О возможном блеске и нынешней нищете армянской дипломатии

Одна из главнейших задач, стоящих перед постреволюционными государствами, состоит в кадровой политике, от которой во многом зависит успех их дальнейшего развития. Как показывает история, радикальная или идеологизированная модель кадровой политики опасна для государства. Кадровая чистка, которую зачастую проводят революционеры, становится сущей головной болью для них самих, вынуждая их принимать поспешные меры по выходу из кризисной ситуации. Наиболее свежий пример – движение хунвейбинов в Китае в шестидесятые годы прошлого столетия, которое под лозунгом Культурной революции объявило беспощадную борьбу бывшей интеллигенции и специалистам, уничтожило национальную систему ценностей и завело страну в дипломатический тупик. К счастью, талантливый Дэн Сяопин, пришедший на смену Мао, положил конец этой гибельной для нации политике и заложил основу беспрецедентного политического, экономического и военного взлета Китая. Тотальная кадровая чистка была проведена после октябрьского переворота 1917 года. Большевики в первую очередь разогнали внешнеполитическое ведомство бывшей царской России. Но когда нужно было срочно рассылать телеграммы по посольствам, выяснилось, что никто не умеет составлять шифровок. Пришлось экстренно призывать на помощь шифровальщиков. Более того, Ленин, считавший что Европа скоро станет социалистической, а значит, не будет ни посольств, ни дипломатических отношений, назначил министром иностранных дел Льва Троцкого, который был настолько же далек от дипломатии, насколько был близок к военному делу. В итоге Россия получила позорный мирный договор в Брест-Литовске (от которого пострадала и Армения), а лидеру мирового пролетариата пришлось назначить министром иностранных дел дворянина Георгия Чичерина. Благодаря его блестящему дипломатическому таланту, проявленному на мирной конференции в Генуе, удалось вывести Россию из изоляции и из глубокого кризиса. В этом контексте интересна параллель между «бывшими и нынешними», проведенная советником премьер-министра по внешней политике Арсеном Харатяном. В том смысле, что бывших дипломатов не бывает. Его емкое и достойное похвалы заявление, на наш взгляд, отражает нынешнее состояние нашей внешней политики и дипломатической службы, а также готовность вывести их из кризиса. Если советник премьера в самом деле имеет в виду укоренение у нас политической культуры и трезвой оценки ситуации, то можно предложить ему такую дорожную карту-план: - Положить конец непотизму – кумовству, протекционизму, не исключено и коррупции, - свившему уютное гнездышко в сфере дипломатии; - закрыть путь в систему МИД дилетантам. (Для такой маленькой страны, как наша, подобная «роскошь» - недопустимое преступление.); - назначать послов, посланников и генеральных консулов в открытом режиме, то есть сперва обсуждать их кандидатуры в парламенте и только потом представлять на утверждение президента; - высшие дипломатические работники раз в год, а при необходимости и чаще, должны отчитываться перед депутатским корпусом и общественностью; - следует пересмотреть географию иностранных представительств Армении, особенно консульств и почетных консульств (это просто темный лес), в целях проведения оптимизации. Это касается и раздутого аппарата МИД; - нужно по возможности «открыть» Министерство иностранных дел для нашего общества и широко применять во внешней политике и в международных отношениях возможности мягкой силы (soft power) общественной дипломатии; - надо создать Общеармянский дипломатический совет или ассоциацию с привлечением потенциала диаспоры. Одна из примечательных мыслей, высказанных Арсеном Харатяном, касалась возможного посредничества Сержа Саргсяна в карабахском урегулировании. Экс-президент, безусловно, в курсе всех деталей и нюансов переговоров по урегулированию этого конфликта. Однако некоторые политологи усматривают в карабахском векторе его политики целый ряд ошибок. К примеру, вариант обмена территориями, неучастие Арцаха в переговорном процессе, земли, потерянные в апрельской войне 2016 года, запоздалое информирование международной общественности об азербайджанской агрессии и т.д. Оппонентам посредничества бывшего президента, ссылающимся на «славные» деяния сашиков, левонов, вачиков и прочих людей, непосредственно связанных с Саргсяном, можно возразить, что брат за брата не отвечает, хотя в данном случае это прозвучит неубедительно. Правда, можно привести и более веский довод, а именно: один из величайших дипломатов всех времен и народов Талейран наряду с переговорным талантом (он спас побежденную Францию на Венском конгрессе в 1815 году) питал маниакальную слабость к деньгам и был коррупционером мирового масштаба. Но если оставить эту аналогию, то даже приблизительное сравнение дипломатических способностей Сержа Азатовича Саргсяна и Шарля-Мориса Талейрана было бы крайне рискованным. Пожалуй, во имя великой цели экс-президенту можно было бы простить его грехи. Ведь в конце концов государственные интересы – абсолютная категория. При этом сомнительно, по крайней мере для меня, привлечение к государственным и военным делам Юрия Хачатурова и Тиграна Саркисяна. Едва ли особняк генерала, напоминающий дворец Людовика IV, или «эпохальные» мысли бывшего премьера Армении, особенно о пользе эмиграции, стерлись из памяти людей. В конце концов, какую пользу Армении принесли эти занимающие высокие посты политики? Или этот критерий уже не действует? Арман Навасардян