«Правило борща», оставленное потомкам Игорем Петровичем Красновым

Для начала надо сделать бульон. Какой бульон делала моя бабушка Рахель Евелевна Серпик! Я вам так скажу: это был не бульон, а здоровье! Это был пенициллин, а не бульон! Нужна говядина. Свинину можете кушать без меня. Я что, обязан это видеть? Говядина с мозговой косточкой — все! Заливаем водичкой, перец-горошек, три-четыре лаврушечки, нечищеная луковица. Все, дети, все… Подожгите плиту и отойдите от кастрюли, не мешайте природе.

Подходить к кастрюле можно только для посолить и снять пенку. Пока бульон сам себя готовит, берем буряк. Буряк дает цвет всему борщу. Вы, конечно, можете называть его свеклой, но я вам так скажу: если вы назовете то, что дает цвет всему, женским словом, то вы — жалкие подкаблучники и ничего не понимаете в высокой кухне.

Итак, буряк. Мы шинкуем его меленько, потом бросаем на сковороду, немного обжариваем, а потом заливаем поварешкой-двумя готовящегося бульона, выжимаем сверху пол-лимона и ставим на маленький огонь — тушиться. Именно тушиться, не вариться ни в коем случае. Иначе это будет не борщ, а буряковый суп. В концепроцесса заправляем томатной пастой. Не зажарку заправляем, которую мы еще не сделали, а именно буряк.

Беремся за зажарку: шинкуем морковь, лук, корень петрушки, корень пастернака и корень сельдерея. И не надо мне делать голову, что чего-то там не нашли. Шинкуем болгарский перец и один острый перец. Все это кидаем на сковороду и зажариваем. Пока мы делаем зажарку, надо почистить три-четыре картошки, нарубить полкочана капусты и пару стрелок сельдерея, все это бросить в бульон, из которого уже вынуто мясо и сварившийся лук.

Мясо нужно порезать и вернуть на место. Когда картошка будет готова, бросайте зажарку, а после нее тушеный буряк. Варите еще немного, а за минуту до выключить, киньте рубленые зубчики чеснока, перец и мелко нарезанные петрушку и укроп. Но после того, как вы заправите борщ сметаной, начистите чеснок и нарежете белый хлеб, а потом это все попробуете и скажете, что это не вкусно, я перестану хотеть ходить с вами по одной улице, потому что я не люблю людей, говорящих неправду».