После выхода Великобритании из Европейского союза английский останется ключевым языком ЕС.

Об этом «Известиям» рассказал высокопоставленный источник в европейских дипломатических кругах. Депутаты немецкого бундестага и французского сената подтвердили эту информацию и подчеркнули, что, несмотря на громкие заявления Ангелы Меркель и Эммануэля Макрона, ни в Германии, ни во Франции обсуждение внедрения национальных языков в качестве доминирующих в ЕС не ведется.

Так, позиция партии «Левые» относительно доминирующего статуса французского или немецкого языка сводится к тому, что такие изменения в Евросоюзе происходить не должны, заявил «Известиям» депутат бундестага Дитер Дем.

— Это лишь в очередной раз подчеркнет доминирующую роль Германии и Франции в Евросоюзе, только уже в языковом режиме, — сказал он. — Мы считаем, что система ЕС будет справедлива, если все его участники будут равны: все могут говорить по-английски, однако далеко не все владеют немецким или французским.

Смена языкового режима в Евросоюзе осложняется еще и тем, что для принятия таких решений необходим консенсус, подчеркнул Дитер Дем.

Согласен с ним и депутат правящего блока ХДС/ХСС Торстен Фрай. По его мнению, менять главный язык ЕС после Brexit не имеет смысла.

— В Германии дискуссии на эту тему не ведутся, — сказал «Известиям» парламентарий. — Думаю, сейчас перед Евросоюзом стоят куда более серьезные задачи. С Британией или без нее в сегодняшнем глобальном контексте английский является самым важным языком.

Не обсуждают эту тему и во Франции. Однако, по словам депутата сената от партии «Республиканцы» Рене Данези, языковой вопрос в институтах ЕС однажды непременно возникнет.

— В Евросоюзе английский находится на доминирующих позициях. Хотя по идее выход Британии из ЕС должен положить конец его использованию и исключить из списка языков, подлежащих устному и письменному переводу, — заявил «Известиям» Рене Данези. — Однако я не уверен, что это произойдет, поскольку в ЕС немало стран (главным образом, скандинавские государства), где говорят на этом языке и в обязательном порядке обучают ему с детства.

По мнению французского сенатора, именно северные страны будут протестовать против исключения английского из языковой системы Евросоюза.

О том, что смену языкового режима в ЕС в сенате не обсуждают, «Известиям» рассказала и сенатор Клодин Кауффманн, до 2018 года представлявшая в верхней палате парламента «Национальный фронт».

— Думаю, наши европейские партнеры не обрадуются, если сейчас язык Мольера станет доминирующим, — сказала она. — Что касается превосходства других языков, мне это представляется маловероятным и еще менее желательным.

Несмотря на то что английский не сдает позиций в Евросоюзе, некоторые страны стараются продвигать национальные языки. Так, в 2017 году канцлер Германии Ангела Меркель и еврокомиссар по цифровой экономике и обществу Гюнтер Эттингер заявили, что немецкий язык необходимо продвигать в институтах Евросоюза и использовать чаще. Позже издание Süddeutsche Zeitung сообщило, что депутаты бундестага объединились в группу, которая будет отвечать за продвижение немецкого в ЕС и в самой Германии. Бывший вице-президент бундестага Йоханнес Зингхаммер тогда признал, что после Brexit английский останется ведущим языком, однако подчеркнул необходимость усилить статус немецкого и французского. Так, депутат отметил, что все документы ЕС, которые представляют в бундестаге, должны быть в обязательном порядке переведены на немецкий.

Великобритания стала полноправной участницей процесса европейской интеграции в 1973 году, когда доминирующую роль занимал французский язык. В 1990-е английский потеснил лидера и стал самым распространенным в ЕС. Следует отметить, что официально статус доминирующего языка в Евросоюзе не закреплен — в объединении считаются равными 24 языка. При этом, по данным The Wall Street Journal, подготовка 81% черновых документов ЕС идет на английском, 5% — на французском, 2% — на немецком, а 12% — на других официальных языках. По информации Евростата на октябрь 2017 года, в качестве иностранного в государствах ЕС 96% студентов изучают английский, 23% — французский, 22% — испанский, 19% — итальянский, 2% — русский.

Видимо, такая ситуация не устраивает французскую сторону: 20 марта 2018 года, выступая в Париже на Международном дне франкофонии, президент Франции Эммануэль Макрон выдвинул 33 предложения по усилению роли национального языка, в число которых вошло продвижение французских медиа в мире и усовершенствование системы образования.

— Английский никогда не использовался в Брюсселе в такой степени, в какой на нем обсуждают Brexit, — сказал Эммануэль Макрон. — Это доминирование преодолимо, нам необходимо очертить новые правила, вложить средства в некоторые сферы и таким образом вновь сделать французский языком возможностей.

Эту позицию разделяет и председатель Европейской комиссии (ЕК) Жан-Клод Юнкер. В марте 2018-го в интервью телеканалу TV5 Monde он сказал, что отстаивает использование французского языка и что делать чрезмерный упор на английский — неверно.

Месяц спустя, в апреле 2018 года, представитель Франции в Евросоюзе Филипп Леглиз-Коста демонстративно покинул заседание постпредов стран ЕС в Брюсселе из-за того, что сессия велась без перевода. Демарш посла, заявление главы ЕК и французского президента повлекли за собой многочисленные статьи в СМИ о возможной замене английского языка французским.

Справка «Известий»