Протекционистская тактика Трампа душит экономику США
Москва, 6 июля - "Вести.Экономика" Некоторые страны согласились ввести экспортные квоты на 59 видов стальной продукции, чтобы избежать установленной администрацией Трампа пошлины на импортную сталь в размере 25%.
Трамп полагает, что принуждение других стран к введению экспортных квот и предоставление таможенных льгот американских импортёрам – это политически и экономически выгодно для США. Но, как пишет американский экономист Энн Осборн Крюгер, это совершенно не так.
В своей статье на Project Syndicate она отмечает, что администрация Трампа уже нанесла серьёзный вред международным позициям Америки, оправдывая введение пошлин на продукцию, экспортируемую странами-союзниками, соображениями «национальной безопасности».
Энн Осборн Крюгер — американский экономист. Главный экономист Всемирного банка с 1982 по 1986 год; первый заместитель Директора-распорядителя Международного валютного фонда с 1 сентября 2001 года по 31 августа 2006 года
По мере роста издержек американских производителей по сравнению с их зарубежными конкурентами, потребители в США тоже столкнутся с повышением цен. В результате они будут ограничивать или откладывать покупки, а также переключаться – по крайней мере, частично – на приобретение иностранных товаров, которые из-за пошлин становятся сравнительно дешевле. По прогнозам Института международной экономики им. Петерсона, в течение ближайших трёх лет из-за пошлины на сталь могут исчезнуть 195 тысяч рабочих мест на американских предприятиях, производящих автомобили и автозапчасти.
Помимо очевидных отрицательных последствий введения пошлин, замедленный негативный эффект будут оказывать также экспортные квоты и таможенные льготы. Например, Южная Корея согласилась ограничить экспорт стали в США: не более 70% от уровня экспорта в 2015-2017 годах. Возникает вопрос, а как вообще можно контролировать соблюдение этих квот. Либо правительство Южной Кореи, либо таможенная служба США должны будут отслеживать и ограничивать поставки 59 категорий стальной продукции.
Если таможенные чиновники США решат, что южнокорейцы сами справляются с этой задачей, тогда им придётся полностью довериться их цифрам; в противном случае они будут вынуждены нести затраты, связанные с дублированием мониторинга, который требуется для соблюдения режима квот. В любом случае издержки возрастут и начнутся задержки поставок, поскольку каждому южнокорейскому экспортёру придётся получать одобрение на поставку каждого из видов стали.
Если система лицензирования экспорта будет работать по принципу «кто первым пришёл, тот первым получил», тогда у импортёров США и экспортёров Южной Кореи не останется иного выбора, кроме как спешно договариваться о заказах в начале года. Альтернативный вариант: власти Южной Кореи могут распределять квоты среди компаний, при этом им, видимо, придётся привязать размер квоты каждой компании к её доле в экспорте в 2015-2017 годах.
Однако в системе с фиксированными квотами исчезнет конкуренция между южнокорейскими компаниями, экспортирующими сталь на рынок США. Судя по имеющемуся опыту введения подобных квот в различных странах мира, результат предсказуем: снизится контроль за качеством продукции и возрастут сроки поставок, потому что у экспортёров не будет причин для конкуренции за новых клиентов.
Столь же негативный эффект могут оказывать и таможенные льготы. К концу июня министерство торговли уже получило 21 тысячу заявлений на освобождение от пошлины. Министерство ожидает, что до конца года эта цифра удвоится. Обработка заявлений требует времени и создаёт новые сложности, особенно если учесть, что компании, претендующие на льготы, должны подавать отдельную заявку на каждый вид стали (хотя единственным различием иногда может только форма продукта). Кроме того, льготу надо ежегодно продлевать.
Министерство торговли наняло примерно 30 человек, чтобы обрабатывать заявления на льготу в течение 90 дней. Между тем, в течение 30 дней все эти заявления должны находиться в открытом доступе; и, если американский производитель стали начнёт утверждать, что способен производить указанный в заявлении тип продукции, тогда это заявление отвергается. По состоянию на 21 июня, из первоначальных 20 тысяч заявлений 9 тысяч были опубликованы для оценки местными производителями, 42 заявления удовлетворены (льготы предоставлена) и 56 отвергнуты.
На практике такая система позволит любому местному производителю блокировать беспошлинный импорт стальной продукции, которую, по его собственному мнению, он может производить. Когда подобный метод таможенного администрирования применялся в других странах мира, он приводил к тому, что компании начинали заявлять о своих весьма спорных производственных возможностях, совершенно не учитывая ни качество, ни цену, ни своевременность поставок. А когда речь заходит об администрации Трампа, есть все причины сомневаться в том, что люди, анализирующие подобные претензии, будут обладать необходимой квалификацией для этого анализа.
В наступившую новую эпоху протекционизма у американских компаний, которые получат таможенные льготы, и у южнокорейских компаний, которые получат гарантированные квоты, появятся весьма ценные имущественные права, причём с минимальными затратами. Это означает, что у компаний будут все причины заниматься лоббизмом или иными способами оказывать давление на органы лицензирования, что ещё больше усложнит процесс принятия решений и повысит вероятность коррупции. И даже в том случае, если принятие решений будет делегировано независимым органам с целью предотвратить подобные злоупотребления, этот шаг ещё больше запутает и удлинит весь процесс.
Торговая политика Трампа под лозунгом «Америка прежде всего» приведёт к попыткам обмана со стороны местных поставщиков, к снижению контроля за качеством, к бюрократическим задержкам и повышению барьеров для потенциальных новых конкурентов. Кроме того, когда вводятся те или иные пошлины или квоты, другие производители сразу начинают требовать аналогичной протекционистской защиты. Именно этим, по всей видимости, и объясняются угрозы Трампы ввести новые пошлины на автомобили. Как только появляется подобная заразная болезнь, невозможно предсказать, как далеко она может распространиться.
Администрация Трампа снизила налоги и отменила многие нормы регулирования, надеясь повысить темпы роста производительности. Но подчинив американских производителей и весь мир системе пошлин, квот и льгот, она достигнет прямо противоположного результата: снижение конкуренции, повышение цен, ухудшение качества услуг, спад инноваций.