интеллектуальные и эмоциональные ресурсы родителей), и чем больше детей – тем меньше у домохозяйства возможностей для этого.
Сокращение рождаемости будет также связано с исчезновением института бабушек и дедушек, присматривающих за внуками, - для нашей страны часто именно он выполняет роль «буферного» механизма при принятии решения о рождении второго и последующих детей в условиях высокой неопределённости внешней среды. Этот же фактор приведёт к дальнейшей атомизации общества, что ослабит уже социальную, а не только экономическую стабильность. Не будем забывать и о том, что зачастую не дети помогают родителям материально после выхода вторых на пенсию, а наоборот.
Повышение пенсионного возраста также значительно усилит расслоение общества по доходу: люди старшего возраста в силу физиологических особенностей и особенностей нашего рынка труда будут располагать значительно меньшими доходами, чем если бы получали пенсионные выплаты. Часть новой рабочей силы может остаться полностью без собственных средств к существованию, увеличив нагрузку на средний возраст (среди молодёжи уровень безработицы и так довольно высок) и снизив уровень жизни населения страны в целом, а значит, и платёжеспособный спрос. Таким образом, значительная часть населения страны сдвигается на уровень удовлетворения физиологических потребностей, спрос на товары сокращается, и запускается мультипликационный эффект, но со знаком «минус» - чем меньше спрос, тем меньше товаров производится, тем меньше рабочих мест, меньше доходы, снова меньше спрос и далее по спирали.
Нет, рынок труда в этом случае не может отрегулироваться самостоятельно – он не гибок в связи с существованием нижнего порога заработной платы, за которую люди согласны работать. Повышение пенсионного возраста приведёт к дестабилизации данного рынка (напомним, что в ХIХ веке зарплаты могли сильно снижаться, если рабочая сила оказывалась в избытке, но не будем забывать и о том, что при этом снижались цены на товары, и кризисы выглядели совершенно не так, как сейчас), снижению заработной платы и далее см. предыдущий абзац.
Осложняющим ситуацию фактором служит и то, что сейчас рынок благ очень быстро монополизируется – исчезновение мелкого и среднего бизнеса неизбежно делает неконкурентным (моно- или олигопсоническим – когда потребитель либо один, либо несколько очень крупных) и рынок труда, что тоже сказывается отрицательно на уровне и качестве жизни наёмных работников. Отрицательная динамика размера заработной платы и неравновесность рынка труда объясняется и возникшей у работодателя иллюзией доступности рабочей силы – развитие информационных технологий вызывает ощущение, что специалистов много, заработную плату можно снижать, но на самом деле это соответствует действительности из-за высокой специализации работников.
Новые рабочие места в такой ситуации создаваться не будут – ни рынком (мы уже выяснили, почему), ни государством. Последнее за прошедшие 7-10 лет довольно недвусмысленно продемонстрировало свои намерения – оно сокращает как долю гос.сектора в экономике, так и количество занятых в гос.аппарате.
Механизм переобучения, на который возлагается так много надежд, не будет работать по причине всё той же острой нехватки рабочих мест как таковых, сложности обучения новому для подавляющего большинства людей в возрасте (не потому, что они ленивы, а потому что нейрофизиология), инертности образования как структуры.
Таким образом, на выходе имеем снижение рождаемости, падение уровня жизни до границы нищеты и угрозы голодной смерти, рост безработицы с дальнейшим ростом социальной патологии (самоубийства, криминализация, количество психически больных, ets), невозможность воспроизводства человеческого капитала в нужных для постиндустриальной экономики объёмах.