Иосиф Сталин: «Подождите, будет вам Южный Сахалин!»
Утверждения японских политиков и пропагандистов о том, что Сталин и советское правительство до вступления в войну с Японией не претендовали на Южный Сахалин и Курильские острова и «прихватили» их, воспользовавшись поражением Страны восходящего солнца в развязанной ею войне, мягко говоря, не соответствуют действительности.
В реальности проблемы обеспечения безопасности СССР на Дальнем Востоке и восстановления территориальной целостности государства, нарушенной по результатам неудачной для России войны с Японией, в 30-е годы и в предвоенный период были в центре внимания советского правительства и Иосифа Сталина лично.
В связи с этим характерен эпизод, описанный Константином Симоновым со слов адмирала Флота Советского Союза И. С. Исакова:
«Это было… в середине тридцатых годов. Не помню, кажется, это было после парада 1 Мая, когда принимались участники парада. Ну, это так называется «участники парада», это были не командиры дивизий и полков, прошедших на параде, а верхушка командования. Не помню уже точно, в каком году это было, но помню, что в этот раз зашла речь о скорейшем развертывании строительства Тихоокеанского флота, а я по своей специальности был в какой-то мере причастен к этим проблемам. Был ужин. За ужином во главе стола сидел Сталин, и рядом с ним сидел Жданов. Жданов вел стол, а Сталин ему довольно явственно подсказывал, за кого и когда пить и о ком (в известной мере даже что) говорить.
Уже довольно много выпили. А я, хотя вообще умею хорошо пить и никогда пьян не бываю, на этот раз вдруг почему-то очень крепко выпил. И понимая, что очень крепко выпил, всю энергию употреблял на то, чтобы держаться, чтобы со стороны не было заметно.
Однако, когда Сталин, вернее, Жданов по подсказке Сталина и притом в обход моего прямого начальства, сидевшего рядом со мной, за которого еще не пили, поднял тост за меня, я в ответ встал и тоже выпил. Все уже стали вставать из-за столов, все смешалось, и я подошел к Сталину. Меня просто потянуло к нему, я подошел к нему и сказал:
— Товарищ Сталин! Наш Тихоокеанский флот в мышеловке. Это все не годится. Он в мышеловке. Надо решать вопрос по-другому.
И взял его под руку и повел к громадной карте, которая висела как раз напротив того места, где я сидел за столом. Видимо, эта карта Дальневосточного театра и навела меня на эту пьяную мысль: именно сейчас же доказать Сталину необходимость решения некоторых проблем, связанных со строительством Тихоокеанского флота. Я подвел его к карте и стал ему показывать, в какую мышеловку попадает наш флот из-за того, что мы не вернем Сахалин. Я ему сказал:
— Без Южного Сахалина там, на Дальнем Востоке, большой флот строить невозможно и бессмысленно. Пока мы не возвратим этот Южный Сахалин, до тех пор у нас все равно не будет выхода в океан.
Он выслушал меня довольно спокойно, а потом сказал:
— Подождите, будет вам Южный Сахалин!
Но я это воспринял как шутку и снова стал убеждать его с пьяным упорством, что флот наш будет в ловушке на Дальнем Востоке, что нам нужно обязательно, чтобы у нас был Южный Сахалин, что без этого нет смысла строить там большой флот.
— Да я же говорю вам: будет у нас Южный Сахалин! — повторил он уже немного сердито, но в то же время усмехаясь.
Я стал говорить что-то еще, тогда он подозвал людей, да, собственно, их и звать не надо было, все столпились вокруг нас, и сказал:
— Вот, понимаете, требует от меня Исаков, чтобы мы обладали Южным Сахалином. Я ему отвечаю, что будем обладать, а он не верит мне…
Этот разговор вспомнился мне потом, в сорок пятом году…»
Не знают или не желают знать японские пропагандисты и о том, что незадолго до Великой Отечественной войны советские руководители при обсуждении с японскими высокопоставленными дипломатами условия пакта о ненападении доводили до сведения правительства Японии несогласие с несправедливыми территориальными итогами Японско-русской войны. И заявляли о намерении вернуть ранее принадлежавшие Российской империи дальневосточные территории — Южный Сахалин и Курильские острова.
Так, например, 18 ноября 1940 года во время очередной беседы с послом Японии в СССР Ёсицугу Татэкава нарком (министр) иностранных дел Вячеслав Молотов по согласованию с Иосифом Сталиным изложил суть сделанного ранее предложения о желательности для советской стороны «получить компенсации» в случае заключения с Японией политического соглашения. Было указано, что вопрос о заключении пакта о ненападении с Японией общественное мнение в СССР будет связывать с вопросом о возвращении утраченных ранее территорий — Южного Сахалина и Курильских островов. Было заявлено, что если Япония не готова к постановке этих вопросов, то было бы целесообразно говорить о заключении пакта не о ненападении, а о нейтралитете, не предусматривающего разрешение территориальных проблем. Советское руководство настаивало также на подписании протокола о ликвидации японских концессий на Северном Сахалине.
Из телеграммы Молотова послу СССР в Японии Константину Сметанину от 19 ноября 1940 года: «…Я заявил, что последнее предложение японского правительства о пакте о ненападении может вызвать известные затруднения со стороны самой же Японии. Дело в том, что, как известно, заключение пакта о ненападении с Германией в 1939 году привело к тому, что СССР вернул ряд территорий, ранее утерянных нашей страной, а потому общественное мнение нашей страны заключение пакта о ненападении с Японией также, естественно, будет связывать с вопросом о возвращении Советскому Союзу таких утерянных ранее территорий, как Южный Сахалин, Курильские острова…»
Подписание пакта о нейтралитете с Японией. 13 апреля 1941. За столом Вячеслав Молотов
Фактом истории является и то, что, стремясь не допустить вступления СССР в войну, что не оставляло для Японии никакого выхода, кроме капитуляции, японцы сами предлагали Москве возвращение Южного Сахалина и Курильских островов.
Сейчас же в Японии предпочитают не вспоминать прошлое и продолжают предъявлять нашей стране незаконные и абсурдные требования «возвращения северных территорий». Причем содержание этих якобы «исконных территорий Японии» не ограничивается южными Курильскими островами, а включают в себя в лозунгах японских националистических сил и Южный Сахалин, и все Курилы.
Ну, а Сталин сдержал свое обещание и добился закрепленного международными документами возвращения СССР/России утраченных территорий, принадлежность которых нашей стране и ныне не подлежит сомнению. Отрадно, что в последнее время дипломатическое ведомство России вместо сеющих у японцев иллюзии обтекаемых фраз приняло единственно верную дипломатическую позицию, когда отвергаются любые «протесты и требования» МИД Японии в отношении российских Курильских островов.
Анатолий Кошкин, ИА REGNUM